Яра, родная.
На этих словах бабуля повернулась, и я увидела, как её грозное выражение лица сменилось на мгновенное изумление. Она смотрела то на Водяного, то на меня, будто пытаясь соединить в голове не стыкующиеся части головоломки.
— Внученька? — переспросила она, и её брови полезли к самой седой челке. — Да ты совсем из ума выжил, мокрый? Это моя внучка!
Водяной довольно усмехнулся, видя замешательство Варвары Степановны. В несколько шагов он вышел на сушу, вынуждая и бабушку покинуть мостки, сойдя на берег.
— А, по-моему, так мы теперь, Варвара, почти что родственники! — провозгласил он довольным тоном человека, нашедшего блестящий аргумент. — Твоя внучка — моя внучка!
Бабушка замерла с открытым ртом, словно пытаясь переварить эту логику. По её лицу пробежала целая гамма чувств: от возмущения до попытки найти хоть какую-то зацепку в этих безумных словах.
— Ну вот что, родственник, — произнесла наконец бабушка, придя в себя, и в её голосе зазвенела сталь, — водицу гони, и разбежались.
С этими словами она решительно развернулась ко мне, и вся её суровость растаяла, как утренний туман. Её тёплые, крепкие руки обняли меня, прижимая к колючей домотканой кофте, пахнущей дымом и сушёными травами.
— Внученька моя, — прошептала она, гладя меня по спине. — В полную силу вошла. Жених постарался, — она кивнула Кощею, и в её взгляде читалось не только уважение, но и одобрение.
От этих слов я покраснела до корней волос. Ведь способ «принятия силы» был весьма и весьма интимным, и осознание того, что бабушка об этом догадывается, вызывало жгучую неловкость.
В этот момент массивная, влажная ладонь легла мне на плечо. Водяной, неловко переминаясь с ноги на ногу, тоже решил вступить в семейные объятия. Наклонившись, он прошептал мне на ухо:
— Выручай, Ярушка… Последние капли живой воды тебе подарил.
А затем, отстранившись, уставился на бабулю, застывшую рядом. Но мне было не до их гляделок, я переваривала полученную информацию — последние капли.
Кощей сжалился пояснив:
— Источник, что даёт воду живую, не родник и не речка. Он рождает её по капле. За год едва ли наберётся пара ложек. Потому вода та — на вес золота, а то и дороже.
Водяной, услышав это, важно кивнул, расправив плечи:
— Вот именно! Не из колодца же я ей ведрами черпаю!
Бабушка нахмурилась, но уже без прежней ярости. Она смерила Водяного оценивающим взглядом, будто пересчитывая его сокровища в уме.
— А чего мы спорим-то? — воскликнула я. — У меня же в избе целый пузырек есть, надо только за ним сгонять.
— А где Леший? — поинтересовался Кощей, оглядываясь на домик друга.
— Спит, сердешный, — ответила бабушка. — Умаялся за ночь. Зелье мы готовили, сил много ушло. Последний компонент остался. — Она кивнула на водяного.
— Тс-с-с, — вдруг произнес Водяной прислушиваясь.
Вода на озере пошла мелкой рябью, потемнела. Заставляя сердце стучать сильнее. Что еще произошло?
— Ну! — не выдержала бабушка. — Не томи, мокрый! Стряслось что?
— Пока толком не понимаю, на Девичьем кто-то… — Он прикрыл глаза и сосредоточился. А потом улыбнулся. — Знакомец твой, Яра, невесту ищет.
— Гордей? — поняла я, о ком речь.
— Он самый, — наконец успокоившись, Водяной открыл глаза. — Пришёл, на берегу стоит, в воду смотрит, будто ждёт, когда она сама к нему в объятия придёт. Видно, зов сердечный сильнее чар оказался.
— Недосмотрел кузнец, — покачал головой Кощей.
Я пыталась выстроить план действий.
— Сейчас быстренько на Мраке за водой, а потом к Гордею, да? — Я посмотрела на Кощея, ища поддержки, и он кивнул соглашаясь.
— Нет, — вдруг возразил Водяной, — не дождется Гордей, полезет в воду. Утопнет.
— Так озеро девичье? — возразила я.
— И что? — удивленно вскинул брови владыка. — Это потому что одни бабы здесь топили, у мужиков других забот полно. Не до глупостей им. — При этом он не сводил взгляда с Варвары Степановны, так, будто слова эти были адресованы именно ей.
— Ну тогда наоборот, сперва Гордей, потом вода? — предложила я, на что уже бабушка возмутилась.
— У меня зелье в печи вот-вот дойдёт, надо капать водицу! — всплеснула руками бабушка. — Иначе все труды насмарку. Не до глупостей.
Она повернулась к Водяному, уперев руки в боки, и её взгляд стал острым, как шило.
— А ты, старый, не отвлекай! Пусть этот твой Гордей поплавает немного! Не растает. Или ты думаешь, твои дела поважнее моего зелья, которое девок от проклятья избавит?
Водяной от такого напора отступил на шаг, и по воде прошла мелкая рябь.
— Какая женщина! — тихо восхитился он напором бабули.
— Тогда надо разделиться, — предложила я, с опаской поглядывая на свою метлу.
Если Кощей на Мраке умчится за водой, то мне придётся осваивать новое транспортное средство. Исход был, мягко говоря, непредсказуем.
— Верно мыслишь, дорогая! — одобрительно хлопнула меня по плечу бабуля. — Ой, заболтали совсем! — Её взгляд уловил густой тёмно-зелёный дым, валивший из трубы хижины. — Жду с водицей! — бросила она на бегу и пулей помчалась к дому, где её зелье явно требовало срочного вмешательства.
— Жди на месте, — исчез в озере Водяной.
— До встречи, любимая, — поцеловал Кощей и растворился в темном облаке.
На поляне, еще секунду назад, было шумно, а теперь тишина. Лишь я стою, сжимая в руке метлу.
— Инструкцию бы к ней выдавали, что ли, — пробормотала я, устраивая метлу между ног.
Глава 47
Стоило мне вцепиться в метлу двумя руками, как она воспарила над землей. И я, соответственно, вместе с ней.
— Мамочки, — испуганно пробормотала я, — ну что, полетели?
Я сидела на ней, беспомощно болтая ногами в воздухе. Вниз смотреть было страшно, а вперёд не двигалось. Ни тронуться с места, ни спуститься. Полный ступор.
— Фиг его знает, что делать... — выдавила я, чувствуя, как паника медленно подбирается к горлу. — Кажется, я забыла спросить, где у неё газ и тормоз…
А потом пришло понимание: нужно указать маршрут.
— Девичье озеро, — шепнула я и сорвалась с места.
Метла рванула вперёд так резко, что у меня перехватило дыхание. Ветер свистел в ушах, глаза слезились, а земля под
