территории ни при каких обстоятельствах было невозможно» (НАРБ. Ф. 1440. Оп. 3.Д. 943. Л. 182).
Айнзацкоманда 9 действовала в районе Витебска, где 8 октября 1941 г. уничтожила более 4000 евреев, айнзацкоманда 8 в ноябре 1941 г. в районе Гомеля и Бобруйска уничтожила более 8500 человек (Die Einsatzgruppen…, 1997: 59). Только в октябре 1941 г. айнзацгруппой Б было уничтожено 37 180 человек, а к 14 ноября этого же года количество уничтоженных увеличилось до 45 тыс. (Manvell, 1972: 93) За все время существования этого подразделения было уничтожено свыше 134 тыс. человек (Залесский, 2004: 36).
Начиная с 1942 г. информация о массовых убийствах на оккупированных нацистами территориях Советского Союза начала становиться достоянием мировой общественности. Советское правительство было первым, кто заявил о масштабах нацистских преступлений. 6 января 1942 г. нарком иностранных дел СССР В.М. Молотов распространил по дипломатическим каналам стран-союзниц ноту, в которой приводились подобные факты (Большевик, 1942: 8–21). 27 апреля 1942 г. Молотов вновь привел доказательства массовых расстрелов, в том числе упомянул об убийстве 14 тыс. евреев в Харькове. После этого, к концу 1942 г., свидетельства нацистских преступлений в концентрационных лагерях начали появляться в американской и английской прессе (Spector, 1990: 158).
С целью сокрытия следов своих чудовищных преступлений весной 1942 г. немецкое руководство начало подготовку «Операции 1005», которая представляла собой широкомасштабную долговременную программу по сокрытию следов военных преступлений на Востоке. Непосредственным исполнителем этой акции был назначен штандартенфюрер СС Пауль Блобель[250].
Для исполнения своих обязанностей Блобель получил очень широкие полномочия и был напрямую подчинен шефу гестапо Г. Мюллеру. Все старшие командиры СС и полиции на Востоке должны были оказывать ему максимальное содействие и помощь. «Операция 1005» носила гриф «Совершенно секретно», а все ее участники давали подписку о неразглашении. «Команды смертников», которые выполняли самые сложные работы по эксгумации трупов, должны были в итоге ликвидироваться.
Сразу после своего назначения Блобель приступил к организации уничтожения останков жертв в Аушвице, а также Бельжеце, Собиборе. К ноябрю 1942 г. было эксгумировано 107 тыс. тел в Аушвице, к марту 1943 г. 500 тыс. тел в Собиборе и Бельжеце. Здесь разрабатывались и апробировались технологии уничтожения большого объема эксгумированных останков, а также специальное оборудование, предназначенное для этих целей (сборные печи, костедробилки и др.).
Параллельно с проведением операции в Польше осенью 1942 г. Блобель посетил Киев, считая необходимым начать эксгумацию в этом районе. Эта поездка была неслучайной, так как Блобель в качестве руководителя зондеркоманды 4а принимал участие в убийствах на Украине, в том числе и в Бабьем Яру, поэтому был как никто осведомлен о масштабах совершенных преступлений. Однако после совещания с главой ЗиПо/СД Томасом было принято решение отложить эту операцию в силу сложных погодных условий. Весной 1943 г. Пауль Блобель вновь посетил оккупированную территорию Советского Союза. На этот раз он приехал во Львов, где обсудил детали секретной операции с командующим СС и полиции Галиции Фрицем Катцманом. В результате Яновский концентрационный лагерь стал первым местом на территории СССР, где начала осуществляться «акция 1005» (Spector, 1990: 162).
15 июня 1943 г. в Яновском лагере было отобрано 75 еврейских заключенных. Они были размещены в отдельном бункере за пределами лагеря. Вскоре их количество увеличили до 129. Узники должны были работать под охраной 8–10 эсэсовцев и 70 человек полицейских-шупо. Заключенные уничтожали доказательства нацистских преступлений в двух местах массовых расстрелов – Песках, неподалеку от концлагеря, а также в лесу поблизости от Лычаковской улицы. Узники разбивались на группы, число которых доходило до девяти. Они вскрывали могилы, извлекали из них трупы, укладывали тела на заготовленные дрова, обливали бензином и поджигали. Останки перемалывались в специальной машине, которая была обнаружена на территории лагеря после его освобождения. Пепел просеивали, чтобы выявить золотые коронки, обручальные кольца и иные ценные вещи. За один день уничтожалось до 2 тыс. трупов. Только в Песках членами зондеркоманды было уничтожено не менее 40–50 тыс. трупов. Всего же в районе Яновского концлагеря и Лисиничского леса, по данным членов зондеркоманды, было уничтожено около 200 тыс. человек (Аристов, 2018: 310).
Опыт организации «акции 1005» в Яновском лагере в дальнейшем использовался в других оккупированных районах Советского Союза. В самом концентрационном лагере были организованы курсы для эсэсовцев по подготовке и проведению кремаций. Руководил ими унтерштурмфюрер СС Шэллок, координировавший ранее процесс уничтожения трупов в Яновском лагере. Эти курсы включали:
• обеспечение специальной охраны из частей полиции, СД и СС с учетом объема запланированных работ;
• формирование рабочей команды, так называемой команды смертников, для исполнения работ по вскрытию захоронений, дальнейшей эксгумации и сожжению трупов;
• организацию временных построек в форме землянок для содержания рабочих команд, укомплектованных из узников местных гетто, тюрем, лагерей для военнопленных, а иногда и из числа местного гражданского населения;
• подготовку дров и других горючих материалов для проведения работ по сожжению эксгумированных трупов;
• сожжение трупов на кострах в штабелях или в специально построенных в земле печах;
• уничтожение остатков костей после сожжения через их дробление;
• избавление от свидетелей, то есть ликвидацию рабочих команд путем их расстрела и сожжения;
• ликвидацию следов преступлений на месте проведения работ (Новікаў, 2019: 7).
Этими правилами руководствовались все подразделения «зондеркоманды 1005-Центр», которые обеспечивали проведение указанных работ на территории оккупированной Беларуси.
В августе 1943 г. для реализации намеченной операции в Беларуси была создана «зондеркоманда 1005-Центр». В нее входили не менее 75 исполнителей. К ним относились не менее 30 полицейских 4-го взвода 9-й полицейской танковой роты под командованием Отто Голдапа. Административные функции были возложены на Отто Древса, который был «острием» подразделения охранной полиции и заместителем Голдапа. Кроме полицейских, в команду входило около 40 солдат роты СД «Фольксдойче». Подразделение также было укомплектовано несколькими водителями и 6 переводчиками (Хоффманн, 2013: 21). Именно эта команда занималась уничтожением следов преступлений на территории лагеря Малый Тростенец.
Но прежде обратимся к территории восточной Беларуси, которая находилась под властью военной администрации. С целью координации работ по уничтожению следов преступлений в конце сентября 1943 г. в Могилеве была проведена встреча руководства зондер- и айнзацкоманд айнзацгруппы Б, которые действовали в тылу группы армий «Центр». По результатам встречи, на которой также присутствовали начальники полиции Бобруйска, Гомеля и Витебска, был отдан приказ, согласно которому каждая из вышеназванных структур создавала специальное подразделение для реализации «эксгумационных работ», проведение которых должно было обеспечить путем привлечения узников из близлежащих лагерей и тюрем. В тот же день в районе деревни Пашково около Могилева было организовано «показательное сожжение» трупов 100 местных граждан, сложенных в специальный костер. На этой акции присутствовали представители команд СД из Бобруйска, Гомеля, Витебска, Могилева и Минска.
Группа заключенных из Могилева выкопала котлованы 8 м в длину и
