– На это потребуется время, – заметил Ангус. – А тебе нельзя терять ни минуты. Нужно что-то делать с Сайл.
Артан кивнул. Хотя в этот момент он понятия не имел, что скажет жене. Он не имел привычки обсуждать с кем-либо свои чувства. Но сейчас он был совершенно уверен, что в разговоре с женой ему придется упомянуть о том, что у него на сердце. У Артана появилось сильное искушение не торопиться и выждать – дождаться, когда Сесилии самой надоест изображать из себя идеал и совершенство. Он также мог призвать на помощь своих сестер и поручить девушкам уладить дело без его участия. Но Артан тут же устыдился этих мыслей, устыдился собственной трусости. И он в очередной раз пожалел о том, что никогда не отличался умением найти подход к женщинам, не был мастером говорить ласковые слова, которые так любят все представительницы слабого пола.
– Эй, перестань смотреть на меня так, словно я только что предложила тебе отрезать свою собственную руку, – проворчала Старая Мэг.
– Может быть, то, что мне предстоит, не так болезненно, но все-таки чем-то похоже… – вздохнул Артан. – Однако я сделаю это. Не волнуйся, Мэг. Только я не до конца уверен, что у меня получится. У меня язык плохо подвешен. Я не мастер уговаривать женщин. – Артан пожал плечами и покраснел под пристальным взглядом Старой Мэг.
– Подозреваю, что раньше тебе просто не было нужды их уговаривать. Они сами вешались тебе на шею.
– Вынужден согласиться, хотя это и нескромно.
Старая Мэг пожала плечами:
– Чего стесняться, если это правда. Но главное – в другом. Видишь ли, Сесилия совсем не похожа на тех женщин, с которыми ты прежде имел дело. Советую тебе подумать над тем, какие слова для нее найти, чтобы она поняла, что должна оставаться самой собой.
Артан кивнул и, снова вздохнув, вышел из комнаты. Ему захотелось тотчас же оседлать лошадь и пустить ее во весь опор. Чтобы ветер в ушах свистел. Так ему думалось легче всего. Задача предстояла не из легких. Он прекрасно понимал, что ему будет очень трудно вернуть себе прежнюю Сайл. И конечно же, он знал: чтобы выиграть такую битву, надо обладать навыками, которых у него не было. К сожалению, его сестра жила довольно далеко от Гласкрига. Ее муж, Лайам Камерон, был настоящий дамский угодник и умел ухаживать за женщинами. Ласковые словечки сыпались с его уст как из рога изобилия. Сейчас Артан готов был все отдать за то, чтобы обрести такое же красноречие.
Оседлав Молнию, Артан погнал ее во весь опор и проскакал так несколько миль. Когда кобыла замедлила бег, он осмотрелся и обнаружил, что уже достиг восточных границ Гласкрига. Улыбнувшись, он погладил лошадь по загривку и пробормотал:
– Ты все так же быстра, Молния. – Артан повернул лошадь обратно, в сторону замка и теплых конюшен. – Теперь не торопись. Мне нужно хорошенько пораскинуть мозгами. Если бы женщины были способны понимать меня так же, как ты… – Когда Молния фыркнула и помотала лохматой гривой, Артан рассмеялся.
Внезапно Артан увидел всадника – своего кузена Беннета. Молодой человек тоже заметил родственника и, помахав ему рукой, поспешил навстречу. Сначала Артан был недоволен тем, что его уединение нарушили, но затем решил, что Беннет может оказаться полезен. Златокудрый и голубоглазый Беннет никогда не был обделен женским вниманием. Артан никогда не замечал у своего кузена особого дара говорить дамам комплименты, но, должно быть, Беннет знал какой-то секрет – раз столько женщин улыбались, едва завидев его.
– Что ты делаешь здесь в полном одиночестве, да еще с таким понурым видом? А ведь дома тебя ждет молодая жена! – воскликнул Беннет.
– Из-за своей молодой жены я себе места не нахожу.
– Значит, ты вывел ее из себя?
– Нет, вот уже много дней ее ничем нельзя вывести из себя. Именно это меня и беспокоит.
Беннет изобразил удивление:
– Должно быть, я сегодня плохо соображаю. Во всяком случае, я не понимаю, что тебя беспокоит. Неужели тебе не нравится, что твоя жена пребывает в благодушном настроении?
– У меня ведь характер не очень, сам знаешь. – Беннет с ухмылкой кивнул, и Артан продолжал: – А жена слишком уж долго смотрит сквозь пальцы на все мои выходки. Не говорит мне ни слова и только молча улыбается. Вот мне и кажется: здесь что-то неладно. Она чересчур мила, слишком послушна, не в меру добродетельна. Ни в чем мне не перечит, с готовностью исполняет любой мой каприз и предугадывает мои желания.
– Большинство мужчин и мечтать не могут о такой красавице жене. Которая к тому же верх добродетели.
– Ну, я не имел в виду, что мне хотелось бы, чтобы она раздавала мужчинам улыбки и поцелуи направо и налево.
Беннет ухмыльнулся.
– Ты имел в виду, что у нее – душа засоленной селедки.
Артан почувствовал, что краснеет. Хотя ему ужасно хотелось сбить спесь с кузена, он терпеливо выносил его улыбочки. Он должен был сделать все возможное, чтобы вернулась его прежняя, его любимая Сайл. Но Артан до сих пор не очень-то хорошо себе представлял, как следует себя вести и что сказать Сесилии. И он отчаянно нуждался в помощи, хотя ему и стыдно было в этом признаться.
– Сайл взбрело в голову превратиться в образцовую супругу. В образцовую – в ее понимании. Вернее, в том понимании, которое привила ей проклятая Анабелла.
– Почему Сайл следует наставлениям этой женщины?
– Всем известно: детские привычки трудно искоренить. Старая Мэг утверждает, что все это происходит из-за того, что Сайл хочет стать полноправным членом семьи.
– Она и так член семьи. Нашей семьи.
– Мэг считает, что Сайл ведет себя так, потому что я не дал ей понять раз и навсегда, что люблю ее такой, какая она есть – горячей, как огонь, и острой на язык. Поэтому Сайл из кожи вон лезет, чтобы стать примерной женой.
Беннет кивнул:
– Да, в последнее время она выглядит… несколько утомленной. Так в чем же дело? Скажи ей все, что думаешь. Скажи, что она тебе нравится такой, какая есть.
– Вот как раз такой, как сейчас, она мне совершенно не нравится!
– Я имею в виду – какой она была раньше.
Артан провел ладонью по волосам.
– Не знаю, как лучше это сделать – заставить ее мне поверить и раз и навсегда покончить с этими глупостями. Как я только ни пытался вывести Сесилию из себя, изводя ее бесконечными придирками, – ничего не получилось. В ответ она только извиняется и обещает прикладывать еще больше усилий для того, чтобы стать идеальной супругой.
– Это совсем не похоже на Сесилию.
– Да, не похоже. Ее словно подменили. Кажется, леди Анабелла сбила девушку с толку своими рассуждениями о том, как должна себя вести настоящая леди и образцовая супруга. А чтобы лучше доходило, она подкрепляла свои слова рукоприкладством. И теперь Сайл абсолютно уверена, что она должна следовать всем этим правилам. Но я собираюсь серьезно с ней поговорить, понимаешь?
