всей семьи, но и решила разобраться с горой мусора, который следовало сдать на переработку, но о нем забывали вот уже несколько недель.
– Фергюс, иди сюда и помоги мне с бумагой, – позвала она, вытаскивая плетеную корзину, прятавшуюся за подлокотником дивана. Они бросали в нее старые газеты, письма и другую ненужную бумагу. Она даже не рассердилась, когда в приступе озорства мальчик запустил обе руки в корзину и подбросил кучу бумаги в воздух с криком:
– Снег идет!
Возможно, это была уловка судьбы, маленький тест для ее только что обретенной смелости, но случилось то, что случилось. Когда Фрэнки поднимала старые счета, конверты и листки бумаги, теперь разбросанные по ковру, ее взгляд упал на какие-то написанные от руки цифры, написанные от руки на одном из листков. Она поняла, что смотрит на телефон Джулии, который та оставила в тот раз, когда впервые появилась в их квартире. Крэйг, должно быть, отправил листок в корзину. «Нам ЭТО не нужно».
Совпадение? Или вмешательство судьбы? Кто бы мог такое предположить, но Фрэнки поймала себя на том, что задумчиво убирает листок с телефоном в задний карман своей джинсовой юбки. Просто на всякий случай.
Незримое присутствие Джулии ощущалось ежедневно. Несмотря на протесты Фрэнки, Крэйг все-таки отправил ту переполненную ядом колонку редактору. Вики тут же позвонила ему. Она была встревожена.
– Ты же понимаешь, что мы не можем это опубликовать, – сказала она тогда. – Крэйг, твоя бывшая – реальный человек, мы не хотим получить судебный иск.
Катастрофы удалось избежать, слава богу, и Крэйг написал новую очаровательную колонку о том, как они с Фергюсом вместе пекли печенье и как Фергюс не захотел есть паровоз из теста, который сам же и сделал. А потом они смотрели, как этот паровоз на протяжении нескольких недель покрывается плесенью, в надежде, что он станет таким же голубым, как Томас-Танк. Но Фрэнки знала, что все эти отвратительные слова никуда не исчезли и Крэйг держит их в себе. Если они не были опубликованы в этот раз, то вполне вероятно, что он выкрикнет их в лицо Джулии в зале суда. И в этом тоже нет ничего хорошего.
«Свяжись со мной, когда захочешь обсудить это как взрослый». Джулия сказала это, явившись к ним в квартиру. Но с тех пор никто не вел себя как взрослый. Они как подростки пытались сравнять счет и обзывали друг друга. «Крэйг не хочет говорить со своей бывшей, но, возможно, я бы могла», – подумала Фрэнки, вспомнив номер телефона в кармане. Если ей хватит смелости. Хватит ли?
– Пойду отнесу мусор на переработку! – крикнула она Крэйгу, заполнив предоставленный муниципалитетом пакет. Фергюс ей не слишком помогал. Повинуясь порыву, она схватила и свой телефон. Стоит ли звонить? Не сделает ли хуже? Фрэнки обдумывала это, пока тащила мешок вниз к мусорному контейнеру на первом этаже. Она чувствовала, что Крэйг отодвинул ее в сторону в ситуации с Джулией, не советовался с ней, ни разу не спросил ее мнения. Но в своем положении стороннего наблюдателя Фрэнки не могла не думать, что ее партнер только все портит.
Фрэнки выбросила мусор, потом постояла на солнышке, пытаясь решить, как поступить. «К черту все», – решила она. Накануне разговор с Полой прошел так хорошо. Он доказал, что когда женщины вместе берутся за дело, они могут со всем разобраться. И прежде чем она успела снова передумать, она отошла подальше от вонючих баков, уселась на низкую кирпичную ограду и набрала номер Джулии. «Ты смелая, – напомнила себе Фрэнки слова Полы. – И это хорошо!»
– Алло? – услышала она после третьего гудка.
Происходящее было безумно похоже на звонок Поле, честное слово. Сердце Фрэнки билось у нее в горле, ладони внезапно вспотели. Она надеялась, что поступает правильно.
– Джулия, это Фрэнки, – вежливо сказала она. – Я вот что подумала… Может быть, нам с тобой встретиться и поговорить?
Джулия хмыкнула.
– Интересно, – с удивлением протянула она. – Я так понимаю, Крэйг об этом не знает?
– Э… Нет, – призналась Фрэнки.
– Еще лучше. О-о-о, звучит здорово. Даже его подружка против него. Не повезло тебе, Крэйг!
Фрэнки скрипнула зубами. Как этой женщине удается говорить такие ужасные вещи так легко?
– Это не… – начала она, но Джулия ее перебила:
– Я просто тебя дразню. Да, конечно, мы можем встретиться. Ты хороший полицейский, я так понимаю, собираешься предложить мне конфету, пока он, как плохой полицейский, рычит и ворчит?
Фрэнки снова поморщилась от того, как жалко это прозвучало. Хотя, по сути, так оно и было. Она предполагала, что Джулия ее дразнит, но Фергюс был слишком опасной темой, чтобы шутить.
– Послушай, я только хочу поговорить… – начала она, но Джулия опять перебила:
– Я знаю. Просто шучу. Ну, по крайней мере, я так думаю. Итак, где мы встретимся? Я бы пригласила тебя к себе, но я живу с подругой в Хайбери. Настоящая дыра, и это еще мягко сказано. Но, может быть, нам встретиться где-нибудь на Аппер-стрит? Если ты платишь, конечно. Чтобы выпить латте в одном из этих мест, человеку нужно почку продать.
Ей показалось, или Джулия действительно говорила как маньяк? Фрэнки встревоженно думала, во что она впуталась.
– Ладно, – согласилась она, стараясь сохранять хладнокровие. – Как насчет кафе «У Барни» в полдень?
– Встретимся там, – сказала Джулия.
Щелкнув, телефон умолк, и Фрэнки сунула его обратно в карман. У нее в животе поселилось неприятное ощущение, но вместе с ним появилась отчаянная надежда, что она не облажалась.
– Мне нужно встретиться с Констанцией, – соврала она Крэйгу, вернувшись в квартиру. – Мне скоро выходить, если ты не против. Я только немного подкрашусь и надену другой топ.
Сердце у нее громко стучало, но Крэйг только кивнул с отсутствующим видом. Фрэнки перебрала вешалки в шкафу, выбирая, что надеть. Лгать Крэйгу, встречаться с Джулией без его ведома… Она играла с огнем и знала это. Но иногда ты просто обязана рисковать, так?
«Молодец», – прозвучал голос Кэти у нее в голове, когда Фрэнки надела блузку с коротким рукавом и с принтом в виде яблок, а потом сбрызнула духами шею и запястья. «Я делаю это ради Фергюса», – твердо сказала она себе, идя по солнечным улицам к подземному переходу. Именно поэтому она была преисполнена решимости ничего не испортить.
Но, выйдя из метро на станции «Хайбери» и «Ислингтон», она едва не повернула назад, идя к кафе «У Барни». Собственное поведение вдруг показалось ей совершенным безумием. Она действовала тайком, за спиной у Крэйга.
Она рисковала своими отношениями не только с ним, но и
