отвечал профессор, тыча в Тома пальцем. – Тебе, наверно, показалось.
Всё это время Том пребывал в неописуемом испуге. Он молчал и не шевелился, хотя его и обозвали голотурией и цефалоподом. Он боялся, что, коли уж он попал в руки человека в одежде, тот сможет и его одеть и превратить в грязного маленького трубочиста.
Но когда профессор снова ткнул его пальцем, Том не выдержал. Напугавшись и разозлившись от боли, он развернулся, как мышка, загнанная в угол, и укусил профессора за палец.
– Как, у неё и зубы есть! – изумился профессор, роняя малыша.
Том тотчас кинулся в водоросли и нырнул в воду.
– Но это же дитя воды, я слышала, как оно разговаривало, – закричала Элли. – Сейчас оно уплывёт!
Она спрыгнула с камня и попыталась поймать Тома.
Но Том уже скрылся в воде. А Элли поскользнулась, упала и ушиблась головой так сильно, что осталась лежать на песке.
Профессор поднял её на руки и попытался привести в чувство, он чуть не плакал, потому что очень любил девочку. Но она не отзывалась. Тогда он отнёс Элли в дом и позвал гувернантку. Элли уложили в постель, и там она лежала бледная и недвижимая. Лишь изредка она кричала:
– Дети воды! Дети воды!
Но никто не понимал, чего она хочет, а профессор догадывался, но молчал.
И вот через неделю, в прекрасную лунную ночь, в раскрытое окно влетели феи. Они принесли Элли крылья, такие красивые, что она тут же проснулась и захотела их померить. Она надела крылья, вылетела вместе с феями в окно, промчалась над городком, к морю, и исчезла в тумане.
И долгое, долгое время никто ничего о ней не слышал.
Глава пятая
А что же малыш Том?
Как я уже сказал, он прыгнул в воду. Но он не мог не думать об Элли. Правда, он не помнил, кто она, но знал, что это маленькая девочка (хотя она была в сотни раз больше его). Ничего удивительного: размер не имеет ничего общего с родством. Крошечный росток может оказаться родственником могучего дерева, а крохотный котёнок Вик знает, что львица – тоже в некотором смысле кошка, хотя она в двадцать раз длиннее его. Так и Том знал, что Элли – маленькая девочка, и вспоминал её весь день, и ему так хотелось с ней поиграть. Но вскоре ему пришлось задуматься совсем о другом.
Как-то он брёл вдоль скал по мелководью, смотрел, как окуни ловят креветок, а губаны грызут ракушки (вместе со скорлупой). И тут он увидел круглую клетку, сплетённую из зелёных ивовых ветвей; а в клетке сидел его приятель омар, и вид у него был совершенно пристыженный. И так как у омара не было пальцев на клешнях, то он заламывал рожки.
– Ты что, плохо себя вёл и тебя засадили в клетку? – спросил Том.
Омар слегка разгневался, но он был так подавлен, что не стал возражать, и лишь ответил:
– Я не могу выбраться.
– А зачем ты туда залез?
– Да вот за этой дохлой рыбкой, такая гадость! – Да, когда он увидел наживку, она показалась ему душистой и вкусной, но тогда он был снаружи, а теперь сидел внутри и не мог вылезти.
– Как же ты залез туда?
– А вон там сверху есть круглая дырка.
– Почему же ты не можешь вылезти через неё?
– Высоко! Я уже прыгал – вверх, вниз, вбок, наверное, четыреста раз подряд, и всё без толку. Всё время падаю на дно.
Том поглядел на ловушку и тотчас понял, в чём тут дело, – ты тоже сразу сообразишь, если видел силок на омара.
– Высунь хвост наверх, и я тебя вытащу, – сказал Том.
Но омар был так глуп и так неуклюж, что никак не мог угодить хвостом в дырку. Как многие охотники на лис, например, они достаточно умны, пока занимаются своим делом, но стоит им оказаться в незнакомом месте, и они просто голову теряют. Вот омар и потерял хвост, то есть никак не мог сообразить, что же ему делать.
Том забрался наверх и пытался схватить неуклюжего омара за хвост, а когда ему это удалось, то, как и следовало ожидать, он сам свалился в ловушку.
– Ну и ну! – сказал Том, осматриваясь. – Слушай, давай-ка отломай все острые концы от прутьев клешнями, для тебя это пустяковая работа, а потом мы легко выберемся.
– И как я сам не догадался? – обрадовался омар. – С моим-то жизненным опытом!
Он тут же принялся за работу, но не успел сделать и половины, как над ними как будто бы тёмное облако нависло – выдра!
Ах, как она ухмыльнулась, узнав Тома!
– А, это ты, тебе всегда во всё надо вмешаться, ты всюду суёшь свой нос, вот и попался! Уж я отомщу тебе за то, что ты предупредил лососей обо мне!
И она полезла наверх, чтобы влезть в ловушку.
Том перепугался до смерти, а выдра отыскала отверстие и полезла внутрь. Но едва она просунула голову в дырку, как бравый омар защемил ей клешнёй нос и вцепился в неё мёртвой хваткой.
И вот они все трое в ловушке, там и так тесно, а они толкаются, дерутся, омар щиплет выдру, та старается стукнуть лапой омара, и оба они толкают и пихают бедного Тома, так что он уже и дышать не может. Уж и не знаю, что бы с ним случилось дальше, если бы ему не удалось забраться на спину выдре, а оттуда – наружу.
Он очень обрадовался, оказавшись на свободе, но не бросать же в беде омара! Поэтому он улучил момент, схватил омара за хвост и изо всех сил дёрнул на себя. Но омар не выпускал выдру из клешнёй.
– Эй, да она же уже утонула! – закричал Том. – Отпусти её!
И правда, выдре пришёл конец, ведь ей нужно иногда выныривать из воды, чтобы вздохнуть, а тут омар так защемил ей нос, что она вообще не могла дышать.
Однако омар всё держался за неё.
– Да вылезай же, глупый! – закричал Том. – Ты ждёшь, чтобы тебя рыбаки поймали? Смотри, они уже тащат ловушку наверх!
Но омар ничего не слышал, и рыбак втащил его вместе с ловушкой к себе в лодку.
