Моров, пожалуйста, пройдите вперед, вас уже ждут, — произнес мне в спину японец.
Впрочем, я уже сам и без его понуканий шагал к очередной двери.
При этом с каждым новым шагом мой чуткий слух постепенно начинал улавливать некое подозрительное жужжание, доносящееся откуда-то со стороны стен…
— Прошу вас сохранять спокойствие, — снова прозвучал из-за спины спокойный голос сопровождающего. — Это часть регламента безопасности. Сенсорам нужно сверить ваши антропометрические и биометрические данные с внутренней базой ООБ.
Почему-то о чем-то таком я первым делом и подумал, когда сопровождающий отправил меня дальше одного. Вот только чуйка подсказывала, что такая поверхностная сверка данных — всего лишь начало. А основное блюдо ждет меня там, за дверью.
Интуиция не обманула. Стоило мне только переступить очередной порог, как в глаза сразу бросилось несоответствие между только что пройденным мной коридором и новым помещением.
Внезапно для себя я оказался не в каком-то скучном офисе, а в некой лаборатории, ну или в месте, очень на нее похожим. По крайней мере, в открывшемся взгляду светлом зале находилось довольно много явно современного, а главное — неизвестного мне оборудования. А еще здесь, как и во всех подобных местах, присутствовали люди в белых халатах.
— Приветствую вас, господин Моров, — приблизился ко мне с поклоном один из местных сотрудников — невысокий, полноватый мужчина с ранними залысинами. — Мое имя Коичи Танака, мне поручено провести сверку ваших данных. Прошу, следуйте за мной.
Проводив меня к вытянутому столу, Танака остановился напротив странного устройства, отдаленно напоминающего швейную машинку, разве что порядком увеличенную в размерах и густо усеянную дисплеями.
— Для начала, пожалуйста, просуньте руку в ложемент, — произнеся эти слова японец, сам подавая пример положил руку на пластиковую подложку и подвел ее под нависающую сверху иглу. — Только не забудьте засучить рукав.
Кажется, теперь я догадываюсь, для чего нужна эта штука.
Хотя, стоит признать, такого варварства от местных я никак не ожидал. Те же сотрудники ООБ при оценке уровня Исполина использовали куда более гуманные методы. Например, последний раз меня испытывали маломощным лазером.
— Не беспокойтесь, данное устройство сертифицировано и полностью соответствует стандартам безопасности ООБ, — зачем-то попытался успокоить меня японец.
Боги, неужто он это серьезно? Неужели моя небольшая заминка была воспринята как акт малодушия? Хотя откуда этому забавному толстячку знать, через что мне пришлось пройти, чтобы оказаться здесь? Меня вон совсем недавно пытался насадить на свой рог здоровенный и чертовски злой великан, а тут какая-то вшивая игла.
Так что нет, никакие, даже самые страшные на первый взгляд медицинские процедуры меня совершенно не пугали. Да и чего их бояться, когда перед самым носом маячит куда более серьезная проблема. Например, несоответствие моих текущих данных и тех, что в данный момент хранятся на серверах ООБ.
И это мне еще повезло, что изменилась только правая рука, в которую я с таким остервенением вливал божественную силу. В противном случае меня бы уже допрашивали следователи из ООБ. И были бы в своем праве, потому как нигде кроме как в зонах прорыва я не мог так быстро повысить свой уровень Исполина. А разрешения на посещения подобных мест и тем более участия в зачистке этих самых прорывов мне никто не выдавал.
Выходит, мне несказанно повезло, что я тогда прислушался к Дзюбею и сосредоточил всю свою силу в единственной руке. И вдвойне повезло, когда эта рука оказалась в медицинском бондаже. А ведь я грешным делом подумывал избавиться от надоедливой обузы еще там, в самолете, когда почувствовал, что поврежденная конечность более-менее пришла в норму. Но, к счастью, Морена миловала, и правая рука так и осталась безвольно висеть у меня на шее.
— Не против, если я воспользуюсь левой рукой, — указал я кивком на бондаж. — Как видите, с правой есть кое-какие проблемы.
— Конечно, — по-доброму улыбнулся японец. — Это все равно никак не повлияет на конечный результат. Как вы уже, наверное, знаете, божественная сила распределяется по телу последователей весьма равномерно, поэтому в теории вы можете использовать любую часть тела для проверки.
Эх, слышал бы его сейчас Дзюбей. Одноглазый самурай наверняка поднял бы на смех этого горе-ученого.
А с другой стороны, я ведь и сам до недавнего времени пребывал в неведении, относительно такой возможности. Так что не мне его судить.
— Позвольте вам немного помочь, — сердобольный японец потянулся к моему левому рукаву, одним ловким движением отстегнул пуговицу от манжета рубашки и столь же сноровисто закатал ткань до самого локтя.
— Благодарю, — кивнул я в знак признательности, одномерно с этим укладывая руку на ложемент.
Танака между тем тоже не стоял без дела: он уже вовсю барабанил пальцами по сенсорным дисплеям.
— Все готово, можем начинать, — оповестил меня ученый за секунду до того, как игла стремительно поползла вниз.
Вскоре холодный металл коснулся кожи.
В первое мгновение я не почувствовал ни боли, ни дискомфорта, только легкое давление. Однако чем дольше длилась данная процедура, тем сильнее становилось натяжение кожи и тем явственнее ощущалось наступление неизбежного…
— Есть прокол! — возглас японца идеально совпал с легким, едва заметным покалыванием.
И почти сразу после этого игла поползла вверх.
— Данные полностью совпадают, — улыбнулся мне Танака. — Можете убрать руку.
О том, что эти данные соответствуют Исполину-однерки, тактичный японец, конечно же, упоминать не стал.
— Теперь осталось только проверить вашу способность Чудотворца, — потер руки японец. Похоже, ему чертовски нравилось то, чем он занимается.
После этой не особо радостной для меня новости, Танака помог мне снова застегнуть рукав рубашки. А после он же проводил меня к следующему тестовому устройству — и на этот раз я к своему немалому облегчению его узнал.
— С этим анализатором волн Флейшмана вы наверняка уже знакомы, — подвел меня Танака к невысокой круглой платформе. — Скажите, как будете готовы, и я запущу прибор.
На последних словах японец выудил из внутреннего кармана халата небольших размеров планшет.
— Могу начать в любой момент, — заверил его я и одним волевым усилием призвал прямо на поверхность платформы призрак Абди Дакая.
— Отлично! — воскликнул в ответ японец, пробегаясь пальцами по небольшому дисплею.
Сразу после этой нехитрой манипуляции, платформа, на которой находился охотник саван, принялась слегка вибрировать и издавать едва заметный гул.
— Ноль целых три десятых балла по шкале Флейшмана, все результаты в пределах нормы, — сверился с планшетом Танака.
А вот интересно, что показал бы прибор, призови я вместо Дакая Дзюбея или того дикаря с гигантским луком? Как бы тогда выглядел конечный результат?
Но делать этого я, конечно же, не стал бы. Пусть все окружающие и
