Но султан все еще колеблется в том, чью сторону ему окончательно принять!
– Я буду сорить золотом в сто раз больше русских и низведу их партию до положения полного ничтожества! Я заставлю султана читать письма из Парижа, а не верить московским слухам! – громыхнул ножнами сабли Себастиани.
Турок он и впрямь взял за самое сокровенное:
– Я имею секретные сведения относительно сербского восстания! – заявил генерал влиятельнейшим сановникам Порты, которых предусмотрительный Рюффен пригласил на обед в посольство.
Турки сразу же нервно заерзали на своих коврах. Сербский вопрос был для них болезнен всегда.
– Не сыпь соль на наши зияющие раны! – сказали они, огорченные. – Говори, что знаешь!
– Вождь смуты Кара-Георгий имеет поддержку русского царя, а все восстание питается исключительно русским золотом!
В этих словах не было и слова правды. Александр Первый не так давно более чем холодно принял посланцев Кара-Георгия, советуя им искать поддержки не в Петербурге, а в Константинополе. Об этом уже прекрасно знал Себастиани, но пока не знали турки.
Сановники тревожно переглянулись. То, что Россия помогает единоверным сербам, выглядело весьма убедительно.
– Будь прокляты эти презренные московиты! – резюмировали министры султана сказанное французским послом. – И да покарает их Аллах!
– А посмотрите, что вытворяют русские на Ионических островах. Они распоряжаются там, как у себя дома, а ведь острова находятся под покровительством вашего султана! – продолжал ковать он уже горячее железо. – Если так пойдет и дальше, то вы скоро потеряете и всю Грецию! У русских хватка мертвая! Разве можно такое терпеть!
– Конечно это так, – отводили глаза константинопольские вельможи. – Но Московия есть Московия, и задирать лишний раз ее опасно!
– Где ваша гордость османов! – смеялся сомневающимся в лицо Себастиани. – Сейчас, когда мой император лупит русских в хвост и в гриву, кажется, настает и ваш звездный час!
– В твоих словах есть зерно истины! – молвили на прощание вельможи. – Мы, конечно, попробуем убедить падишаха и визиря, но мы так бедны!
– Мы не какие-нибудь скряги англичане, – поняв намек, тут же доверительно заверил своих собеседников Себастиани и ловко переложил в бездонные карманы их халатов тугие кожаные кошели.
– Аллах возблагодарит вас за столь великую щедрость! – трясли гости, своими выкрашенными хной, бородами. – Мы сгоним московитов с насиженных мест, как наши повара сгоняют мух со сладкого шербета!
Но это было лишь начало дела. Вскоре верховный визирь (для которого на подарки тоже не поскупились) известил генерала, что тот приглашен на заседание дивана.
– Это уже маленькая победа! – констатировал Рюффен. – В диван послов приглашают крайне редко. Теперь вам следует там лишь закрепить начальный успех. Кое-какую работу с министрами я уже веду.
– И как результаты?
– От золота не отказался еще ни один!
Однако перед диваном визирь решил встретиться с французским генералом сам. Следующей ночью (прием посла был почему-то назначен именно на эту глухую пору) Себастиани отправился во дворец к великому визирю, которому надлежало вручить верительные грамоты.
Начало приема было явно обнадеживающим. Визирь не заставил посла ждать вызова на позорной «лавке поварят», где турки традиционно перед приемом выдерживали европейских послов. Это был добрый знак!
Вручив грамоты и передав дежурные любезности от Наполеона, Себастиани, в свою очередь, выслушал длинные и пространные пожелания благости и райских кущ падишаху франков. Затем хозяин и гость в молчании пили кофе и ели шербет. Отпив и откушав, вышли во двор, где посла ждала уже новая гвардия Селима, любезно предоставленная султаном для показа французу. Освещая огромный двор, жарко трещали факелы. Визирь взмахнул рукой, и солдаты открыли примерную пальбу из пушек. Действовали они умело и сноровисто. Внезапно один из них панибратски подмигнул Себастиани. Генерал вначале опешил от такой наглости, но затем, приглядевшись, вспомнил в ряженом турке шустрого капрала из легкоконной бригады с которым был в Итальянской кампании. Что ж, артиллеристы у султана были и вправду неплохие!
– Ваше высочество, такая артиллерия делает честь вашему султану! – произнес Себастиани, когда смолкли пушки.
– О, великий визирь величайшего из властителей вселенной! Твои пушки столь грозны, что даже мой повелитель рыдал бы от зависти, увидав их! – весьма вольно перевел генерала понимающий толк в восточных делах талмач.
Визирь заулыбался. Лесть генерала была ему приятна. Себастиани ожидал, что теперь после осмотра войск визирь пригласит его для серьезного разговора и ошибся. Восток не терпит суеты и торопливости. Все должно идти своим чередом, и ничто не может изменить устоявшегося течения событий.
Лишь спустя несколько дней генерала наконец-то пригласили в диван на встречу со всеми министрам. Кавалькада посла была снаряжена с максимальной пышностью, какую могли только себе позволить французы.
Взору Себастиани теперь впервые предстал дневной и полный жизни Константинополь – Стамбул – извечный перекресток мировых дорог. Город, где сталкивается запад и восток, север и юг.
Над острыми иглами минаретов пронзительно кричали голодные чайки, повсюду натужно вопили ослы. На узких улочках гам, суета, пыль да нестерпимая вонь отбросов и испражнений, мириады мух и стаи бродячих псов. Всюду базары большие и маленькие, теснота, крики:
– Табак румелийский! Один кисет десять монет!
– Сурьма для бровей и хна для бороды!
– Амулеты от трахомы и лихорадки!
– Вода холодная и сладкая!
Сидя верхом на тонконогом сирийском жеребце, Себастиани едва протискивался сквозь снующую толпу. Два негра-раба расталкивали перед ним толпящихся, изо всех сил орудуя тяжелыми палками:
– Варда! Варда! Поберегись!
Морщась от нестерпимой вони, генерал искоса поглядывал на копошащихся в грудах отбросов голых людей:
– И как они не передохнут в этих миазмах!
В диване Себастиани долго говорил о коварстве русских, которые уже вовсю зарятся на Белград и Бухарест, мечтая объединиться с вечно мятежными сербами.
– Первыми от вас отпадут Болгария и Албания, затем, разумеется, и Сербия. Египет к этому времени захватят пронырливые англичане. Непременно восстанут и греки! Кто тогда придет к вам на помощь? Кто, кроме величайшего из полководцев мира – моего императора, сможет поддержать вас среди полного хаоса! Запомните, что не вы нужны нам, а мы нужны вам!
Подобным тоном с министрами Высокой Порты из послов никто никогда не разговаривал. Такое они слышали впервые, а потому в душах их боролось неприятие со смятением. Умудренные опытом, они понимали, что наглый француз говорит им горькую правду. Лица сидевших вдоль стен на коврах министров были угрюмы. Все молчали.
Себастиани, стоя посреди зала, продолжал, яростно жестикулируя руками:
– Но если вы с нами, то можете жить спокойно! Мой император уже разбил лучшую из армий русского царя в деревне Аустерлиц, и сам царь бежал от него, как последний трус. Если будет надо, мы еще не раз и не два устроим ему такую же
