завернулись в одеяла и снова улеглись. Базиль сидел один, глядя то на огонь, то в мрачную темноту.
Люсьен и Франсуа, несмотря на заявление последнего, вскоре уже похрапывали, заснув как убитые. Накануне утром они очень рано встали из-за приключения с медведем и целый день потом работали. Надо было действительно очень хотеть спать, чтобы заснуть под такое дикое завывание.
Базиль устал не менее их и скоро почувствовал, как мучительно не спать, когда одолевает сон. Глаза волков продолжали сверкать вокруг него со всех сторон, но он боялся их не больше, чем если бы это были зайцы. Однако было очевидно, что стая очень большая. Запах медвежатины, без сомнения, заставил прибежать издалека многих койотов, помимо тех, которые следовали за мальчиками последние дни.
Наблюдая за койотами, Базиль увидел, что они осмелели и стали подходить все ближе и ближе. Наконец несколько волков подобрались к лежавшим недалеко от костра медвежьим костям и набросились на них. В полумраке Базиль видел, как хищники вдруг кинулись со всех сторон. Было слышно, как трещали кости на зубах у волков, и видно, как они дерутся и возятся около скелета медведя. Скоро это кончилось - все кости были обглоданы в мгновение ока. Волки отошли и снова рассыпались вокруг.
«Я должен получше разжечь костер, - подумал Базиль, - а то они доберутся и до меня».
Он встал и бросил несколько охапок хвороста в костер, который вскоре запылал, осветив десятки пар желтых глаз вокруг. Это помогло Базилю немного развеять сон; он снова сел к костру, но скоро опять начал дремать. Все чаще и чаще он ловил себя на том, что засыпает, и каждый раз, когда он заставлял себя проснуться, замечал, что волки подвинулись еще ближе к медвежатине. Базиль легко мог бы выстрелить в любого из них и отогнать их на время, но не хотел тратить пули и пугать братьев.
Базиль сидел, раздумывая, как заставить себя не спать. Вдруг ему в голову пришла мысль, от которой он сразу вскочил на ноги.
«Придумал! - сказал он себе, прислоняя ружье к дереву. - Я еще как следует высплюсь, несмотря на этих грязных крикунов! Странно, что нам раньше это не пришло в голову».
Базиль взял лассо и, подойдя к мясу, начал складывать куски медвежатины на один конец веревки. Это не заняло много времени. Когда Базиль сложил все и прочно перевязал, он перекинул другой конец лассо через высокую ветку и подтянул мясо наверх, как на блоке, так что оно оказалось больше чем в десяти футах от земли; затем он привязал веревку к поваленному дереву.
- Ну, джентльмены, - пробормотал он, обращаясь к волкам, - можете бродить вокруг и выть, пока не охрипнете, но вы не заставите меня и на пять минут отложить мой отдых - ни за что!
Сказав это, Базиль улегся и закутался в одеяло.
- Ну что, господа волки? - продолжал он, увидев, что несколько койотов выбежали вперед и стали глядеть на раскачивающееся мясо. - Не правда ли, вам очень хочется достать мясо? Да? Спокойной ночи!
С этими словами Базиль рассмеялся и, вытянувшись рядом с братьями, через пять минут храпел так же громко, как они.
Но Базиль, при всей своей опытности, оказался в данном случае не так хитер, как предполагал, и волков ему перехитрить не удалось.
Видя, что Базиль уснул, они смело подвигались ближе и ближе, пока на том месте, над которым висело мясо, не набралось их несколько десятков. Они бегали взад и вперед, натыкаясь друг на друга и глядя вверх, однако не издавали ни звука, чтобы не разбудить спящих.
Некоторые волки тихо сидели, не отрывая глаз от лакомых кусочков, но не делая попыток достать их: они знали, что мясо находится вне пределов досягаемости. Это были явно наиболее старые и умные волки. Другие же показывали свою удаль, высоко подпрыгивая. Самым ловким удавалось прыгнуть так высоко, что носы их оказывались в нескольких дюймах от мяса, и они испытывали муки Тантала[48].
Один койот, лучший прыгун в стае, наконец ухитрился выхватить из связки маленький кусок, висевший ниже других. На ловкача сейчас же накинулись, едва он коснулся земли, и принялись гоняться за ним и осаждать его так, что он уже был рад отдать этот кусок, лишь бы спасти свою жизнь. Однако успех койота окрылил остальных, и они продолжали прыгать, хотя и безуспешно.
Но старшим - тем, которые до сих пор только наблюдали, - пришла в голову новая мысль. Некоторые из них побежали к бревну, где было привязано лассо, и, схватив зубами лассо, стали перегрызать его. Им потребовалось немного времени, чтобы добиться своего. Минуты через две тяжелая связка мяса глухо стукнулась о спину одного из волков, заставив его страшно завыть.
Маренго, который все это время был настороже, зарычал громче обычного, и весь этот шум разбудил троих спящих. Базиль, увидев, что случилось, вскочил и, схватив ружье, побежал вперед, а следом за ним - Франсуа и Люсьен.
Все трое ворвались в гущу волков, стреляя на бегу и ударяя их прикладами. Звери, конечно, бросились бежать врассыпную, но некоторые из них, убегая, все же захватили с собой лучшие куски медвежатины. Два койота были убиты выстрелами, а третьего, раненного Франсуа, догнал и растерзал Маренго.
Мясо скоро собрали, и Базиль, хотя и несколько расстроенный, но все же веря в свой план, снова перевязал мясо и подвесил его на лассо. На этот раз, однако, он закрепил конец лассо на высокой ветке дерева, и, так как волки не умеют лазить на деревья, мальчики были уверены, что, при всей своей хитрости, койоты теперь уже не смогут достать мясо.
Подбросив в костер побольше хвороста, братья снова завернулись в одеяла в надежде, что ничто больше не побеспокоит их до утра.
Глава XX. ОГНЕННОЕ КОЛЬЦО
