бесконечно, ибо уже начал чувствовать отголоски усталости, которая придет не через час и даже не через два, но – придет.
А потом в сознании, заполненном лишь кристальной чистотой боевой ярости, родилось возможное решение. Крутнувшись волчком и превратив шупальцевые головы сразу пяти мутантов в фонтаны черной крови, Марк кашлянул и произнес несколько слов, призвав Темную Имитацию. А потом завыл, стараясь повторить слышимый ранее вой мутантов, но с измененными модуляциями. Горло, не привычное к исторжению подобных звуков, тут же заболело, но охотник продолжал трубить, пока в легких оставался воздух. Потом он быстро и глубоко продышался и затрубил снова.
На мгновение улыбка тронула искаженное нечеловеческим напряжением лицо, когда Марк понял, что у него получилось. Он инстинктивно подобрал верную тональность и похоже сообщил тварям, что еды здесь нет и не предвидится. Мутанты перестали карабкаться на башню. Затем немного побродили рядом и начали рассеиваться. Марк трубил еще некоторое время, а когда перестал и нагнулся, чтобы отдышаться, изо рта у него обильно потекла черно-алая кровь. Он даже сразу не смог произнести Темный Заговор, пришлось немного подождать, пока естественная регенерация подлечит покалеченное горло.
Когда охотник спустился с башни – вокруг никого не было, метель не спешила усиливаться и он ощущал пространство почти на сорок метров. Трупы убитых мутантов тоже исчезли, от них остались лишь густые черные пятна на земле.
Отметив в голове потенциал Темной Имитации, охотник снова побежал в направлении секретной лаборатории Ориона-17, которая, как сказала Вика, не имеет ни названия, ни кодового обозначения. Что не удивительно – объект был уникальным в своем роде, и его вполне можно было именовать просто – лаборатория.
По идее, двигаясь на полной скорости, Бладхаунд мог преодолеть расстояние до объекта меньше, чем за час. Но постоянно возобновлявшаяся метель не позволяла бежать так быстро, он едва выдавал половину своей мощи. Но было еще кое-что. Марк чувствовал, как пространство вокруг него меняется, ощутимо удлиняясь и будто петляя. Он читал о чем-то подобном в Сети и ученые Арк-Сити действительно иногда регистрировали в Пепельных Долинах пространственные аномалии. Судя по наблюдениям, здесь одно и то же расстояние в разные моменты преодолевается за разные промежутки времени, и невозможно заранее предсказать, сколько займет путь. Однако, как и в случае с мутантами, попытки изучить аномалии потерпели полный крах – их не смогли ни просчитать, ни повторить лабораторно.
Но охотник был к этому готов и не слишком переживал. Даже если из города за ним уже направили пару моторизированных отделений, Стражи столкнуться с теми же проблемами, что и он сам. С другой стороны – если скумекают позже, то аномалия вполне может сыграть им на руку и сократить путь. Но тут ничего не поделать, и охотник просто перестал об этом думать.
По его биологическим часам прошло ровно двести сорок минут с момента схватки с мутантами, когда впереди он почуял живых. На его удачу метель на несколько минут прекратилась и охотничье чутье заработало почти вполовину стандартного радиуса.
Сначала охотник подумал, что это опять мутанты, но потом увидел закономерности в движении объектов и понял, что это патрули. Кроме того, некоторые объекты занимали статичные позиции, сдвигаясь незначительно – судя по расположению сигнатур, это Стражи на вышках по периметру территории. Территория, кстати, оказалась довольно большой – около пяти гектар, причем почти четыре из них занимало невысокое двухэтажное строение, обнесенное примитивной проволочной стеной. Была ли стена под напряжением, охотник не мог определить, да и не собирался. Тут уже нет смысла скрываться, так что он войдет через парадный вход.
Всего Бладхаунд насчитал два патрульных отряда по два человека, еще четверых у единственного КПП, и по два Стража на каждой из двух вышек. Само собой, тут есть и другие вышки, но с противоположной стороны и его охотничье чутье до них не добивает. Скорее всего есть и другие патрульные отряды, но вряд ли больше одного-двух. На самой территории Марк никого пока не чувствовал, но лишь из-за расстояния, да и стены строения экранировали от него запахи, звуки и ментальные эманации людей.
Поэтому когда пепельная метель вновь стала набирать силу, он неспешно двинулся к пропускному пункту, на ходу извлекая из-за пояса камы. Черные хлопья ложились ему на плечи и на голову, скрытую просторным капюшоном, налипали на лицо, но крепчавший с каждым мгновением ветер, тут же рассеивал их, обращая иссушенной трухой. Труха вилась вокруг призрачными водоворотами, которые то и дело складывались в замысловатые иррациональные узоры.
Серый солнечный свет, и без того не сильно благоволивший Пепельным Долинам, еще больше померк, и грозовые тучи скрылись в хаотичном мельтешении адской метели, погружая безрадостный пейзаж в густые неоднородные сумерки. Хотя на самом деле тут и смотреть было не на что, разве только себе под ноги – на потрескавшийся солончак, по которому осязаемыми волнами туда-сюда гулял вездесущий пепел.
Видимо, локаторы Стражей на КПП все-таки засекли охотника, но вряд ли вояки сильно напряглись, будучи уверены, что это всего лишь одинокий мутант, отбившийся от стаи. Но даже если бы они что-то поняли, это не могло их спасти. Воины были мертвы с того момента, как Бладхаунд почуял их.
Приближаясь к Стражам сквозь пепельную мглу, Марк неожиданно почувствовал движение справа, на самой границе охотничьего чутья. Но едва он обратил внимание на это движение, оно тут же исчезло. А потом повторилось, но уже слева. Парень вспомнил – точно такие же тени встречались ему в городских коллекторах Арк-Сити. Он и тогда ловил их на самой границе восприятия и сразу терял, едва получалось сфокусироваться. Выглядело все так, будто кто-то следит за ним и это жутко бесило Бладхаунда, ведь он привык сам следить за своими жертвами, оставаясь в тени.
Но орионовцы у КПП уже вскинули лучевые винтовки и у охотника не осталось времени на головоломку, которая вполне могла оказаться лишь его собственным глюком. Он призвал Нареченную Мглу, а сам сместился в сторону, ускорился и прыгнул. Стражи, у которых в поле зрения остались только сотканные Нареченной Мглой фантомы, что-то отрывисто прокричали через решетки герметичных шлемов. Спустя мгновение пепельные сумерки прорезала яркая вспышка когерентного света – она ударила в одного из фантомов, рассеивая его на лоскуты, мгновенно поглощенные непроницаемой круговертью.
Второй Страж тоже хотел выстрелить, но не успел – взмах камы отделил его голову от тела и нервный импульс попросту не достиг указательного пальца, покоящегося на спусковом крючке винтовки. Другой Страж уже разворачивался в сторону обезглавленного товарища, когда Бладхаунд
