было странным. Ещё одной странностью меньше, одной больше – я уже и со счёта сбилась. Так что рай-ей так рай-ей…
Но командор сжал мои плечи, вглядываясь в мои глаза.
– Ведь разгадка была на поверхности! Ты всегда легко переносила мои волны, хотя все остальные не могут из-за их высокой концентрации. Ты чувствовала меня лучше, чем я сам. Ты нашла меня… Ты спасла мне жизнь! Всё верно… Когда мои личные волны начали сбоить, твой правильный резерв всё наладил во мне…
– Я так и чувствовала, когда обнимала тебя, – призналась и тут же оказалась впечатанной в его широкую грудь.
– Ты моя Рай-я! Моя… Рай-я… Первая за много сотен лет. Единственная на нашей планете…И твоё имя… Что, если это не совпадение? Если это подсказка… От судьбы…
И он продолжал обнимать меня и гладить, словно не веря, что я правда в его руках сейчас. А я не сопротивлялась, позволяя, и думая о том, что рада, что о своих чувствах и планах в отношении меня и моего ребёнка он успел сказать раньше. Ведь иначе я бы подумала, что это из-за этой непонятной мне связи…
Хотя мысль, что для него эта связь значит куда больше, тоже была приятной. Потому что мне всё ещё очень-очень хотелось быть для него важной, самой важной. Важнее его дурацких правил и чужого мнения. Это было для меня просто необходимо. И я сама не понимала, как смогла пронести это желание через всё, что со мной случилось.
Но как я ощущала сейчас, что ребёнок во мне в порядке, так и прежде, несмотря на поведение командора, откуда-то в самой глубине своей души, я верила, что рано или поздно он поймёт то, что отрицал так долго. И что так остро всё это время чувствовала я. Да и он чувствовал, просто не верил самому себе. Так оно и случилось.
И теперь я тоже была уверена, что мне не нужны обследования. Что не происходит ничего необычного или странного для меня. Наоборот – совершенно необъяснимо я ощущала в себе ещё большую уверенность и спокойствие.
– Это объясняет вообще всё. И твоё ощущение моих волн. И особенности ребёнка… Я найду ещё книг. Я выясню всё. И заставлю лучших медиков всё изучить. Чтобы понимать, чего нам ждать и как следует подготовиться, – он отпустил меня и на его лице я увидела сосредоточенность.
Командор оставался командором в любой ситуации. Вот и сейчас первым делом он уже всё начинает планировать и выяснять немедленно, что же за дети рождались у рай-ши раньше, какими они были, может ли это как-то отразиться на моём резерве…
Ну а меня что-то так укачало от этих всяких эмоциональных горок, что даже как-то порадовалась, что он собирается отправиться вместе с медиками искать ответы на свои вопросы. Не потому что хотела бы, чтобы он ушёл. А просто у меня опять появился лишний часик поспать… Спать мне хотелось очень. Этим я и занялась, теперь уже куда спокойнее разлёгшись на огромной кровати Ши-Рана и отчего-то чувствуя себя волне довольной жизнью…
Глава 37
В ту ночь я проснулась от поцелуев. В районе своего живота… Целовал, конечно же, командор. И снова смотрел на меня пронзительно и виновато. А потом прислонился ухом и некоторое время запрещал мне двигаться, прислушиваясь к чему-то там, внутри.
– Что ты слышишь? – спросила всё же шёпотом, ведь помнила, что у рай-ши просто отличный слух.
Но командор хмурился.
– Я не знаю, что это… – признался мне так же тихо. – Похоже на… музыку…
Я улыбнулась. Красивая ассоциация… Очень необычная для него и очень тронувшая меня. Видеть, как этот огромный сильный и обычно скупой на эмоции мужчина с благоговением касается моего животика было невероятно. Словно чудо, которое очень ждёшь на новый год и оно случается. Или долгожданный подарок на день рождения…
В любом случае, кажется, я дождалась свой. И потому потянула его на себя, заставив лечь рядом и прижимаясь щекой к его груди.
– Я разбудил тебя, – он снова бросил виноватый взгляд. – Но так сильно хотел снова почувствовать… Что это всё правда.
– Ты действительно был готов рискнуть своей жизнь ради того, чтобы забрать меня навсегда, думая, что никогда не сможешь взять своего ребёнка на руки?
– Я и сейчас готов ради тебя на всё, – он прикоснулся губами к моему лбу. – И мне страшно представить, что было бы, если бы я сам навредил тебе… Если бы…
– Этого бы не случилось, – попыталась обхватить его руками. – Лучше пообещай, что не отдашь меня опыты из-за этой нашей с тобой связи.
– Никогда, – сжались его пальцы на мне. – Да и согласно традициям рай-ю нельзя разлучать с её рай-ши…
– Ну если традиции запрещают, то я спокойна, – усмехнулась, зажмурившись. А он погладил меня по голове.
– Я не могу изменить того, что уже случилось… Но я бы хотел.
– Я тебе верю, – чмокнула его куда-то, куда достала.
– И… – будто бы решался на что-то и решился. – И раз не могу сделать то, то даю тебе слово, что сделаю другое, – приподнял мой подбородок, заставив посмотреть ему в глаза. – Я вёл себя с тобой отвратительно. Я недостоин того, чтобы ты стала моей… рай-ей… Но я буду достоин. И изменю будущее…
– Как? – нахмурилась я, ощущая, что это не просто слова.
– Мне претит жестокость к землянкам. Есть и другие рай-ши, которые согласны со мной…
– Например, Рай-Харр?
– Не только, их много, наверное даже больше, чем тех, кто не согласен…
С тех пор, как командор отказался от меня, мы больше ни разу не обсуждали положение землянок в его мире. До того момента я ещё верила, что через него могу на что-то повлиять. После – уже нет. И вот теперь он сам завёл этот разговор. И я вижу, насколько тяжело ему делиться со мной своими планами. Как трудно ему говорить о том, что он, наверное, считает своей службой, а значит женщине не стоит об этом знать. Но переступает через свои собственные представления и принципы, стараясь показать, что меняется. Ради меня.
– И если вас много, то почему вы просто не поменяете всё, Ши-Ран, – чуть приподнялась даже, ведь на самом деле до этого момента думала, что как раз большинство рай-ши – жестоки и черствы.
– Есть… обстоятельства… О которых я не могу говорить даже тебе, – он всмотрелся в мои глаза, будто проверяя, верю ли я. Я верила.
– Пусть. Но что тогда можно исправить?
– Исправить
