для меня в любом случае дорог и важен.
– И не будет уродом? – уточнила.
– Не для меня, – уклончиво отозвался командор. – Но я даю слово. Что не поступлю как мой отец. И если… Он будет похож на меня, а не остальных… Я помогу ему с этим жить, – и на его лице расцвела решимость и твёрдость, которая хоть немного меня успокаивала.
Я до сих пор и своё-то место в этом мире не могла понять. А тут пора было задуматься о будущем малыша… Который может оказаться не таким, как все остальные. И помимо этого оставалась просто масса других вопросов к командору, которые тоже надо было выяснить…
– Райя, – командор тоже встал с постели, вырастая передо мной несокрушимой горой. – Я обещаю тебе, что мы всё обсудим. Но сейчас просто необходим осмотр медиков. Я… прошу тебя. Поверь, что не случится ничего плохого. Я не позволю. У тебя есть поводы ненавидеть меня и злиться, но ты должна знать, должна поверить, что я не планировал отказываться от тебя. Я защищал тебя. И впредь продолжу делать это лучше…
И хотя его выправке можно было позавидовать, я всё равно заметила, как немного поникли его плечи. И ощутила едва ли не физически, как сложно командору признавать свои промахи. И как он корит себя за то, что всё пошло не по его плану. К тому же в его словах правда была логика. По крайней мере в том, что я сама ничего не знала о своём положении. И если ещё там, на станции, был смысл скрывать и прятаться, то теперь пути назад всё равно не было.
Командор теперь всё знает. Мои мысли, что не захочет малыша от такой как я, вроде бы оказались неправдой. И он пообещал, что примет ребёнка любым.
Если подходить ко всему формально, то он правда прежде не нарушал данных мне обещаний. Он просто ничего не обещал. Поэтому повода не верить ему сейчас вроде бы не было. А отказываться от обычного обследования только лишь из-за своего страха – как минимум эгоистично.
– Хорошо, – кивнула ему. – Но они вообще не должны трогать мои волны. То есть твои волны… – поправилась и поймала внимательный взгляд командора. – Что, Ши-Ран?
– Как ты ощутила их присутствие на первом этаже? – вдруг спросил он.
– Ну… – взмахнула руками, пытаясь подобрать слова. – Просто… Откуда-то знала. Чувствовала.
– Не просто, что они здесь. А именно на первом этаже?
– В холле, – подтвердила.
– А сейчас кого ты чувствуешь в резиденции? – его вопросы были странными. Но я всё же ответила.
– Тебя, твою маму… Больше никого.
– И где находится моя мать? – продолжал допытываться он.
– Я не знаю, где-то… там, – указала рукой вправо, и брови командора приподнялись.
– Ты и границы резиденции чувствуешь?
Я задумалась. И снова кивнула.
– Да, они вокруг. Где-то плотнее… Где-то тоньше…
Командор громко выдохнул и тут же нахмурился.
– Так не должно быть? Я думала, раз во мне твои волны, то это нормально… – заподозрила неладное.
– Мне не известно, чтобы хотя бы одна из землянок могла так чувствовать волны рай-ши. Все волны. Это необъяснимо…
– И опасно? – занервничала.
– Нет, Рай-я. Я не думаю. Ты же ощущаешь их как я свои. Они не доставляют тебе дискомфорт?
– Скорее наоборот, – призналась. Ведь чувствуя сразу всю резиденцию. Я была уверена, что тут нет чужих, и это успокаивало.
– Тогда мы разберёмся с этим позже, а пока… – он снова активировал браслет и приказал медикам вернуться.
– Почему такое возможно? – пока ждём, решила всё же узнать его версию.
– Понятия не имею, Райя. Землянки не должны чувствовать волны. Они для вас чужие.
– Мне они не кажутся чужими…
– Это и странно. Но в то же время… Разве не странно, что ты почувствовала меня на таком огромном расстоянии на Марисе? Что ты потом не сгорела вместе со мной, когда произошёл сбой? Что тебя невозможно очистить от моих волн? Это всё не так как у других…
– Из-за плохой совместимости? – предположила.
– Вряд ли. Если бы совместимость была высокой, тогда да – можно было бы предположить, но тут… Тут что-то другое, – он протянул мне руку. И я приняла её.
– У тебя есть идея, да?
– Предположение… – он взглянул на меня как-то иначе. – Ты всё ещё злишься на меня?
– Я бы не назвала это злостью, – его ладонь сдалась на моих пальцах. – Но мне сложно поверить тебе снова… Когда меня забрали…
Я не успела договорить, как командор быстро опустился возле меня на колени, не отводя своего пронзительного взгляда.
– Я виноват перед тобой… Я думал, что ты справишься с этим. Думал, что в этом нет ничего страшного. И уже потом, когда узнал, что именно тебе пришлось пережить, всё корил себя за то, что не уберёг тебя от физической боли… А потом, – он приложил мои пальцы к своей щеке и накрыл их сверху своими, прижимая. – Потом на Марисе и после, когда я горел в своих муках, до меня дошло, что важнее было другое. Не только твоя физическая целостность… Ты считала, что я предал тебя, правда, Рай-я?
Я кивнула и плотнее сжала зубы, чтобы не расплакаться. Даже вспоминать было тяжело.
– И так оно и было, – он повинно опустил голову. – Я просто не понимал, насколько это важно. Но оно было важно! Просто я так долго старался отталкивать от себя любые эмоции, что перестал их чувствовать, узнавать. И не верил в твои. Не мог поверить, что ты, землянка, можешь не просто использовать меня, а правда я могу быть тебе… нужен. Нужен не как защита. Не как щит от других. А именно я… И когда ты говорила мне о чувствах – о твоих и о моих – я старался не слышать. Я боялся слышать. Потому что признать, что ты права, означало показать свою слабость. Только одного я не учёл, Рай-я… Что на то, чтобы показаться слабым в глазах своей женщины, требуется куда больше силы и мужества… Я всё думал, что у меня будет шанс всё исправить позже. И только когда оказался в ситуации, где позже уже могло не случиться, понял… И даже когда всё вспомнил, продолжал играть эту роль, потому что я… Я ужасно соскучился по твоим эмоциям. По тебе… Такой. Открытой, чувствительной… Я хочу тебя всегда такой рядом. Любой, конечно. Но такой – особенно… И я никогда не забуду, как очнулся с тобой в обнимку с воспоминаниями пятилетней давности – и просто замер от неверия. Потому
