Ночи напролет чернокнижник просиживал в своем кабинете, раскладывая на столе старинные фолианты. Постепенно эти бастионы книг таяли, образуя на швигебургских шарнирных полках ворохи бумаг с выписками. Даэмас собрал сперва все, что удалось, касательно големов и гомункулусов, после чего структурировал свои записи, снова отсеяв затесавшиеся повторы и очевидные побасенки. На этом он за какие-то полнедели смог выработать базу исследования и теоретический материал, пригодный для разработки, не обделяя вниманием даже широко известные подробности о големах. Например такие, как надпись на лбу, что способна была как оживить, так и убить этих существ посредством стирания первой буквы и превращения слова «истина» в слово «смерть», или секретной формулы оживления голема, занимавшей двадцать три столбца текста на древнем алфавите, что помещался на клочок бумаги, а потом он закладывался в рот истукану. Ну и, разумеется, упоминание о «цикле гомункулуса», который составлял тридцать три года, то есть существовали такие, что способны были возродиться, вернуться из великого Ничто по прошествию этого срока. Это навело чернокнижника на мысли о некоем предназначении отдельных порождений искусственной жизни. Однако сведения были слишком неполными и разрозненными, чтобы делать какие-то выводы, поэтому, как и полагалась исследователю, данная особенность была просто взята на заметку.
После того, как подготовил себе базу для исследования, Даэмас перешел непосредственно к работе с источниками. На счастье в библиотеках его башни имелось достаточно копий нужных книг, да и заметки, что оставил чернокнижник после посещения Красных Башен, стали ему ощутимым подспорьем. Глава совета гильдии магов Шаргарда все не спешил с визитом и Даэмас счел возможным еще более углубиться в свои изыскания, тем паче теперь он гораздо лучше понимал суть того, что искал.
Фигуру Восставшего с завидным постоянством ассоциировали с Аиром А'Ксеарном и это наводило на мысль, что подобного количества совпадений просто не бывает. Но лишь несколько записей указывали на него непосредственно как на Восставшего. Чаще всего это были какие-то панические прогнозы хронистов различных орденов магии, вызывавшие мало доверия своей новизной. Чаще всего такие труды датировались окончанием эпохи Сокрушения Идолов. Разумеется, произведенное Аиром разорение в орденах и бессчетное убийство чародеев наталкивало многих на мысль о том, что он и есть Восставший. Однако, более ранние источники сообщали, что Восставший являлся Наследием как раз таки той самой эпохи, то есть быть самим Xenos он никак не мог, в крайнем случае потомством и только после того, как сама по себе суть Xenos перестанет существовать, ну или, на худой конец, проявляться. Это вплотную подводило к тому моменту, когда Кристаллы Стихий отправились в земную твердь навсегда, а ритуал мог свершиться только посредством суицидального жертвоприношения означенного Xenos. Таким образом фигура Аира, как Восставшего, исключалась априори.
Даэмас сгреб значительную стопку книг со стола и отправил их на пол. К сожалению, все эти сведения не стоили и ломаного гроша, и только потому, что кто-то не удосужился сообщить хронистам об этом небольшом недочете в их логике. Детали… Детали не имеют большого значения. Они всегда имеют только определяющее значение! Так наставлял Даэмаса его учитель, ныне покойный архимаг ордена Огня.
Не собираясь более бродить вокруг да около, чернокнижник взялся за фигуру Восставшего, пусть и туманную, но, в столь необъятном потоке сведений, решившийся следовать простой дедукцией потонет через месяц без значительных результатов. В таком небанальном случае, для начала, хорошо подходил индуктивный метод, благо все упоминания о сути рассматриваемого были поразительно схожи. И тут-то Даэмаса поджидал очередной подвох: Восставший по заверениям всех источников был существом, созданным искусственно. И точка. Ни в лево, ни в право ни на дюйм. Как это можно было увязать с Наследием и, соответственно, потомством, ведь речь шла все-таки о живом существе, чернокнижник не понимал…
Старый архимаг оказался у порога жилища Даэмаса через неделю, или чуть больше. Чернокнижник вышел встретить гостя и был немало удивлен, когда заметил, что глава совета гильдии сжимает под мышкой два старых фолианта и несколько листков с записями.
— Рад приветствовать вас, мэтр. Проходите, прошу вас, — Даэмас озадаченно покосился на ношу архимага, что не ускользнуло от последнего, когда тот входил внутрь.
— Я подумал, что стоит повременить с визитом после столь бесцеремонного вторжения моих коллег. Поверьте мне, я не имею к этому делу никакого касательства, — архимаг внимательно посмотрел на чернокнижника и добавил, — А в качестве извинений, так как больше это сделать некому, я принес вам ценные сведения о предмете ваших научных изысканий.
Даэмас не был любителем бессмысленных вопросов, но они иной раз помогали поддержать беседу, избавляя от неловких пауз, в которые оба собеседника могли додумать себе что-нибудь дурное:
— Как вы узнали?
— Я на это очень рассчитывал. Давно известно, что орден Огня обладает хорошей библиотекой. А в ней, помимо множества бесценного, имеется и то, что интересует меня в первую очередь. Именно это я имел ввиду, когда намекал, чтобы вы поделились своими изысканиями по возвращении с острова Отчаяния.
— А именно? — сложил руки на груди чернокнижник.
— Големы и гомункулусы. Это не могло вас не заинтересовать, мэтр. Едва ли кто-нибудь посчитает такое количество описанных в трудах связей искусственной жизни с Восставшим случайными. Не находите?
— Пожалуй, — согласился Даэмас.
— Я долго изучал все это и мне очень не хватало тех книг из Красных Башен. Только их. А то письмо, что было отправлено якобы от моего имени, на самом деле даже не мной составлялось. Его авторство принадлежит горстке магов, половину из которых вы уже успешно отправили на тот свет. Наихудшую половину, доложу я вам. И, мой вам совет, лучше поторгуйтесь с оставшимися. Ведь вы так и планировали с мэтром Зойтом Даэраном, ларонийским колдуном.
Чернокнижник некоторое время пребывал в замешательстве. Хотя он, конечно, подозревал, что в гильдии не все так ладно, как казалось на первый взгляд. И, более того, соперничество еще сыграет ему на руку, но Даэмас не ожидал, что архимаг так легко раскроет их с Зойтом карты. Однако, старый плут мог именно на это и рассчитывать, предоставив гильдии разбираться с вольнодумцами, а сам в тоже время заняться личными изысканиями. Как бы то ни было, но такая поддержка была сейчас очень кстати. Тем паче из этой, настолько же тонкой, насколько и рискованной игры выходил довольно сильный соперник. Если еще и Окулюс Берс последует такому примеру, то дело для чернокнижника с ларонийским колдуном будет в шляпе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
