сообщников? Ты с ума сошёл?!
– Нет никаких травм, только царапины. Машина не переворачивалась, а съехала на обочину. Он хотел отдать тебя своим людям? Они тебя трогали?
– Мэттью, ты неисправим! Что конкретно с дочерью? Возвращайся к Харрису.
– Я смогу узнать результаты анализов позвонив отцу. Значит, всё-таки трогали!–рычал Вуд и потребовал: – Дай ему трубку, немедленно!
Кэтлин замолчала, слушая, как нервно сопит собеседник. «Мы как с разных планет, в очередной раз говорим, каждый думая о важном для себя,– размышляла она, ошибочно делая выводы.– Я о дорогом, связывающем нас человечке, он с недавних пор так озаботился о моей чести, что о другом соображать не способен».
– Кому дать трубку? Тому, кто на дне реки?– вопросом на вопрос отвечала Паркер.
– Он утонул?
Брюнетка глубоко вздохнула и, стараясь говорить как можно спокойнее, выдвинула ультиматум вместо истерики, что сделала бы ещё час назад:
– Мэтт, слушай внимательно! Махмуд пытался выбросить меня за борт, но не успел. Как я понимаю, главаря убил его подельник и скинул в воду, видимо, после звонка человека, которого боялся панически. Люди Эйдана подоспели вовремя и всех арестовали. Меня никто не бил и тем более не насиловал.
– Но как…– попробовал вклиниться в монолог он, но тут же был прерван:
– Никаких но. Потом наберёшь Мура и узнаешь подробности. Я в полном порядке. Жива, здорова и очень хочу такой оставаться.
– Я тоже.
– Знаю!– рыкнула она.– Да научись ты меня слушать!
– Молчу!
– И правильно делаешь.– Кэтлин в который раз задала самый главный на этот момент вопрос, чтобы окончательно удостовериться: – С Лилибет точно всё в порядке?
– Да!
Она выдохнула с облегчением и продолжила:
– Так вот, сейчас ты вернёшься в клинику отца, попросишь тщательно обследовать дочь, перезвоните мне оба и ты пробудешь рядом с ней оставшиеся выходные. Чтобы волос с головы девочки не упал! Я останусь в Монреале, закончу свои дела и вернусь к вам.
– От Лилибет не отойду теперь. Как долго ещё пробудешь в Канаде?
– Ты слышал мои последние слова?
– Вернёшься в Вашингтон, когда закончится контракт.
– К вам! Я вернусь к вам с дочерью!
Воцарившаяся на долгие полминуты тишина кричала в мозгу ожидающей реакции агента Паркер.
– Правда?– почти прошептал он короткое слово, как будто желая, но боясь надеяться на лучшее.
– Да, но только в том случае, если ты сделаешь, как я говорю,– улыбалась брюнетка и уже строго добавила: – Иначе можешь забыть о нашем воссоединении.
– О нашем что?
Мэтт явно требовал подтверждения, и она это знала, отвечая с усмешкой:
– Не делай вид, что не понял.
– Что будешь делать сейчас?– продолжал допытываться он, затягивая разговор, наслаждаясь голосом любимой женщины.
Кэт следила глазами за стюардами, сервирующими стол закусками. Она стянула с тарелки кусочек сыра, не в силах справиться с приступом голода, и пробормотала жуя:
– Теперь я хочу плотно поесть и напиться с Лесси, пока ожидаем полицию. Дам показания и лягу спать. Очень устала морально и даже физически.
Кэтлин действительно хотела отдохнуть, успокоившись, что дочь в норме и ей ничего не угрожает, и попросила попытавшегося что-то вновь сказать явно счастливого Вуда:
– Мэттью, хватит чинить допрос. Потом договорим, – нажала отбой и протянула сотовый хозяйке.
– Полный дурдом!– качала головой блондинка.– Вот честно, любой, кто слышит вас со стороны, подумает, что общаются двое пациентов сбежавших из сумасшедшего дома и, главное, хорошо понимающих друг друга!
– А с вами разве было не так?
– Нет. – Усмехнулась Райт, по- доброму завидуя Кэтлин, как никогда ясно понимая сейчас, что эти двое бешенных в страстях людей на самом деле были созданы друг для друга. – Я и не помню, чтобы мы вот так громко орали друг на друга без последовавшей за этим драки.
–Он тебя бил?– ужаснулась Паркер.
– Нет, что ты!– успокоила Лесси. – Только уворачивался или удерживал за руки. Скажу по секрету, я сама не подарок, и только Мур может спокойно переносить мои истерики, умело переводя их на позитивные ноты.
– Вот и меня держит, когда пытаюсь заехать ему по яйцам, – рассмеялась Кэтлин.– Иногда он просто невыносим! А Эйдан терпит, потому что любит по-настоящему.
– Скорее потому, что намного взрослее нас здесь, – Райт постучала пальцем по голове.– Ни разу не предъявил претензии по поводу прошлых расставаний. А ещё всегда готов и умеет выслушать.
– Повезло тебе с ним. Мэтт порой ведёт себя как ребёнок.– Брюнетка пожала плечами.– Но ревнует не к прошлому, а к настоящему.
– В этом ты сама виновата: ни разу не сказала ему «да» на предложение жить вместе.
– Откуда ты знаешь? –карие глаза сверили голубые.
Лесси помолчала, размышляя, выдавать ли события последних недель. Она решила лучше рассказать самой, чем дать услышать от кого-то исковерканную версию их с Вудом встречи:
– Обращалась к нему с просьбой не так давно. Общались в кафешке в центре Вашингтона, когда была там по делам.
– И просьбу Мэттью выполнил? – Кэтлин почти ничего не знала о последних событиях в жизни Вуда, и винить в этом никого кроме себя не могла. Вот так по крупинкам собирая информацию от Лилибет или их общих знакомых.
– Конечно. Уж что-что, а друг он надёжный и никогда не откажет в помощи.
– Рада слышать, что теперь вы просто друзья.
– Я давно для него женщина в этом качестве, а никак не любимая, – ухмыльнулась блондинка.– Жаль, что поняла слишком поздно, и как результат три, вернее, четыре или даже пять, если считать Лилибет, судеб испорчено.
– Это так, но…
– Без всяких но! – перебила она Паркер. – Собственными руками разрушила счастье, которое давно могла получить. Что для женщины главное? Ребёнок! И он у меня уже был бы. ЭКО в помощь.
Лесси потянулась к поставленному стюардом льду в ведёрке, насыпала его в два стакана, плеснула поверх прозрачных кубиков виски и протянула один собеседнице.
– Вот такой грустный итог моей детской привычки ни с кем ничем не делиться!– рассмеялась Райт невесёлым мыслям «вслух» и предложила: – А теперь давай выпьем. Кто старое помянет– тому глаз вон, как говорит русский партнёр Эйдана.
– Можно я сначала съем бутерброд?– пробормотала Кэт, не зная, что отвечать на горькую исповедь блондинки. Она уложила ломтик ветчины на кусок
