Они хотели изучить нас, понять насколько опасными противниками мы можем быть.
— И проводили опыты! Это святотатство!
— Мы это понимаем, но наш враг — нет, — резонно заметил Кирамака. — Я тоже читал доклады о допросах пленников. И, в отличие от вас, помню слова главного их ученого: «Мы не хотели создавать многоцветного». Это получилось случайно. И нет никаких гарантий того, что получившаяся мерзость в самом деле может быть воспринята как еще один многоцветный из священного текста Г’ннох.
— Ваше Могущество, многоцветный может быть только один! — настоятельно произнес адмирал Ивпиккис. — И это вы.
— Это я, — согласился Кирамака, снова занятый наблюдением за своим прекрасным городом. — И только я… Сейчас он не многоцветный. Он не угроза.
— Сейчас — да, — согласился Птеллунг. — Но гуманоиды забрали с собой все свои наработки. Я изучил их и заявляю — совсем скоро, если он жив, то мутирует. Он получит новые цвета и станет многоцветным. Нужно найти и уничтожить его, если мы не хотим восстания.
— Или же нам стоит просто забыть о нем? — задал риторический вопрос Кирамака. — Если бы он мог вернуться на родину, то уже сделал бы это.
— Или же он уже стал многоцветным и теперь, прекрасно зная как вернуться домой, он приведет с собой тех, кого воспитал синий, — просвистел адмирал Ивпиккис. — Все мы помним, что они сделали пять лет назад.
Все помнили.
Сперва синие, потом республиканцы. Две волны опустошения меньше чем за несколько дней.
Киримак отлично это помнил.
Он был рожден в родном для сей его расы родном мире. Его родители имели разные цвета чешуи, что очень сильно неправильно. Каждый цвет — отдельная каста. От смешивания цветов рождаются коричневые — одни из самых презираемых в их обществе. Ниже только…
Будь он коричневым, его ждала бы незавидная судьба.
Но он родился разноцветным.
И бесполым. У него не будет потомства, что унаследует его власть и титулы. Никогда не будет.
Он могущественен и силен, умнее остальных, мудрее остальных, крупнее остальных. Его с рождения воспитывали как короля. Его ум позволял ему спорить с Шрифтут по вопросам власти на равных. Кирамак бросил вызов могущественному и неоспоримому Конклаву по религии и соперничал с Советом старейшин в законе. В конце концов, Кирамак был избран Шрифтутом.
Потому что он всех их победил.
Он был разноцветным, почти богом для всех своих сородичей.
Даже для презираемых коричневых и тех, кто ниже их.
Ибо в священном законе Г’ннох сказано, что разноцветный освободит коричневых и тех, кто ниже, от угнетения. И приведет их к процветанию, сломав оковы прошлых тысячелетий.
Потому и ради достижения этого, коричневые и ниже их, работали не покладая рук. Вот уже пять лет минуло с тех самых пор, как сперва синие, а за ними и Новая Республика, вторглись на их родную планету и сожгли ее.
В огне яростных смерчей, на пустынях разрушенных городов, под громогласные фальшивые записи республиканцев, которые бомбили их со словами о том, что у них просто нет выбора. «Это ради безопасности наших людей, мы не можем допустить новой вашей экспансии».
Так они говорили.
Нет, народ, почитающий Г’ннох, не забыл о своем священном месте в галактике. Планы по завоеванию не отменены, они лишь отложены. И, быть может, они бы не реализовались бы еще лет пятнадцать, пока они не восстановят свою планету, не отстроят новые корабли и не восполнят потери своей армии и численности других каст. Тогда все может и получится…
Но сейчас есть прямая опасность этому плану.
Есть новый многоцветный. Он, может быть и не многоцветный сейчас, но гарантированно им станет.
И, что хуже всего, он может подарить самке потомство. За ним пойдут многие — в том числе и коричневые, а так же те, кто ниже их.
Пойдут, если они первыми не нанесут удар.
— Готовьтесь к походу, — распорядился Кирамак. — Вскоре будет подходящее время, когда Новая Республика втянется в назревающую острую фазу войны с Империей. Император вернулся, как говорят шпионы. И он обещал нам планеты, людей и много чего еще в обмен на нашу совершенную технологию. Следовательно, он не будет против, если мы заберем это сами и немного поможем ему в войне с Новой Республикой.
— Непременно, Ваше Могущество, — заулыбался адмирал Ивпиккис, блаженно закрыв глаза, когда по коридорам и помещениям Кри’н’аака разнеслась прекрасная и не слышанная уже вот больше пяти лет музыка.
Музыка, что разнеслась по родной планете.
Музыка, что пробудила каждого члена каждой касты быть готовым слушать Его Могущество.
Музыка, которую так долго ждали воины.
Музыка реванша.
Музыка завоеваний.
Музыка отмщения.
Империум сси-руук готовился начать свой новый поход за человеческими донорами.
А заодно нужно убить многоцветный продукт опытов ученых Новой Республики. Кус’кудер должен умереть, чтобы Его Могущество Кирамарк продолжил жить.
Глава 116
Развернувшееся далеко за пределами стандартных для военных сканеров двух сотен единиц распознавания сражение вызывало много вопросов.
Нет, не в той части, что данные о противостоящих друг другу флотах поступали по цепочке дроидов-шпионов. Использовать модернизированные в Доминионе «Гадюки» в качестве ретрансляторов сигналов на поле боя научились достаточно давно. И теперь, когда линейные корабли сразу двух непримиримых врагов, стремящихся всеми силами отстоять свое право на существование и уничтожить атакующего соперника, осыпали друг дружку градом ударов, находящиеся на большом удалении звездолеты ударных соединений Доминиона, наблюдали динамику битвы с максимумом подробностей.
Все, что необходимо знать о врагах перед тем как войти в клинч и нанести сокрушительное поражение.
Командир звездного разрушителя «Марут» так же как и командующий сборной эскадрой контр-адмирал Мор, молча созерцали картину взаимного избиения. Корабли охаживали друг друга всем своим арсеналом, подключали малые летательные аппараты, использовали маневры и старались уклониться от встречного сокрушительного удара.
Получалось не у всех.
Обстоятельства непреодолимой силы действовали на каждого из тех, кто принимал участие в сражении.
— Если так пойдет и дальше, то, вместо звездных разрушителей мы обнаружим лишь груду металлолома, — произнес капитан Оланд, обращаясь к своему командующему.
— Понимаю ваше нетерпение, капитан, — тихо произнес контр-адмирал Мор. — Однако, нашему оперативному соединению рано вступать в бой.
«Как бы не было поздно», — мрачно подумал Оланд, наблюдая как еще один звездный разрушитель плюнул огнем из своей рубки и ангара, принявшись неконтролируемо вращаться вокруг продольной оси.
Доминион многое взял от Империи. Лучшее из того, что
