— Самое главное, паспорта не забудьте! Пустые бутылки — это уже во вторую очередь…
Увы, к их разочарованию, местные менты оказались достаточно умными людьми и документы у нас проверять не стали, лишь поинтересовавшись у туристов впечатлениями от затмения и вообще этих мест.
Между прочим, заслуживают упоминания не только природные красоты, но и местные этнографические детали. Как и везде, перед приходом поезда на перроне возникает минирынок, однако здесь он весьма специфический.
Торговки в основном калмычки, даже молодые стоят в длинных цветастых платьях и своеобразно повязанных платках и торгуют в основном национальными продуктами: круглыми пшеничными лепешками (ныне даже на Русском Севере не увидишь хлеб домашней выпечки), домашним же сыром, «белым» чаем (Калмыкия — буддийская страна). Ну и, конечно, всевозможной рыбой (Каспий рядом)…
Познакомившись с местной кухней и найдя ее замечательной, на следующий день перемещаемся в Дельту. Здесь уже пейзажи совершенно другие — много озер и ериков, заросших камышом, а между ними огромные холмы, высотой до полусотни метров и овальные в плане, называемые Бэровыми — по имени изучавшего их в XIX веке географа.
На вершине одного из них, как мы знали, находится Чертово Городище — остатки укрепленного поселения раннего Средневековья. Название было многообещающим — обычно такие топонимы говорят если не о мегалитах, то уж о сложных, хорошо заметных фортификационных сооружениях: рвах, валах… Именно этим деталям археологи уделяют не очень много внимания и не всегда подробно описывают их в отчетах… Увы, в данном случае их почти не было заметно. Поселение выдавали попадающиеся в размывах черепки, заметные лишь наметанному взгляду… Даже удивительно — за что получил холм свое название у местных жителей, как могли они выделить его из других?
Может быть, следы древнего городка здесь когда-то все же были, но уничтожены? Или память о поселении передавалась в поколениях?
С момента приезда в степи искал я глазами их главный символ — знаменитые дикие тюльпаны, их здесь несколько видов. Искал — и не находил, хотя мелких цветущих растений попадалось довольно много… Может быть, весна в этом году запоздала? Поделился этими размышлениями с товарищами, и вскоре Татьяна подозвала нас, показывая себе под ноги: не оно ли? После этого у нас всех словно глаза открылись: тюльпанов, оказывается, на склонах холмов цветет множество, но они мелкие, вовсе не похожие на знакомые по палисадникам садовые формы…
Примерно в этот момент кто-то из нашей компании обратил внимание на огромные столбы дыма, поднимающиеся на горизонте. Сначала их было два, потом прибавились еще… Иссиня-черный дым вскоре заволок полнеба. Честно сказать, мы изрядно испугались — Дагестан с Чечней рядом, не теракты ли на нефтепроводах?
Хорошим темпом дошагали до парома, где аборигены успокоили: камыш горит. Подобное весной в плавнях не редкость…
Переправившись через Бахтемир — один из волжских рукавов, выбираемся на проселок, ведущий в намеченные для опросов деревни. Дорога сразу стала забирать вверх и пошла по самым вершинам Бэровых холмов, траверсируя их.
— Просто удивительно — обычно дороги в обход гор прокладывают, а здесь она будто специально по кручам пробита.
И какой смысл? Прямее все равно не получается… — ворчали мы, пыхтя, одолевая подъемы.
Удивительно, но в данном случае сентенции эти были абсолютно не обоснованными. Водитель нагнавшего нас КамАЗа не только подвез оставшуюся часть пути, но и раскрыл логику проектировщиков:
— Так у нас же наводнения пол-лета продолжаются. Вот у вас еще снег лежит? Потому и здесь сухо. А с мая начнется, поплывем…
Попутно сказал он и о том, что что-то слышал о необычно длинных змеях, вроде удавов, но подробностей не знал, и, пожелав успеха, высадил нас на окраине довольно крупной деревни, населенной, как мы знали, потомками русских рыбаков-староверов…
Надо сказать, что сам облик деревни многое говорит об ее обитателях, их истории и занятиях: дома традиционной русской конструкции, добротные, украшены затейливой резьбой, а вот в палисадниках пустовато… Больших садов, несмотря на хороший климат, почти не увидишь, даже цветов мало, да и те, в основном, у сельской интеллигенции, вроде учителей. Кстати, одни из самых популярных ДЕКОРАТИВНЫХ деревьев — обычные сосны и ели… Показывали их нам иногда даже с гордостью — вот, мол, какие чудо-дерева вырастили… Говорят, еще недавно во многих деревнях дельты вообще были популярны глинобитные утрамбованные дворы вокруг домов, даже без травы (да и сейчас они попадаются). В общем, понятно: основное занятие местных жителей испокон веков — рыбная ловля, земледелие, похоже, для них, это так, баловство…
А вот никаких религиозных «заморочек» в поведении сельчан мы не заметили — общались с нами охотно, люди, в основном, были приветливые, вот разве что невероятно пугливые! Подобное встречается везде в России (приучили крестьян за годы советской власти), но в данном случае боязнь «сказать лишнее» явно выходила за обычные рамки. Первые две, не старые еще женщины просто отказались говорить о научных делах (хотя на одну из них, как на очевидицу необычной змеи, показали соседи). В третьем же доме нам повезло — вышедший крепкий дедушка о своем наблюдении сказать не побоялся:
— Мне сейчас семьдесят один год, но такую змею только один раз я видел. Еще до войны с пацанами ходили мы колоть сазанов. И вот нас гнала эта змея, летучая. Рассмотрели ее хорошо — на хвосте у нее балабушка, с яблоко. И вот она этим хвостом била по земле. Метров пятнадцать за нами прогналась. Увидели ее в воде — мы в протоке по колено стояли. А она за нами погналась, на берег выскочила. Но недолго — через несколько метров отстала.
Рассказывали у нас про таких старики, почему-то называли этих змей «летучими». Хотя они скорее прыгучие…
Ближе к концу разговора я осторожно поинтересовался, как зовут собеседника. Назвавшись Иваном Степановичем, он собирался было добавить и фамилию, но был остановлен выскочившей на крыльцо супругой, уже давно, видимо, прислушивавшейся к разговору:
— Молчи! Тебя, старого дурака, потом затаскают, будешь знать, как много болтать!
Все же мы опросили около полусотни жителей этих затерянных в камышах рыбацких деревень, и оказалось, что необычных змей видят до сих пор. Молодая женщина Татьяна С. встретила змею с шаром на кончике хвоста летом прошлого года, когда полола траву в огороде. Многие из наших собеседников относятся к встречам с местными «летучими змеями» совершенно равнодушно, называя их гремучими. Однако настоящие гремучие змеи обитают в Америке, самое же главное — «погремушка» на их хвосте похожа скорее на несколько нанизанных колечек, но никак не на шарик. Да и не прыгают они. Хотя близкий родственник американской гремучей змеи в Прикаспии обитает — обыкновенный щитомордник. Похоже, есть у нее здесь и другой родич, которого еще предстоит открыть…
