Несколько машин располагалось в Минске, на базе абверкоманды 104, кодовое обозначение и позывной «Сатурн», командир – лейтенант Борман, а несколько подвижных пеленгаторов – в Могилеве, на базе абверкоманды 105, обозначение «Визель» под командованием майора Кесснера.
Мотоцикл с коляской капитан угнал от солдатской пивной на следующий день. Никаких противоугонных систем, как сейчас, ни на машинах, ни на мотоциклах не было. Да и замки зажигания были примитивными. Капитан воткнул в замок, располагавшийся на фаре, две сложенные спички, ногой резко нажал педаль пик-стартера, воткнул передачу и был таков.
Спохватились мотоцикла часа через два, но его и след простыл. За пределы Минска он выехать не мог: на выезде из города, на Могилевском шоссе, на Советской и Пушкинской улицах, на Долгиновском тракте и Долгобродской улице заставы.
Капитан загнал мотоцикл в укрытие, проверил уровень бензина в баке. Было бы нелепо выехать на мотоцикле в город, на акцию, и заглохнуть в неподходящий момент из-за того, что в баке закончился бензин. И достать его сложно, бензин только у немцев был, да и то синтетический, вонючий. Высокооктановый, с румынских нефтепромыслов, из района Плоешти, шел только в авиацию.
Этим же вечером, как только начало смеркаться, оба разведчика выбрались из дома и направились к Комаровке. Радиопеленгаторы начинали свой объезд города поздно вечером, когда проявляли свою активность радиостанции подпольщиков, разведчиков РККА и НКВД.
Разведчики укрылись за полуразвалившейся избой.
Машины все не выезжали.
– Михаил, может, твои сведения неверны? – обеспокоился Игорь.
– Время не подошло, – поглядел на часы капитан.
Только к десяти вечера из ворот бывшей базы, а ныне – подразделения Функабвера, выехали три крытых грузовика. Ошибиться было невозможно, на крыше каждой машины была установлена антенна.
– Эх, гранаты бы, можно было бы подорвать, – вздохнул капитан.
Машины разъехались в разные стороны, но какое-то время одну из них было видно довольно долго.
– Завтра – на дело? – спросил Игорь.
– Я бы и сегодня не против, чего тянуть? Текст шифровки у меня с собой, пистолет – тоже.
Экспромт? Иногда так получалось даже лучше.
– Веди к мотоциклу.
Район Комаровки – это в основном частные строения, узкие немощеные улицы, промышленные базы, склады – на такие улицы немецкие патрули заходили редко.
До схрона они добрались за полчаса, выкатили мотоцикл. Игорь уселся за руль. Мотоцикл был серьезный, «Цюндап», мощный – Игорь на таком ездил в разведшколе.
– Какой план? – спросил он у капитана.
– Ищем пеленгатор, ты устраиваешь аварию. Я врываюсь в кузов, а твое дело – водитель и охранник. Если удастся сразу всех прикончить, передаю шифровку и делаем ноги.
– Тогда ищем тряпки.
– Зачем?
– Пока ты на рации работать будешь, я бензином тряпки смочу, потом в грузовик забросим и подожжем. Следов пальцев не будет, и аппаратуру уничтожим – все немцам урон.
– Верно! Но одно плохо: после таких акций немцы стервенеют, могут устроить облаву, взять заложников и расстрелять их.
– Они и без поджога машины такое сделают – немцев-то в грузовике мы постреляем… Считай: в кабине – водитель и охранник – двое, в кузове двое – уже четверо, а скорее их там трое, и значит, мы расстреляем пятерых. За пятерых убитых кто-то должен ответить.
Тряпки нашлись в багажнике коляски мотоцикла. Водитель-немец был запаслив и возил их с собой на всякий случай – руки протереть, детали…
– Едем!
Уже на ходу Игорь, подумав, вдруг сказал:
– Я коляску мотоцикла под грузовик подставлю. Ты прыгаешь – и сразу за грузовик, после аварии водитель грузовика наверняка выйдет. Я стреляю по нему, потом по охраннику. Ты не мешкай.
– Сначала ты должен выстрелить в охранника, – поправил его капитан. – Обычно у водителей карабин в кабине, он выйдет без него. А у охранника автомат на коленях. Учти!
Они объехали несколько улиц, пока не увидели медленно двигающийся грузовик с антенной на крыше.
Игорь догнал его, сбросил скорость:
– Прыгай и беги за грузовиком.
Потом он ловко спрыгнул на мостовую и метнулся на тротуар: по мостовой бежать было плохо, она булыжная, неровная.
В свете фар Игорю был виден шатер грузовика и обозначение на его борту – A-3F. Функабвер, ошибки быть не могло.
Он обогнал грузовик, подрезал его.
Грузовик зацепил бампером коляску мотоцикла, помял ее и боком протащил сам мотоцикл по мостовой несколько метров.
Остановились. Игорь слез с мотоцикла, шофер выбрался на подножку.
– Ты что делаешь? – начал орать он.
– Как ты разговариваешь с унтер-офицером? – возмутился Игорь. – Ко мне с документами!
– Это машина абверкоманды!
– А мне плевать, я из дивизии по охране тыла!
Водитель выругался, достал из-под солнцезащитного козырька документы и спрыгнул с подножки машины.
Игорь специально тянул время, чтобы капитан успел приготовиться. Кроме того, услышав стук железа при столкновении, абверовцы в кузове наверняка всполошились. Но, услышав немецкую речь, они должны успокоиться. Так, легкая авария, досадная мелочь, не более! Не нападение же партизан!
Охранник тоже расслабился.
Игорь заранее переложил пистолет в карман френча – уже с патроном в стволе. Он сделал шаг вперед, по направлению к водителю, выхватил пистолет, прижал ствол к груди солдата и выстрелил. Выстрел прозвучал глухо.
Прыжок вперед и через открытую дверь – два выстрела в охранника. А сзади уже слышны пистолетные хлопки – один, второй, третий, четвертый…
Игорь кинулся к заднему борту.
Дверь кунга была нараспашку, и капитан уже забирался по железной лестнице внутрь.
– У меня чисто, – доложил Игорь.
В закрытом кузове с занавешенными окнами горели лампочки и попискивали две рации, работающие на прием. На полу – два тела, и еще одно – в кресле.
Капитан сразу же сел к одной из раций и начал настраивать «Телефукен». В это время из динамиков второй рации донеслось:
– Сатурн, Сатурн, вас вызывает Ойле, ответьте! Сатурн, Сатурн!
И тут же:
– Адлер, что с Сатурном?
Игорь взял гарнитуру и нажал тангету передачи:
– У нас мелкая авария, пьяный солдат на мотоцикле врезался в машину. Через пару минут продолжим работу, – и отключился.
Капитан настроился на нужную частоту, переключил рацию на передачу и стал стучать ключом. Медленно, черт возьми! А время уходит, как песок сквозь пальцы!
Игорь не стал мешкать. Он вернул пистолет в кобуру, вернулся к мотоциклу, скрутил тряпки жгутом и сунул их в бензобак машины. Бак у нее огромный, полыхать должно знатно.
Когда тряпки пропитались, остро запахло бензином. Стоит чиркнуть зажигалкой – и фейерверк будет обеспечен.
Игорь забрался в кабину, взял у убитого охранника автомат. Пару секунд помешкал, потом снял с пояса убитого сумку с магазинами и повесил на свой ремень. Оружие лишним не бывает, в чужом тылу со склада не возьмешь. А еще забрал у охранника и водителя личные документы – в спокойной обстановке надо было их изучить и узнать, кто им противостоит.
Он стукнул в дверь кузова, крикнул: – Свой! – и влез в кузов.
Предосторожность была не лишней, капитан мог и пальнуть.
Михаил уже заканчивал передачу, отстучал последние точки и тире и снял наушники. Скорее всего, рядом с принимающей радиостанцией в это время находился кто-то из разведотдела. Дело радиста – принять сообщение и передать его по инстанции, да и волна эта была для чрезвычайных ситуаций. Отбил шифровку – и все.
Но сейчас получилось не так: рация запищала и послышались звуки азбуки Морзе.
Капитан схватил карандаш, первый попавшийся лист бумаги и начал записывать. Для непосвященного из-под карандаша выходила полная абракадабра, набор цифр группами по четыре.
Игорь начал шарить по полкам. Так, журнал перехвата. О, это интересно, надо взять, изучить. Какие-то служебные бумаги… Обнаружив в углу кунга черный кожаный портфель, Игорь затолкал туда все бумаги.
