озадачивался этим вопросом.
– Знает, – уточнила блондинка. – Я вывалила это на него в день вашего с Лилибет похищения.
–Какого из двух?– горько усмехнулась Паркер. Она тяжело вздохнула. Не желая больше слышать о прошлом, но понимая, что от этого никуда не деться.
– Первого, а сейчас очень рада вашему с дочерью освобождению.
Райт плюхнулась рядом с бывшей соперницей. Она заметила замершую в углу Шейлу и сделала жест рукой, потребовав оставить салон. Женщины Вуда: бывшая и настоящая не любили выносить сор из избы и лишних ушей.
– Прости за то, что продолжаю портить вам жизнь, даже отойдя в сторону, – продолжала Лесси.
– Вот за это прощаю, – рассмеялась Кэт, разведя руки в сторону. Она запрокинув голову, объясняя внезапные перепады настроений: – Полчаса назад готовилась умирать, а теперь понимаю, насколько я счастлива. И хочется жить и сделать что-то прямо сейчас, немедленно.
– А я знаю что! – Блондинка стукнула ладонью по гладкой поверхности стола и громко крикнула в дверь: – Шейла, принесите нам выпить!
– И закусить, – добавила Паркер, чувствуя сильный голод.– Всё, что съела в каюте, выплюнула за борт.
– И принесите пепельницу. – Лесси повернулась к Эйдану, проигнорировав его осуждающий взгляд. – Жутко хочется отравить лёгкие.
На тему курения они спорили много раз, так же как и о занятии спортом, оставаясь каждый при своём мнении. Райт не готова была в одночасье перемениться во всём, хоть и пошла на некоторые уступки и честно заявляла об этом. Зачем насиловать тело, если не склонна к полноте и отказывать себе в том, от чего получаешь пусть маленькое, но удовольствие.
– Да, и что там приготовили на обед?– проговорила она, мгновенно переключая жениха на волну заботы.– Надеюсь, кок в суматохе не сбежал с яхты?
– Не должен. Катера пришвартованы к яхте, а полиция ещё не прибыла.– Мур двинулся к выходу.– Сейчас выясню.
Он вышел из салона, давая девочкам возможность поговорить по душам. Хотя всё, что хотели, они уже высказали. Делиться болью, испортившей долгие годы жизни, не было смысла. У каждого она была своя и, как им казалось, самая сильная и разрушительная.
Блондинка пододвинулась ближе к брюнетке, пробормотав:
– Мэтту уже вручила, но хочу и тебе кое-что дать…
Кэт с удивлением наблюдала, как Лесси роется в небольшой в цвет туфель сумочке, выложив на стол «айкос» и пачку стиков. Она гадала, что там такого должна получить и когда Райт успела пообщаться с агентом.
– Вот!– наконец та нашла, что искала, и протянула конверт.– Приглашение на нашу с Эйданом свадьбу. – Она улыбалась, высказывая пожелание больше похожее на просьбу: – Условие – вы должны быть вдвоём или втроём, если решите взять с собой дочь.
– Лилибет…– Паркер с отчаянием смотрела на кусочки пластика, разбросанного по деревянному полу.– Мне надо срочно позвонить, узнать, как она себя чувствует. Из ярости коротышки понятно, что похищение не удалось.
– Возьми мой! – блондинка снова занырнула в сумку.
– А если и её телефон уничтожен. – Кэт следила взглядом за тонкими, ухоженными руками Райт.
– Чтобы наверняка, звони Мэттью.
– Точно! Почему не сделала этого сразу?– Брюнетка покачала головой.– Туплю не по-детски.
– Ещё бы после такого не растеряться.– Райт нашла в списке звонков Мэтта, сделала вызов и отдала телефон Кэтлин.– Уверена –он тоже сходит с ума от неизвестности.
«Вот и появился у Вуда личный преданный адвокат», – успела подумать Кэтлин, прежде чем услышать взволнованную речь любимого человека.
– Лесси, скажи, что она жива и здорова! – В ухо ворвался полный тревоги голос.
– Не только жива, но и свободна, – ответила жертва второго неудавшегося похищения онемевшему от изумления агенту и задала встречный вопрос не менее встревоженным голосом: – Что с Лилибет?
– Кэт, ты? С тобой всё хорошо?
– Ты ответишь, что с девочкой?
– Она в порядке. Я оставил её в клинике отца, потом Чайтон заберёт её к себе.
– Зачем? А ты где?
– В аэропорту, через час вылечу в Монреаль.
– Не надо! Немедленно возвращайся к дочери.
– Почему?
– Да потому что я девочка взрослая, а она как никогда нуждается сейчас в окружении родных и близких.– Кэтлин глубоко вздохнула, выравнивая дыхание, и добавила уже более спокойно: – Расскажи, что у вас там произошло, почему она в клинике? Судя по первым словам, ты уже в курсе того, что случилось со мной.
– С Лилибет всё хорошо. Ссадины, царапины и несколько синяков. Чайтон освободил её тут же, буквально через пять минут.
– Откуда освободил? – она начинала терять терпение.– Говори толком, не понять ничего.
– Ты не ранена?– Мэтт знал, где и что с дочерью, и сейчас его больше интересовало здоровье любимой женщины.
– Да говорю же, со мной всё в порядке!–уже кричала в трубку она.– Кто и как украл Лилибет? Почему Ридж, её спас, а не ты?
– Я работал в это время над твоим освобождением и представить не мог, что готовилось два похищения! – Он тоже перешёл на повышенные тона.– Тебя не били?
– Нет! Почему у Лилит синяки и ссадины? Её пытали?
– Не называй её так!– рыкнул Вуд, ненавидя сокращённое индейцем имя.– Когда бы успели: пять минут всего длилась погоня. Почему ты кричишь?– продолжал он выпытывать.– Ударилась головой и плохо слышишь? Почему говоришь не со своего телефона? Махмуд до сих пор не отдал его?
– Какая «погоня»? Девочку увезли на машине? Она попала в аварию?– путано бормотала брюнетка, одновременно задавая и отвечая на вопросы: – Сам ты ударенный на всю голову! Объясни, что с Лилибет? Телефон разбили.
– На машине. Чайтон подставил свою, чтобы их остановить. – Агент занимался тем же.– Как он его разбил? Швырнул в тебя?
– Бет перевернулась? МРТ мозга ей сделали? Господи, я с ума сойду! Как он мог разбить его об меня? О пол каюты шандарахнул. Что сказал Харрис? Какие проводят обследования?
– Откуда я знаю? Говорю же, торчу в аэропорту в ожидании посадки. Первый осмотр показал, что всё нормально с ней. Лилибет ни на что не жаловалась. О какой пол каюты разбил? В спальне? Он пытался тебя изнасиловать?
– Ты бросил ребёнка там, чтобы мучить меня неизвестностью?! Какой «аэропорт»?!Немедленно возвращайся в клинику. Потом перезвонишь, расскажешь, что говорят о последствиях травм. Насиловать на глазах
