своего нездорового любопытства. Ну мало ли, о чем они говорят — в конце концов, у Геми до «Падших» была другая жизнь. Вполне возможно, он встретил старого приятеля, вот они и общаются…
Хотя Геми вроде самый обычный воитель из линейной части. Где он мог пересечься с дворянином?
Как бы там не было, а это уже не мое дело.
Я отвел от них камеру и продолжил заниматься своей работой — с камерой порядок, но мне показалось, что система наведения ее вообще не использует, поэтому решил проверить все на практике — выбрал в качестве центра наблюдения свою палатку, настроил систему так, чтобы она реагировала на всех, кто окажется рядом с палаткой. И если такое случится — система должна будет каждого, кто подойдет к моей палатке обозначить как цель и «взять на мушку».
После этого я продолжил копошиться в мехе, проверяя другие мелкие проблемы, которые я обнаружил раньше и которые должны были устранить техники.
Когда система чирикнула, дав понять, что засекла цель, я даже как-то сразу и не поглядел на экран, а когда повернулся, увидел Геми, который стоял возле моей палатки.
Что? Искал меня? А зачем?
В этот момент Геми развернулся и направился прочь.
На ходу он прятал в ножны один из своих квилонов.
Я даже не поверил своим глазам, но благо камеры все записывали и имелся небольшой буфер, так что я промотал запись и пустил ее заново — нет, я не ошибся: он действительно уходил от моей палатки, на ходу пряча нож.
Что он собирался сделать? Зарезать меня? За что? Что я ему сделал?
Тут я вспомнил, что видел его с «Белым Шлемом».
В голове моментально сформировалась цепочка событий — «Белые Шлемы» организованы моим братцем. Вполне возможно, что братец решил меня прикончить. Зачем? Может, ему показалось недостаточным, что отец отправил меня к «Падшим»? «Белый Шлем» «нанял» Геми, чтобы тот меня прикончил?
Притянуто за уши, конечно, но зато эта теория все объясняет.
У Геми не получилось, однако это не значит, что «Белый Шлем» не попытается найти еще одного исполнителя. Или нескольких, чтобы прикончить меня, Например, во время патруля.
Случившееся мне совершенно не понравилось и испортило настроение, однако скоро патруль. Помимо меня и Геми там будет еще три человека, так что убить меня у всех на глазах он вряд ли рискнет. А у меня будет время, чтобы подумать, как из этой ситуации выпутаться…
Глава 25
На расстоянии удара
Я сидел в кабине, обдумывая свое незавидное положение и пытаясь придумать, как из сложившейся ситуации выпутаться.
В голове продолжали роиться всякие нехорошие мысли: Геми собирался просто меня прирезать, но на что он рассчитывал? Как он собирался затем выпутаться из ситуации? Дуэли у «Падших» запрещены, убийство товарища по оружию — тяжкое преступление, после которого обычно убийца отправляется вслед за своей жертвой.
Неужели Геми этого не понимал? Готов поспорить, что понимал. Но почему-то готов был подставиться. Почему? Что такого ему можно было предложить, чтобы он согласился?
И тут до меня дошло — свободу. Наверняка ему пообещали свободу. Если он разберется со мной, заказчик обещал вытащить его.
Что самое обидное, я был более чем уверен — свободы Геми не видать, как собственных ушей. С большей вероятностью и на месте заказчика я бы после того, как Геми разберется со мной, покончил бы и с самим Геми, причем руками военного трибунала.
А что? Дело сделано и все концы в воду.
Тем более когда заказчик «такой». В то, что меня «заказал» один из «Белых Шлемов», я совершенно не верил. Скорее всего, тот тип, что говорил с Геми, — лишь посредник, передавший слова настоящего заказчика.
Ну а кто был заказчиком, как я и говорил, догадаться несложно. Единственный, кому была даже не выгодна, а скорее полезна моя смерть — Рикар. Похоже, он здорово испугался тогда, на Тирре. Отец сильно напугал его и Рикар решил избавиться от конкурента раз и навсегда.
Что ж, в чем-то я могу его понять. Хотя…в поведении Рикара, а точнее в том, как он провернул тот финт во время поединка, очень много странного.
Во-первых, это совершенно на него не похоже. Рикар с присущей ему гордостью и завышенным самомнением не строил бы план с учетом собственного проигрыша. Наоборот, он должен был рассчитывать, что сможет меня победить. Победить и затем добить. Это вполне в его духе.
А вот подделывать запись, подставлять меня — это на него не похоже. Ощущение такое, что Рикара кто-то специально прислал тогда на полигон. Этот кто-то был твердо уверен в том, что между нами начнется ссора, которая выльется в сражение на боевых роботах, и затем случилось то, что случилось.
Я перебирал в голове все возможные варианты, однако так и не пришел ни к каким выводам. Тот, кто подобное мог провернуть, совершенно не нуждался в том, чтобы отправить меня к «Падшим». Тогда зачем был весь этот сыр-бор?
Хорошо, допустим, я не понимаю мотивов заказчика, но тогда, на полигоне, должен же был быть исполнитель? Кто-то же должен был все это провернуть, выставив меня крайним? Кто?
У меня на этот счет была одна единственная догадка — Айза. Как бы я ни доказывал себе, что этого не может быть, это дико и глупо, однако факты говорили об обратном. Она позвала меня на испытание «Лордов». Она же является телохранителем моего брата, который каким-то чудом прознал о том, где я нахожусь в тот конкретный день и в то конкретное время. Далее кто-то подделал записи, вызвал панцирников «Стаи». Айза могла это сделать? Легко!
И главный аргумент в пользу этой версии — Айза свидетельствовала против меня.
Интересно, а зачем все же Рикару понадобилось меня убивать? Неужели ему мало того, что я оказался в «Падших»? Ведь это позор для дворянина, смыть который — та еще задачка. Впрочем, даже если удастся покинуть ряды провинившихся воинов, пятно в моей биографии все равно останется, а это значит, что даже если отец умрет, а Рикар по каким-то причинам не сможет занять его трон, начнутся политические игры и борьба за власть, но я в них не буду участвовать. Из-за того, что я был одним из «Падших», я стану политическим трупом. Никто из благородных меня не поддержит.
Или поддержит? Ведь не зря же Рикар так отчаянно хочет меня убить, что даже подкупил воителя из моего мех-кулака….
Когда до
