я.
— Именно, — кивнула она, допивая вино. — Ты решительный, что для дворянина уже редкость. Умеешь быть тактичным, и знаешь, когда нужно надавить. Ты не считаешься с авторитетами, и умеешь добиваться своего. А главное, ты успел завоевать авторитет среди других родов, пусть даже не все из них разделяют твоё рвение. Полгода назад твой род был на дне, а что теперь? Ты за уши вытянул его из болота и продолжаешь тянуть наверх, несмотря на все препятствия.
— Сколько лести, — я добавил вина в её протянутый бокал. — И всё же я думаю, дело совсем не в этом.
— И в чём же, по-твоему? — Карина устроилась поудобнее, бесстыдно закинув ногу на ногу так, что под задравшейся юбочкой показалось её бельё.
— Ты хочешь получить свою выгоду, и видишь во мне того, кто готов выполнять работу, за которую брезгуешь браться ты. Кто-то, кто будет таскать для тебя каштаны из огня.
— Э-ээй, — недовольно протянула она. — Это вот такого ты обо мне мнения? Что я, по-твоему, совсем бездушная мразь, готовая использовать любого?
— Признай честно, ты сделала всё, чтобы я так думал. Чёрт возьми, да вся Империя так думает. Но спорю, тебя это ни капли не волнует.
Секунду подумав, она равнодушно пожала плечами и приложилась к бокалу.
— И что же, по-твоему, мне от тебя надо? — девушка с интересом посмотрела на меня.
— Лояльность, прежде всего, — начал я. — Ты никому не доверяешь, предпочитая договоры и чёткие и понятные условия. Ты мне — я тебе. Кроме того, тебе нужен человек, вхожий во внутренний круг и дела Императора, а всё идёт к тому, что государь точно привлечёт меня к более важным делам. Последняя война это явно дала понять. После допроса он убедился, что я не плету против него козней, так что его проверку на преданность я прошёл.
— Ты себе льстишь, — холодно улыбнулась она, но по взгляду было понятно, её задели мои слова.
— Ничуть. Иначе я бы здесь не сидел.
Хмыкнув, девушка сделала длинный глоток и тяжело выдохнула.
— Но это ещё не всё, — снова заговорил я. — Есть кое-что, чего я не знаю. что-то во мне… и в Есене. То, как ты смотрела на нас, когда я использовал магию в лаборатории, ты ведь что-то увидела, верно? Что-то, поразившее тебя. И это тебе нужно. Нечто, о чем я пока не знаю.
Карина посмотрела на меня и взволнованно пожевала губу. Её щёки налились румянцем, а лоб напрягся. Она лихорадочно обдумывала мои слова. Я попал в точку.
Оставалось только немного её подтолкнуть.
— И почему я должен соглашаться на такое, Карина Михайловна? — улыбнулся я. — Давай отбросим словесные кружева. Каждый из нас хочет продать своё сотрудничество подороже. И пока предложений от тебя я не услышал.
— Красиво ты всё расписал, князь, — слабо улыбнулась она. — Кроме одного. После гибели Аракчеевой мы оба стали мишенями. Ты ведь уже догадался, что это Роман стоит за покушением на твою сестру?
Я кивнул, прикладываясь к вину.
— Я знаю кузена, он от тебя не отступится так просто. Ты задел его гордость. Роман честолюбивый человек, и не успокоится, пока не сочтёт, что отомстил тебе. Ты отнял у него кодекс, невесту и публично унизил перед всем дворянством. С ресурсами и связями твоего рода противостоять ему невозможно. Другое дело — мои ресурсы.
Она игриво приподняла брови.
— Второе, информация, — она загнула изящный пальчик. — Мой род два столетия служит Империи, и участвовал во всём, что проводил Император. Даже в самых тёмных делах. Включая те, из-за которых погибла вся моя родня. И твоя тоже.
Она пристально посмотрела на меня, покачивая в пальцах бокал.
Отец… она знала, кто погубил мой род!
— И не только это, — вкрадчиво добавила девушка. — Уверена, ты задавался вопросом, чем таким занимался твой отец, что навлек на себя гнев государя. Так вот, именно государь и поручил ему это дело.
— Ты знаешь, что это было? — я вцепился в её тонкое запястье.
Она игриво улыбнулась мне и, высвободившись из хватки, опрокинула в себя остатки вина.
— Вижу, ты заинтригован. И третий момент, о котором я не упомянула. Сейчас у престола есть только два наследника. Роман и я. Что бы ни привело к гибели Аракчеевой, этого уже не изменить, весь стройный план государя и Романа на замирение с их родом рассыпался. Прямое наследование под угрозой. А значит, если цесаревич сойдёт с дистанции…
Она посмаковала эти слова и облизнула губы.
— Попахивает государственным переворотом, — нахмурился я. — Предателем империи я не стану.
— Это и не нужно, — она взяла бутылку и, наполнив наши бокалы, подсела так близко, что я ощутил аромат её духов и шампуня. — Есть всего два способа всерьёз претендовать на престол наследникам второй очереди. Ясно, о чём я?
Я замер, глядя в огромные голубые глазищи Карины, отражавшиеся в моём бокале. Девушка хитро улыбнулась, отбросив прежнюю маску хладнокровной стервы.
Мои пальцы стиснули хрустальный бокал. Если дам согласие, пути назад уже не будет. Но в одиночку Есеню не защитить, да и остальных тоже.
— Это совершенно меняет дело, — спокойно заметил я.
— Верно, — с улыбкой кивнула она. — Ты ведь всё понимаешь. Тогда, каковы твои условия, Ярослав?
Глава 26
Два дня спустя.
Кремлёвский дворец, Георгиевский зал.
Концентрация альва-частиц 1,9 на миллион.
— Дамы и господа. Подданные Империи, — Император обвёл внимательным взглядом весь зал, заполненный сотнями людей. — Мои друзья и соратники, братья и сёстры по оружию. Я собрал вас здесь, чтобы отпраздновать нашу победу, отметить самых достойных… и помянуть ушедших.
Его раскатистый, могучий голос эхом разносился по громадному помещению, заставляя смолкать всякий шепот. Я неотрывно смотрел на его могучую фигуру, и даже с третьего ряда, из-за голов многочисленных дворян, видел его волевое лицо. Его мощная аура заполняла собой весь зал, внушая величие и трепет, а стоявшая рядом с ним Сирин лишь подчеркивала статус.
Залитый светом тысяч ламп, душный зал застыл в ожидании. Дворяне всех рангов, опричники и простые солдаты в едином порыве обратили взоры на государя.
— Война с Швецией завершена, — заговорил он. — Враг капитулировал, а наша армия победоносно вошла в Стокгольм. Эта победа впишет еще одну славную страницу в летопись подвигов русской армии. Но её бы не было без подвига наших воинов, положивших свои жизни на алтарь победы. Империя заплатила дорогую цену… каждый из нас.
Его голос стал глубже и ниже. Я почувствовал в его словах глухую боль.
— В числе простых солдат и талантливых магов погибла и Анна Аракчеева. Невеста
