- Халиф вашей страны. - Гвидо тоже прибег к иносказаниям, - не пожелал обращаться к известным банкирским домам, дабы занять денег для вашего выкупа. С одной стороны ему не нужна огласка, с другой - ему там могут попросту отказать.
Он имеет плохую привычку, не платить по векселям, но и имеет достаточно власти, чтобы навредить такому молодому дому, как дом Нарди. Нам приходится идти на компромисс. Мы взялись доставить в Египет выкуп за вас, а заодно и рыцаря с его людьми. Повторю, наш дом не настолько богат и известен, чтобы отказывать королям или хотя бы спорить с ними. Да и к чему? Мы гарантируем тайну сделки всем от серва до монарха. А учитывая, что вы, граф…
- Я уже не граф.
- Что вы, граф, хоть и по неволе, стали нашим весьма состоятельным клиентом, должен предупредить: воспользовавшись моим судном, вы сами себя загоните в западню. Не думаю, что вам дадут добраться до Европы, как впрочем, и до Кипра.
Порукой тому наши любезные охранники, один вид которых наводит на мысль о большой дороге. О! Вот и контора моего торгового партнера.
К охране итальянец обратился по-франкски:
- Вы можете подождать здесь под навесом. В помещении вам будет тесно.
Те, не слушая, шагнули за порог вместе с Гвидо и Робертом.
Насчет тесно Гвидо явно преувеличил. Большая комната с узкими зарешеченными окнами, была застелена ярким паласом. В центре ковра стоял низкий, в арабских традициях столик, у которого восседал на груде подушек дородный чернобородый сарацин. Четверо охранников сидели прямо на полу у дальней стены. На звук голосов из соседней комнаты вышло еще двое. Все - вооружены кривыми саблями и кинжалами. Купца, имеющего такую многочисленную охрану, можно было понять: порт - место неспокойное.
Гвидо очень быстро договорился с хозяином торговой конторы. Роберт заподозрил, что все его охи, ахи и вопросы о здоровье, которыми венецианец перемежал просьбу ссудить деньги - огромную, между прочим, сумму - не более чем спектакль, разыгранный для зверовидных охранников.
Когда монеты были отсчитаны, и кошель перешел из рук араба в узкие смуглые ладони Гвидо, а затем в широкие мозолистые - Роберта, последовал ритуал прощания.
Гвидо, многажды откланявшись, пошел к двери, но уже занеся ногу на порог, обернулся:
- Разве славный рыцарь Роберт не пойдет с нами? Шевалье де Гаттин обещал проводить вас до ворот порта…
- Он пойдет на корабль, - пробасил один из сопровождающих.
- На корабль? - уточнил Гвидо у Роберта.
- Нет. Я отправлюсь туда, где прожил все годы плена. Надо собраться в дорогу.
Кроме того, не хочу вас стеснять. Ведь ваш галеас отплывает не сегодня и не завтра.
- Конечно. О нашем отправлении мы вас известим. Пойдемте, друзья, - бросил Гвидо, застывшим по сторонам охранникам.
- Мы не можем оставить рыцаря… с такими деньгами без охраны, - быстро нашелся один из них. - Ступайте на корабль, рыцарь, там ваше золото будет в безопасности.
Это приказ мессира Годфруа.
- Приказ кому? - Сквозь зубы процедил Роберт.
- Нам, - занервничал собеседник. - То есть Вам, то есть - нам всем.
- Твой рыцарь может приказать тебе, но никак не мне, родственнику короля, - хоть на что-то это родство сгодилось, - а меня до ворот порта проводят люди уважаемого Абу Бекр ат Тахари, - Роберт легко поклонился купцу с лицом темнокожего сфинкса, и добавил по-арабски: - Я долго был пленником сиятельного Селима Малика, теперь же я - гость в доме его брата, Тафлара абд Гасана. Не будешь ли ты так любезен, почтенный, дать мне охрану до ворот порта? Там меня ждут.
Купец оживился. Он с новым интересом посмотрел на франка, которого взяли в кольцо люди весьма непочтенного вида.
- Ты Рабан аль Париг? - живо спросил он. - Победитель Омара?
- Да.
- С удовольствием предоставлю тебе охрану.
- Благодарен.
- Не стоит. Рад оказать услугу гостю абд Гасана, и столь славному войну. А с этими, - он презрительно кивнул в сторону двери, - я даже слугу с медяком за пазухой не отпустил бы.
Четверо, сидевших у стены сарацин, встали и по слову своего господина окружили Роберта. Людям Годфруа ничего не оставалось, как следом за Гвидо отправиться на галеас. Один из них только презрительно скривился, второй набычился и что-то неразборчиво прошипел сквозь зубы. Роберт не слушал. Какая разница - все и так было ясно.
Благополучно добравшись до дома, Роберт на пороге столкнулся с Тафларом.
- Как все прошло? - спросил араб вместо приветствия.
- Что тебя так взволновало?
- Я попросил одного хорошего человека, присмотреть за тобой в порту, но так… чтобы не бросалось в глаза. Он рассказал, что наши вчерашние гости держат на корабле вооруженный отряд. Там действительно воины?
- Да какие воины? Сброд! Но отправляться в путешествие по морю в такой компании,
- Роберта передернуло, - ни к чему.
- Как тебе удалось отделаться от их… опеки? Мне рассказали, что твоя охрана больше походила на конвой.
- Попросил у ат Тахари провожатых. Людям Годфруа было не с руки скандалить.
Пошипели и уползли на свой галеас.
- Если морской путь для тебя закрыт, остается дорога через перешеек. По пустыне доберешься до Аскалона, оттуда в Иерусалим - пyть не близкий и очень опасный. Я, конечно, пошлю с тобой отряд…
- Есть другой вариант. В порту хитроумный Гвидо указал мне на норманнский шнек - такая круглобокая посудина. Не думаю, что они обрадуются нечаянному пассажиру, но золото открывает любые ворота. Так, кажется, пишется в одной из твоих книг?
- Кроме ворот души.
- Любой?
- Я сказал: души, а не душонки.
- На шнеке готовятся к отплытию. Пошли кого-нибудь договориться. Вот деньги - Роберт протянул Тафлару тяжелый кошель.
- Ничего себе ссуда, - удивленно присвистнул тот, развязав шнурок. - На это можно скупить половину восточных кварталов нашего любимого Аллахом города.
- Это не ссуда. Долго рассказывать… Гвидо Солъеджи привез мне мои собственные деньги. Лерн постарался.
- Друг, за которого выдавал себя наемник выставленный Селимом? Тот, который рассчитывал подучить благословение Аллаха за подлость?
- Да.
- Я тогда еще хотел спросить, почему он побежал, едва поняв, что ты - это ты?
- Думаю, ему перед боем не назвали имя противника, просто предложили сразиться с пленным франком.
- Иначе бы он вообще не вышел?
- Нет, наверное.
Тафлар сначала нахмурился, а потом оглушительно расхохотался.
- Что тебя так развеселило?
- До конца дней буду благодарить судьбу, что она привела в мой дом воина, одно имя которого заставляет врагов удирать!
- Зарезать тебя, что ли напоследок? Чтобы не потешался над скромным пленником…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
