Мы решили погулять по Папеэте. И уже в первые минуты нервное напряжение спало. Я ожидала встречи с Папеэте как с живым существом.
Какое он произведет на меня впечатление – разочарует или понравится? Есть ли что общее с описанием Таити в книгах, которые я читала?
Ах, как он мне понравился! Как было приятно бродить по его улицам! Я засматривалась на красивых длиннокосых девушек больше, чем Дончо. Неожиданно кто-то нас окликнул:
Маршрут спасательной лодки «Джу-V» на участке Хива-Оа Бора-Бора.
– Юлия, Дончо! Я уже заждался вас! Звонил в отель – не отвечаете.
Навстречу нам, широко раскинув руки для объятий и радостно улыбаясь, шел человек с библейской бородой. «Бенгт Даниельссон», – сразу догадались мы.
Он писал о нас статьи, отправлял их в бельгийскую и местную газеты. Материалы об экспедиции получал от Святослава Колева, с которым он давно уже дружит и переписывается. Кроме того, Святослав прислал ему также болгарские газеты, в которых сообщалось о нас. Теперь Даниельссон хотел их нам передать. Договорились, где и когда встретимся, и расстались.
Мы зашли в кафе обменяться впечатлениями, посмотреть на публику и написать в Болгарию открытки и письма. К нашему собственному удивлению, оказалось, надо посылать ни много ни мало – 250 открыток. Подумали, что каждый из наших друзей порадуется, получив от нас весточку с Таити. И как люди трудолюбивые и добросовестные, сели за стол, и к вечеру каждый написал по 125 открыток. Как глазели на нас таитяне, этого описать невозможно.
Для меня самый очаровательный уголок в Папеэте – прибрежный бульвар. По одну его сторону выстроились пришвартованные яхты, по другую – рестораны и бары. Прямо с тротуара, увидев знакомого, прыгаешь в чей-нибудь кокпит или же ступаешь на палубу яхты.
Удивительно началось наше знакомство с Невилом и Люси. Я спустилась к себе в рубку и с отчаянием стала выбрасывать на палубу мокрые и просоленные вещи. И зачем я так много стирала на Хива-Оа, если теперь все приходится начинать сначала? Я швыряла на палубу, одну за другой, куртки, пуловеры, блузы, свитера, рубашки, носки. Все мокрое и затхлое. Когда решила, что на палубе собралась достаточно большая куча одежды, выбралась из рубки. И обомлела. На палубе ничего не было! Ни единой вещицы! Глянула на воду – и там ничего нет. Растерянная, я надела очки и стала пристально всматриваться в дно залива. Вода прозрачная, видимость идеальная, но и там одежды не оказалось. И тут мой взгляд упал на соседнюю яхту. На ее борту стоял человек, внешним видом напоминавший добрых героев Диккенса. Он мучительно старался сохранить серьезное выражение лица. Но, как только глаза наши встретились, он громко расхохотался: видно, у меня была довольно глупая физиономия.
Оказалось, все то время, пока я выкидывала вещи на палубу, он, не говоря ни слова, методично перебрасывал их на свою яхту.
– Для стирки нужна горячая вода, – нахохотавшись, пояснил он. – У меня на яхте есть большая мойка и горячая вода. Да к тому же втроем, вместе с моей женой, мы все перестираем намного быстрее и будет веселее, чем возиться одной.
По всему было видно, что этот человек не отступит от своего ни перед какими возражениями.
И я только спросила:
– Может быть, позвать и Дончо?
– Пока не надо. Мы собрались не на бокал вина, а для генеральной стирки.
И как только он узнал, что Дончо не любит подобную работу?
– Меня зовут Невил, жену – Люси, а сына – Льюис.
Невил – торговец антикварными вещами из Филадельфии. У них есть еще несколько детей, но все они уже женаты, поэтому кругосветное путешествие совершают с самым младшим – одиннадцатилетним.
– А меня – Юлия!
– Значит, Джулия, – поправил он меня. – Я уже знаю, что вашего мужа зовут Дончо, вот только как правильно произносить его имя? Понимаю, «Дон» – хорошо, а что означает «чо» – непонятно.
– Дончо – его полное имя. Мы болгары.
– Знаем. Ждем уже два дня, когда вы появитесь.
Да и читали о вас.
Я тогда еще не понимала, что это одно из самых примечательных качеств Папеэте: знать все обо всех… Новостями обмениваются на рынке и на пристани. А о нас сообщили еще и по радио. И по телевидению показали несколько кадров с лодкой «Джу-V». Зрителям пообещали, что, как только мы проснемся, нас пригласят на телестудию и попросят рассказать о своих приключениях.
Невил и Люси были чрезвычайно тактичны, не стали ни о чем меня расспрашивать. Говорили о разных пустяках и смеялись. Невил, увидев, что мы с Люси вполне справляемся со стиркой, сказал, что пойдет поможет Дончо откачать из лодки воду. Сейчас борта лодки возвышались над водой всего сантиметров на двадцать и вид у нее был весьма печальный. Невил достал электрический насос, о каком мы лишь мечтали, включил его в сеть (к пристани подведены электричество и водопровод, которыми пользуются владельцы яхт), засек время и включил мотор. Мгновенно собралась толпа людей. Насос выплевывал из лодки воду, суденышко медленно поднималось. Когда лодка всплыла до ватерлинии, она преобразилась – словно бы пришла в себя, встряхнулась, приняла достойный вид. Оставалось ей лишь вздохнуть с облегчением, как человеку, свалившему с плеч тяжелую ношу. Но кто знает, может, она и в самом деле вздохнула, да только таитяне так возбужденно все комментировали, что мы этого просто не услышали.
За что я его полюбила
В Папеэте живет около 30 тысяч человек. Город застроен разнообразными зданиями. Есть старые, об. лупленные, колониальных времен, есть современные. Настоящие таитянские хижины расположены лишь на побережье острова. Некоторые французские специалисты, живущие за городом, тоже строят себе хижины. Эти жилища красивы, гигиеничны и больше всего подходят для здешнего климата.
Остров Таити напоминает в плане цифру 8. Одна его часть заметно больше другой. Мы его еще не успели осмотреть, но прежде столько изучали по карте, что я могу нарисовать его с закрытыми глазами.
Сам город Папеэте ничем не блещет. Я даже затруднилась бы сказать, что в нем есть особенного и красивого. Но в нем, бесспорно, чувствуется некий дух уверенности, кипение главного города французской Полинезии, столицы «земного рая». По-моему, атмосфера жизни – самое большое очарование города. Атмосфера легкости и беззаботности, которую излучают таитяне. Красивые и всегда улыбающиеся девушки. Люди, которые приветливо здороваются с тобой как со старым знакомым. И уже через неделю ты убежден, что знаешь всех жителей города. Мне вспоминается один случай. Мы еще не были официально приглашены губернатором на коктейль, но по дороге от отеля до лодки нас остановили по крайней мере человек десять, чтобы сообщить о предстоящем событии. И только спустя несколько часов нам вручили официальное приглашение.
