Девушка почувствовала, как у нее по спине пробежал холодок, хотя она изо всех сил старалась убедить себя, что бояться ей абсолютно нечего. Просто воспоминания о том, что с ней сделал Том, никогда не уйдут из ее памяти. И еще она вдруг подумала, как бы отнесся Спенсер к тому, что она приехала сюда с Эрни. Но это больше не имело значения. К тому же он женат. А это ее личная жизнь, и никому до нее не должно быть дела. Она изо всех сил старалась не думать о Спенсере и пошла за Эрни в дом. В доме никого не было, и это слегка напугало Кристел.
– Не бойся, малышка. – Он мягко улыбался. – Я не собираюсь обижать тебя. Просто мне показалось, что тебе необходимо отдохнуть хотя бы один вечер.
Он прав, ей действительно нужен отдых, но она не уверена, что это подходящее место. Внутренний голос предостерегал, что ей не стоит входить, но теперь чертовски глупо отступать. Что ни говори, Эрни очень мил, да и сделал он для нее уже немало.
Она вошла за ним. Дом оказался прекрасным, со стеклянными стенами и высокими потолками. На полу лежали толстые белые ковры, тут и там стояли белые кожаные диванчики, а сама комната казалась больше из-за неимоверного количества зеркал. Огромное, во всю стену, окно выходило на океан, и Кристел увидела в нем великолепный закат. Это было так красиво, что Кристел, наблюдая за заходящим солнцем, почувствовала себя намного спокойнее. Она всегда любила на ранчо наблюдать заход солнца.
– Хочешь что-нибудь выпить? – Эрни подошел к бару и открыл холодильник, замаскированный за зеркальной дверцей. Она отрицательно покачала головой. У нее были все основания оставаться трезвой.
– Нет, спасибо.
– Тогда, может быть, содовой?
Она попросила кока-колу, и он улыбнулся. Она действительно совсем ребенок, прячущийся в таком прекрасном женском теле. Никогда еще он не встречал девушки красивее и неустанно продолжал повторять, что она – счастливая находка.
– Не хочешь выпить или не доверяешь мне? Она немного поколебалась, но потом рассмеялась:
– Наверное, и то и другое.
– Умница.
Он налил себе водки с тоником и предложил ей сесть на один из диванов. Кристел никак не могла сообразить, где находится бассейн, но теперь, когда они вошли, она поняла, что дом гораздо больше, чем кажется.
– Я заказал для нас обед. Уверен, он где-нибудь надежно припрятан. У меня есть слуга, который приходит сюда каждый день, хотя сам я редко здесь бываю. Ведь живу я в Хиллз. – Он прекрасно знал, что Кристел все еще живет в отеле. – Ты можешь приезжать сюда, когда захочешь, Кристел. Просто чтобы отдохнуть. Уверен, после тяжелого дня съемок тебе это совершенно необходимо.
Ее тронула эта доброта. Непонятно только, почему он это делает. Конечно, он собирался на ней заработать, но она была склонна думать, что за этим кроется нечто большее. Он постоянно присылал цветы, небольшие подарки, выбирал для нее провожающих... и теперь вот это – вечер на пляже в джинсах... Это именно то, чего она так хотела. Ему ничего не стоило отгадывать ее желания. Уж в чем, в чем, а в этом он мог превзойти кого угодно. Эрни Сальваторе безошибочно разбирался в людях.
Она откинула голову на спинку дивана и наблюдала, как в окне за его спиной садится солнце. Потом облегченно вздохнула:
– Мне кажется, что это самый счастливый день за все то время, пока я здесь.
– Я рад. Хочешь поплавать перед обедом или предпочитаешь подождать? Может быть, прогуляемся по пляжу?
Она умиротворенно улыбнулась:
– Это было бы здорово.
Он поставил стакан и подошел к двери на террасу. Когда он ее открыл, в комнату ворвался прохладный морской ветер. Эрни стал спускаться за девушкой по ступенькам на песчаный пляж. Чувствуя, как ветер обдувает лицо и треплет волосы, она побежала. Она была по-настоящему счастлива за долгое время и превратилась в ребенка, когда, выписывая по песку круги, сняла ботинки и вошла в воду. Быстро темнело, но он продолжал медленно идти за девушкой, с удовольствием наблюдая за ней и чувствуя себя гордым отцом. Наконец она повернула к нему раскрасневшееся от холодного воздуха и морского ветра лицо.
– Вы замерзли?
– Нет, мне очень хорошо.
Но он видел, что замерзла она, поэтому снял пиджак и накинул ей на плечи. Он пах его одеколоном, которого Кристел раньше не замечала, и сейчас она с удивлением обнаружила, что ей нравится этот запах. Она подумала о том, был ли он когда-нибудь женат и есть ли у него дети, и вообще, что скрывается за внешним видом этого человека.
Он никогда ничего не рассказывал о себе. Казалось, он находится здесь исключительно для того, чтобы доставлять ей удовольствие.
Наконец они вернулись в дом, и он отправился искать спрятанный обед. Он обнаружил омаров, залитых нежным майонезом, и великолепный салат из шпината. В серебряном ведерке со льдом лежала бутылка шампанского и вареные яйца, фаршированные икрой.
– Ты когда-нибудь ела фаршированные яйца?
Она отрицательно покачала головой. Она только слышала о том, что яйца можно фаршировать икрой. Эрни по-отечески улыбнулся девушке:
– Поначалу они тебе могут не понравиться. Существует масса вещей, которые не нравятся с первого раза.
Но она решила попробовать их, чтобы сделать ему приятное, и нашла, что они не так уж и плохи. Однако когда они уселись в удобные кресла за низкий столик, она уделила гораздо больше внимания омарам и шампанскому. Она пила понемногу и маленькими глоточками, но Эрни и не настаивал. У него есть время, уйма времени, и он не хотел заставлять ее делать что-либо, пока она сама этого не захочет. А он не сомневался, что рано или поздно она этого захочет. Слишком многим она ему обязана.
Они разговаривали о ее родной долине, о ее отце, обо всем том, что было ей очень дорого. Эрни слушал ее с таким видом, как будто все, что касалось этой девушки, имело для него жизненно важное значение. Через полчаса они закончили обедать, и он, ласково улыбаясь, предложил ей искупаться в бассейне:
– Это поможет расслабиться. Она засмеялась над его словами:
– Если я расслаблюсь еще хоть немного, то усну прямо на полу. – День был длинный и тяжелый, утомление уже начинало сказываться, свежий морской воздух нагнал на нее сон. – А поплавать неплохо, если только я не утону после съеденных омаров.
– Не волнуйся. Я тебя спасу.
Она мило улыбнулась, вдруг представив себя со стороны: она сидит с Эрни в своих любимых джинсах и ботинках, в одной из старых рубашек, с распущенными волосами.
– Мне кажется, вы уже это сделали.
– Надеюсь. – Ее благодетель милостиво улыбнулся и показал ей, где можно переодеться.
Сам же отправился в бассейн, чтобы включить свет. И когда через минуту она появилась там в белом купальнике, он почувствовал, что у него перехватило дыхание. Как всегда, она не сознавала, как потрясающе хороша, и это ему в ней нравилось. Зрителям это тоже наверняка понравится. И он никогда не забывал об этом.
