Затем ее мысли вернулись к сегодняшнему дню. Как долго ей удастся водить Мэта за нос? Конечно, его каюта куда более комфортабельна, чем трюм или палуба, но вот более ли безопасна? Находясь с ним бок о бок, сохранить свою тайну практически невозможно. Оставалось надеяться на чудо и на то, что большую часть времени она будет предоставлена самой себе.
Вдруг дверь резко распахнулась, и в каюту стремительно вошел Мэт. Единственная лампа, тускло освещавшая каюту, качнулась, всколыхнув тени, затаившиеся в углах комнаты. Желтое пятно света упало на Лили, которая буквально вжалась в стул, в надежде остаться незамеченной.
— Ты поел?
Мэт, даже не взглянув на своего нового стюарда, перебирал что-то на своем рабочем столе. Его вопрос прозвучал зло.
Лили вздрогнула и ответила, стараясь свести разговор к минимуму:
— Да, Скелет принес мне кое-что.
Мэт сухо кивнул. По глубокой складке, которая прорезала его лоб, Лили могла судить, что он был кем-то или чем-то недоволен. И скорее всего причиной раздражения была именно она. Конечно же, он успел обнаружить, что Люк пробрался на корабль зайцем, и теперь готов обрушить на нее весь свой гнев. Лили непроизвольно съежилась, готовясь принять удар.
Мэт обернулся и впервые за все это время взглянул прямо на нее. Его лицо выражало решимость разделаться с самозванцем.
— Откуда ты. Люк? — Взгляд капитана пригвоздил Лили к спинке стула.
В замешательстве она кашлянула и с трудом выдавила:
— Из Нового Орлеана.
— Сколько тебе лет? — быстро спросил Мэт, не оставляя времени на размышления.
— Э-э… Пятнадцать.
— Кто нанимал тебя?
— Я… — Ложь давалась Лили с трудом. — Никто.
Я хотел воевать с англичанами.
— И для этого ты выбрал именно мой корабль?
Лили промолчала, старательно отворачиваясь от его пытливого взгляда.
— Ладно, я слишком устал, чтобы ломать голову из-за тебя. Мне нужно хорошенько выспаться, а завтра я решу, что с тобой делать.
Мэт сел на край койки и начал снимать обувь. Затем он снял рубашку и положил рядом. Когда его руки переместились к ремню. Лили невольно отвела глаза. По шуму снимаемых брюк она догадалась, что Мэт разделся. Заскрипела койка, девушка не сдержалась и взглянула в его сторону. Мэт лежал на спине, прикрывшись одеялом до пояса. Как ни старалась. Лили не могла отвести глаз от черных завитков волос, покрывавших его мускулистую грудь. С непроницаемым выражением лица Мэт посмотрел на девушку.
— Там в рундуке у стены есть лишняя подушка и одеяло. Советую лечь спать.
Он проследил за тем, как Лили поднялась со стула и подошла к сундуку.
— С другой стороны, на моей койке достаточно места для двоих, — Мэт подвинулся, высвобождая пространство для второго человека.
Лили с трудом проглотила комок, внезапно подступивший к горлу, и мотнула головой.
— На полу будет лучше.
— Ну что ж, устраивайся как знаешь… Люк.
Мэт внимательно изучал Лили, пока она раскладывала тюфяк и устраивалась на нем. Затем спросил:
— Разве ты не собираешься раздеться?
— Я предпочитаю спать в одежде.
Мэт хмыкнул и повернулся к ней спиной. Тяжело вздохнув, Лили бросила последний опасливый взгляд в его сторону и вскоре заснула. Позади был тяжелый день. Завтра будет достаточно времени, чтобы подумать о том, как избавиться от общества Мэта и сохранить свою независимость.
Ночью Лили неожиданно проснулась и обнаружила, что лежит рядом с Мэтом. Даже сквозь одежду она ощущала жар его тела. Осторожно, стараясь не шуметь, чтобы не разбудить его. Лили привстала, собираясь вернуться на свой тюфяк. Однако все предосторожности были напрасны.
— Куда ты?
Лили ответила вопросом на вопрос:
— Как я здесь оказался?
— Я перенес тебя. На полу тебе было неудобно, а постель достаточно велика для двоих. На этот счет у меня есть опыт.
— Не сомневаюсь, — сказала Лили с плохо скрываемым сарказмом, однако тут же спохватилась и вернулась к простоватой речи, более соответствующей ее новому обличию. — Нехорошо это, сэр. Вы — кэп, и все такое.
Тюфяк на полу больше подходит для таких, как я.
— Напротив, Люк, мне даже нравится, когда ты лежишь рядом.
Лили окаменела, отказываясь понимать пугающий подтекст последних слов Мэта. За все время их совместной жизни у нее не закрадывалось и тени подозрения, что его привлекают мальчики. Что же он за мужчина? Неужели ему недостаточно женщин? В этот момент, как бы подтверждая самые страшные ее опасения, Мэт обхватил Лили за талию и привлек к себе.
— Нет, — казалось, отчаяние прозвучавшее в голосе Лили, поколебало решимость Мэта, и он ослабил объятие, чем она немедленно воспользовалась. — Я.., я.., не такой.
Пожалуйста, разрешите мне пойти наверх. Мне лучше присоединиться к другим матросам.
«Интересно, — с возмущением думала Лили, — знает ли Кларисса правду о сексуальных вкусах своего любовника?»
Грудь Мэта сотрясали странные судороги, но девушка не обратила на это никакого внимания, поскольку снова оказалась в плену его рук. Она попыталась вырваться и в этот момент увидела, что он буквально корчится от необоримого приступа смеха.
Лили застыла в изумлении. Что происходит? Почему он смеется? Чем она его так рассмешила?
— Пустите, — повторила она возмущенно.
— Глупышка, я лишь хотел проверить, как долго ты сможешь ломать эту дурацкую комедию.
— Так ты догадался? — Лицо Лили стало белее снега.
— Неужто ты и впрямь думала, что я не узнаю собственную жену? Да я знаю наизусть каждый дюйм твоего прекрасного тела. Я понял, кто ты, с того момента, как прикоснулся к тебе там, на мачте. Зачем, по-твоему, я отослал тебя в мою каюту? Чтобы убрать с глаз долой. Иначе не избежать бы тебе побоев — так ты меня разозлила. Отвечай, какого дьявола ты делаешь на «Морском ястребе»?
— Я.., я… — Будь она проклята, если откроет ему истинную причину своего поступка, если признается, что проникла на корабль потому, что сама мысль о долгой разлуке была для нее непереносима.
— Не хотела расставаться со мной? — В голосе Мэта зазвучали нежные нотки, которые чуть было не обезоружили Лили.
— Нет. Дело не в этом. Просто я хотела.., я хотела как-то принять участие в войне.
— Ложь. Черт подери. Лили, как ты могла не подумать о той опасности, которая тебе грозит на корабле? И не только со стороны англичан, но в первую очередь со стороны моих матросов. Из них лишь единицы джентльмены, остальные же — грубые животные. В море они вынуждены обходиться без женщин и охотно используют вместо них молоденьких мальчиков. Почему, по-твоему, я не держу на корабле юнг? Да потому что прекрасно понимаю, что с ними сделает экипаж!
— Как ты поступишь со мной? — робко спросила Лили.
