что, набросились друг на друга?
– В номер принесли красное вино, мы выпили, совсем немного поговорили, а потом я предложила вместе принять душ, – вспоминает она с мечтательной улыбкой. – Мы долго там находились, разогревались, изучали друг друга. А в спальне страсть нас накрыла с головой!
– И всё? – не сдерживаюсь я, когда Ирэн начинает молча есть свой стейк.
– «И всё»? – усмехается Ирэн, глянув на меня с подозрением. – Хочешь знать детали?
Да, черт возьми. Мне необходимо знать детали, чтобы убедить себя в том, что случившееся со мной вчера – совершенно нормально. Что подобный опыт есть у многих и уж точно у моей подруги Ирэн, которая сидит в этом приложении несколько месяцев и активно спит с его пользователями!
– Мне просто любопытно, что значит «голодный секс»? Не понимаю.
– Потому что его у тебя никогда не было! Этот Роберт умел разве что скуку своим членом наводить! Жизнь с ним лишила тебя яркости красок, – фыркает Ирэн и опускает столовые приборы на края тарелки. – Это, когда мужские ласки доставляют столько удовольствия, что с каждой секундой мужчины становится мало. И ты хочешь больше, хочешь глубже и сильнее. Ты требуешь и требуешь, а он уже выжал педаль на всю и дальше двигаться просто некуда. И потом наступает оргазм, – хмыкает она и выпивает половину стакана с соком.
– А какие эти ласки были? Ну, я имею в виду их характер.
– Спокойные, – задумывается Ирэн. – Неспешные. Внимательные. Чем медленнее, тем мучительнее.
– А разве взрывной и голодный секс не подразумевает жесткость, например? Нечаянную грубость?
Мои запястья вспыхивают, и я машинально прячу пальцы в рукавах черной водолазки.
– Не думаю, что шлепок по попке является «нечаянной грубостью», – смеется Ирэн. – Скорее уж намеренная, однако, не такая и грубая. Это тоже ласка.
– То есть, – прочищаю горло, изображая непринужденный вид, – ваш первый секс с Мстиславом был спокойным, лишенным буйства и безумия, процессом, в котором имели место быть ласки, исключающие боль и жесткость.
– Ты что, опрашиваешь меня ради очередного материала?
– Собираю информацию. Работенка предстоит не из легких, – вру. – Хочу узнать, какой бывает первая сексуальная близость с мужчиной? Ну, с которым в последствии либо складываются отношения, либо нет.
– Ну, в нашем случае жесткости не было. Да и что ты подразумеваешь под этим словом? Конкретно?
– Не знаю, – бросаю нервный смешок, будто меня поймали с поличным. Мышцы тела изнывают, а вход во влагалище пылает ярым пламенем. – Например, прямолинейные и грубые требования?
– Что-то типа «встань на колени, сучка и отсоси»? – смеется Ирэн.
– …Угу.
– Нет, такого со мной точно не было. Всё ведь происходит интуитивно. Хочешь ты, например, попробовать его на вкус. Ты просто берешь и делаешь это, не дожидаясь приказов. Да и я сама такая, знаешь? – признается она. – Меня не возбуждают приказы или ощущение быть во власти мужчины. Мне нравится, когда мы наравне. Грубые фразочки, конечно, возбуждают. Но они имею скорее описательный характер, нежели повелительный.
– Например?
– О, мой, бог! Что прям настолько детально? – смеется Ирэн. – Ладно. Кхм. Когда я сверху и мужчина впивается в мои бедра пальцами, насаживая на себя, я могу кончить только лишь от фразы «какая же ты грязная и сладкая шлюшка, Ирэн». И точно так же, когда он имеет меня сзади, я могу сказать что-то вроде «о, боги, обожаю твой член, он разрывает меня на части»! Видишь? Я описываю свои ощущения или процесс. И это доставляет мне удовольствие.
– …Любопытно, – с трудом проглатываю я запеченные овощи. – А что насчет…боли? Тебе не нравится, когда мужчина действует грубо, причиняя боль?
– В какой степени? Использует хлыст? Душит?
– Угу. – Перед глазами так и застывает обнаженная мужская грудь и кожаная портупея. – И если, например, трахает тебя так, будто насилует?
– Заманчивая ролевая игра, кстати! Но у меня не получается в нее играть.
– А ты…пробовала?
– Разумеется! Вообще она проявляется в сексуальной жизни многих парочек. Природа сделала женщин слабыми и нежными созданиями, чем испокон веков пользовались дикари-мужчины. Они принуждают их к близости путем грубых действий, а встречаясь с сопротивлением, действуют самым жестким образом. Возражения лишь больше их провоцируют. Это и есть насильственные действия. Но так же природа наделила женщину желанием казаться слабой. Эта своеобразная игра, созданная мозгом для удовлетворения сексуальных потребностей сильных женщин. Они так устают от своей непревзойденности, что хотят насладиться возможностью оказаться во власти мужчины. А как это сделать в обыденной жизни? Ну, скажем, живет некая Ксюша. Она успешна в своей профессии, она любит свою работу, любит себя больше, чем кого-либо и поэтому как раз не заводит серьезные отношения! – смеется Ирэн, будто описывая…меня. – И ей, как всякой здоровой и адекватной женщине, хочется секса. Это нормальное желание здорового организма, не более. И вот находится кандидат. Они выпивают, целуются, всё идет к постели. Но вот скажи мне, чего она на самом деле хочет? Чего ждет от секса, как от процесса?
– Наверное, она желает…забыться.
– Да, – соглашается Ирэн. – Но этого хотят все женщины, ложась в постель с мужчиной. За исключением тех, кто уже готов симулировать оргазм, только чтобы поскорее это безобразие закончилось! Наша Ксюша считает себя идеальной и в какой-то степени это так и есть. Успех делает женщину сильной. Как сотрудника какой-то организации, как мамочку пятерых детей, как лучшую студентку вуза, как домохозяйку – неважно. Успех определяет её отношение к себе и именно любовь к себе делает её сильной. А наша Ксюша любит себя, ценит, уважает, балует, гордится! Она уже и без того милая, правильная, воспитанная девочка, так зачем же ей лишний раз убеждаться в этом ещё и в постели? Ей не нужны сладкие фразочки, несмелые поцелуи и мужчина, который постоянно спрашивает: «Тебе хорошо? Я правильно всё делаю? Тебе нравится?» Она ждет от него приказов, потому что в своей обыденной жизни внутренняя сила и гордыня не позволяют ей молчаливо их исполнять. Она всегда найдет, что ответить, всегда будет идти против течения, а здесь ей хочется следовать ему. Потому что она устала. Потому что она не хочет контролировать себя. Потому что только здесь она делает то, что желает её нутро, а оно стремится к подчинению. Которое, – завершает Ирэн свой содержательный монолог, – может подразумевать ложные действия насильственного характера. Игра!
Официант приносит мою пасту с грибами, но я уже вдоволь сыта салатом. Слова Ирэн нуждаются в осмыслении, потому что эта несуществующая Ксюша, будто с меня слизана!
– Значит ли это, что ты не считаешь себя сильной женщиной?
– Ну, вот ещё! – отвечает Ирэн с набитым ртом. – Разумеется, я сильная и уверенная в себе! И я обожаю себя. Но я бы навряд ли смогла одержать
