На Таити проживает около тысячи китайцев. Поселились они здесь более века назад. Тогда это были бедные китайские кули, но, будучи трудолюбивее и бережливее местных жителей (за что те сегодня их презирают), они со временем сколотили состояние. В настоящее время большая часть бакалейных лавок, ресторанов и магазинов принадлежит китайцам. Они давно уж смешались с местным населением и от смешанных браков появились очень стройные, длиннокосые девушки с чуть раскосыми глазами. Бывшие кули теперь, разбогатев, заказывают женам и дочерям роскошные туалеты в Париже – признак и хорошего тона, и состоятельности.
Таитянский конкурс – это фейерверк цветов, факелов, музыки, шампанского, элегантных и красивых женщин. Проходит он в три тура. В первом девушки выходят одетые только в бикини. Этот тур самый бурный. Публика чрезвычайно темпераментна и непринужденна. Зрители поддерживают своих кандидаток громкими криками, взбираются друг другу на плечи. Для таитян красота – одно из самых ценных качеств человека, и потому конкурсы волнуют поголовно все население.
Во втором туре девушки одеты в парео, в третьем – в длинные платья. В конкурсе «Мисс Дракон» длинные платья обязательно украшались фигурами дракона, а в другом – это дело вкуса и фантазии.
Пока жюри заседает, комментарии не стихают. Мы с Дончо и еще несколько американцев сидели в первом ряду, у нас тоже были свои любимицы, и мы волновались за исход конкурса не менее таитян. Когда жюри назвало имя победительницы конкурса «Мисс Таити» и она прошлась перед публикой несколько раз, зал взорвался от криков и оваций. Тогда я впервые пожалела, что мы не останемся здесь до 14 июля – праздника Дня Бастилии, который на Таити отмечают целый месяц. Глядя, как полинезийцы любят и умеют веселиться, можно себе представить, сколь интересно проходит их национальный праздник. Но мы уже приняли решение покинуть Таити 23 июня.
Рядом со мной сидел Норис. Он все время злился и ворчал, что нет освещения и подходящего материала, чтобы сделать хорошие снимки. Норис – американец, прибыл сюда с Гавайских островов на полинезийской пироге «Окулеа». Ее экипаж состоял из 17 человек, а цель их была совершить дальнее плавание, как делали это древние полинезийские мореплаватели, ориентируясь лишь по звездам, и питаться только такой пищей, какую брали на борт пироги в долгое путешествие их прадеды. «Окулеа» – 22-метровая пирога с огромным парусом, самая широкая часть которого находится вверху. Судно двухкорпусное. Главным навигатором был 50-летний малаец, владевший искусством ориентироваться без секстана и компаса. Остальные члены экипажа – молодые парни. Сопровождала пирогу современная яхта «Меотаи», с которой производились съемки и сообщался прогноз погоды – и никакой иной помощи. Плавание продолжалось 33 дня. Норис делал съемки для журнала «Нэшнл джиографик» и все время находился на пироге, а не на яхте.
На Таити их встречали песнями и танцами. Для таитян в этой экспедиции заключался и глубокий патриотический смысл. Они восприняли плавание «Окулеа» как напоминание о тех славных временах, когда Полинезия была независимой страной, а полинезийцы были свободным народом. Большинство таитян ходили в майках, на которых красовалась надпись «Окулеа». Каждый день в газете публиковался бюллетень, сообщавший, где находится пирога, что происходит на ее борту и какая погода в океане. Прибытие пироги на Таити вызвало бурную радость. Все население вышло встречать мореплавателей, произносилось много речей на полинезийском языке, всюду только и слышалось: «Окулеа».
Спустя три дня таитяне столь же экспансивно набросились на экипаж «Окулеа» с упреками. Они обвиняли его в том, что он держал на борту воду в пластмассовых бидонах, осуждали за то, что моряки пироги подрались между собой в отеле. Полинезийцы дружно забыли, что отважные мореплаватели 33 дня пробыли в океане, что не успели они отойти от Гавайских островов, как попали в жестокий шторм, что у них залило один из корпусов и пирога едва не затонула, что экипаж вынужден был вернуться для ремонта на Гавайские острова, где на них обрушился град насмешек, выдержать который стоило стольких нервов, что близ экватора они попали в полный штиль. Забыв все это, полинезийцы особенно разгневались из-за того, что этот героический экипаж подрался на суше.
Мне же понятны поступки этих обыкновенных парней. Они просто не знают, что если ты совершил нечто, вызвавшее восхищение у людей, и стал любимцем публики, то не можешь более позволить себе расслабиться, перестать владеть собой. Хотя опасности уже позади, ты по-прежнему в центре внимания и поэтому должен держать себя в руках, не терять самообладания и всегда улыбаться. А парни, сойдя на берег, вспомнили, вероятно, все недоразумения и обиды, которые в океане проглотили из чувства солидарности. И неудивительно, что они по-мальчишески подрались. Одного не пойму, почему и на берегу они не постарались забыть и простить прежних обид. Видимо, потому, что экипаж был укомплектован из случайных людей.
Прибытие пироги на Таити – это лишь первая половина намеченной программы. Вторая часть предусматривала через месяц возвращение пироги в Гонолулу, но ее экипаж распался у нас на глазах. Спустя неделю началось комплектование новой команды. К сожалению, члены прежнего экипажа имели глупость наговаривать друг на друга, а при столь оперативной прессе, как в Папеэте, все попадало в газеты уже на следующий день.
Вспоминаю, что и нас спрашивали, каково наше мнение об «Окулеа». Мы ответили, что для нас абсолютно никакого значения не имеет – держали ли воду в пластмассовых бидонах или в какой иной посуде. Плавание на пироге – высочайшее проявление силы духа, воли, и для людей, уже привыкших к современной цивилизации, возвращение на 3000 лет назад, причем в необычной для них обстановке, требует невероятных усилий, не говоря уже о долгой, в течение месяца, борьбе с океаном. И мы, как люди, прекрасно знающие, что такое океан, восхищаемся экипажем пироги «Окулеа». Это интервью почти дословно было помещено в газетах.
Норис, которому вдобавок ко всем трудностям плавания необходимо было еще и делать съемки, признался, что ему было нелегко, но что об этом говорить при нас ему неудобно. Особенно при мне. Объяснил он это совсем просто:
– У меня рост метр девяносто, вес 75 килограммов, и со мной было еще 16 мужчин в лодке, которая втрое больше вашей. А у тебя какой рост? Один метр семьдесят сантиметров, вес 50 килограммов, и ты пробыла в лодке 75 дней с одним лишь Дончо! Все просто и ясно, о чем тут еще говорить.
У Нориса самая лучшая киноэкипировка для морских экспедиций из всех, какие я только видела. Есть специальные боксы и пеналы для хранения кинокамер и материалов, кроме того, на объективе он установил микрофон, а в кармане имел магнитофон «Награ» и потому мог делать синхронную съемку. Все это мы тщательно осмотрели, так как вместе приводили в порядок кинокамеры и фотоаппараты, удаляя влагу и морскую соль. Когда Норис закончит работу над фильмом, то отправится в составе новой экспедиции Тура Хейердала через Индийский океан. Есть у него лишь один недостаток – он чрезвычайно высок ростом для любого судна. Но не может же один человек обладать всеми достоинствами.
