Амиран. Знаю. Ну и что?
Надир (опускает голову). В деревне говорят, что… (Пауза.)
Амиран (сурово). Мало ли что говорят. Мало ли о чем кудахчут куры… А ты не прислушивайся, не бери примера с Дато, который из-за этого поссорился со всеми мальчишками деревни.
Надир. Амиран, неужели?..
Амиран. Надир, будь мужчиной. Мы в тебе уверены, иначе тебе не доверили бы охраны границы. Успокойся. Ему ничего не известно. Мы все проверим. Я сам поговорю с Ягором, но ты знай, что твое горе — это и мое горе.
Надир. Пойми, Амиран, если это так, то…
Амиран. Что ты задумал?
Надир. Я… я… (Задыхается от злости.) Сам не знаю, что… (Пауза.) Разреши мне сегодня не идти в наряд.
Амиран. Не разрешаю.
Надир. Почему?
Амиран. Потому что ты слишком взволнован и сам боишься своих мыслей. Сегодня ты пойдешь в наряд, а утром вернешься домой. Но дай мне слово, Надир, что ты никого не обидишь.
Надир молчит.
Почему ты молчишь? Неужели ты думаешь, что меньше твоего болит мое сердце?
Надир. Амиран! Если ты мне брат, если ты мне друг, отпусти меня сегодня домой.
Амиран. Что ты задумал?
Надир. Я сам не знаю! (Разгневанный.) Но если… Клянусь, что мое сердце не будет знать пощады! (Срывается с места и бежит к дверям.)
Амиран. Стой! Смирно, товарищ красноармеец!
Надир (останавливается, подтягивается). Есть, товарищ лейтенант!
Амиран (смотрит на часы). Через десять минут ты явишься на дежурство.
Надир. Есть, товарищ лейтенант!
Амиран. Я сам сменю тебя.
Надир. Есть, товарищ лейтенант!
Амиран (смотрит на часы). Время идти в наряд, товарищ красноармеец!
Надир. Есть, товарищ лейтенант! (Четким шагом выходит из кабинета.)
Занавес
Действие второе
Картина четвертая
Ночь в лесу. Тишина, Ползком движутся пять человеческих темей. Один из них — проводник, как будто знакомая нам фигура. Среди остальных — Арчил и Вахтанг.
Останавливаются.
Арчил (шепотом). Кажется, граница уже позади. Мы удачно пробрались.
Проводник утвердительно кивает головой. Он стоит спиной к зрителю и вглядывается в темноту.
Вахтанг. Граница позади, но помни, что пограничники могут идти по нашим следам. Может быть, мы и сейчас окружены в этом лесу, где люди перекликаются, как волки.
Издалека доносится волчий вой. Все замирают. Молчание. Затаенная тревога. Вой остается без ответа.
Арчил (шепотом). Как самого себя, знаю я эти горы, леса и ущелья. Каждый камень знаком мне, как родинка на моем лице.
Проводник скрывается и пропадает в темноте.
Вахтанг. Что же нам теперь делать?
Арчил. Подождем возвращения проводника. Если путь свободен, мы спустимся к деревне. Я помню: где-то у ручья должна быть тропинка.
Вдруг послышался какой-то шум. Все четверо притаились и смолкли.
Это сова, проклятая птица!
Вахтанг. Где же проводник?
Арчил. Если бы ты знал, Вахтанг, как бьется сердце.
Вахтанг. От страха?
Арчил. Кто говорит о страхе! Если бы вы только знали, как близки мне эти горы и ущелья, сладкий шепот этих лесов.
Вахтанг. Замолчи!
Арчил (шепотом). Вахтанг! Подумай только! Я должен пройти мимо своего дома и не войти в него… Шестнадцать лет я не видел семьи. Мой брат Надир был еще тогда мальчиком, похожим на веселого медвежонка. Теперь, он, наверно, взрослый мужчина. Я не могу его обнять, я должен пройти мимо него. Маленький Дато тогда лежал еще в колыбели. Бедная наша мать умерла от родов. Если я встречу брата, мой брат не узнает меня, и я должен пройти мимо него. Я не смогу даже поклониться праху моей матери. Я должен пройти мимо кладбища…
Вдруг в ущелье покатился камень. Шум. Все четверо залегли и схватились за оружие. Камень, должно Сыть, застрял в кустарнике. Шум прекратился. Долгое молчание.
(Шепотом.) Кажется, кто-то пробежал между деревьями.
Все напряженно вглядываются.
Вахтанг (шепотом). Тебе почудилось.
Арчил. Это мог быть зверь. (Шепотом.) Молчите. Здесь каждый куст дышит пограничниками, каждая скала имеет уши, на каждом шагу расставлены капканы.
Вахтанг (шепотом). Зачем, Арчил, ты, как гончую собаку, спустил язык по следу своих воспоминаний? Кому нужна твоя болтовня? С такими нервами надо было оставаться по ту сторону границы. Лучше возвращайся обратно. Ты нам накаркаешь беду.
Арчил. Чем же я провинился перед нашим общим делом?
Вахтанг. Расчувствовался, как девочка. Ты забыл, что ты на чужой земле. И нет у тебя здесь ни дома. ни семьи. А если умрешь, то и земля не примет здесь тебя в свое лоно. (Шепотом, передразнивал Арчила.) «Бьется сердце»! Будто у меня нет сердца и оно не бьется! А ты судьбу нашего дела топишь в детских воспоминаниях, сладких и липких, как дикий мед. Эх ты, сорокалетний ребенок!..
Арчил. Тише.
Раздался осторожный шорох. Прислушиваюся.
Это проводник.
Проводник крадучись входит. Делает знак следовать за ним. Осторожно идут пять теней. Вдруг из темноты раздался звонкий голос Надира: «Стой на месте! Дороги нет!» Диверсанты застыли. Это длится мгновение. Затем все бросаются бежать. Надир выскакивает из тьмы на тропинку.
Надир. Стой! Стой, я говорю! (Стреляет.)
Один из бегущих падает.
(Замечает убегающего проводника.) Отец! Неуже; и это ты? Остановись! Отец! Я убью тебя!
Проводник падает на землю и катится по тропинке вниз, в ущелье. Арчил стреляет в Надира.
Проклятый!.. (Зашатался. Ранен. Снова стреляет.)
Трое оставшихся диверсантов, спрятавшись в кусты, продолжают обстрел.
(Стреляет, кричит.) Сдавайтесь, сдавайтесь! А то всех перебьем!
Далеко па заставе выстрелы.
Вахтанг. Надо спасаться.
Трое диверсантов выбегают из засады и, отстреливаясь, бегут. Один из них падает, сраженный пулей Надира.
Надир. Стойте! Все равно далеко не уйдете!
Арчил и Вахтанг, отстреливаясь, скрываются в лесной чаще.
(Гонится за ними, стреляет.) Обходите их! Не пускайте!.. Сдавайтесь, предатели! Фашистские псы!
Снова выстрелы из темноты.
(Теряет силы. Винтовка выпала у него из рук. Он зашатался, прижался к дереву.) Сдавайтесь! (Шатаясь, отходит от дерева. С трудом подходит к другому дереву, обнимает ствол, прижимается к нему.) Горы мои… ущелья мои… деревья мои… земля моя…
Вдалеке слышны выстрелы пограничников.
Не пускайте их!.. Оцепите дорогу!.. В последний раз ты видишь звездное небо, Надир… Прощайся с женой, с братом, с землей!., Нателла… Почему ты молчишь? Ты сладко спишь и ждешь, пока муж разбудит тебя… Проснись, я говорю тебе, проснись!
Стрельба приближается.
(Силы у пего иссякают, но он снова кричит.) Товарищи!.. Братья!.. (Опускается на землю.)
Издалека слышен голос Дато: «Надир! А-а-а!» И голос эхом разносится по ущелью. За сценой слышен все приближающийся топот конских копыт.
Дато!.. Дато… медвежонок! (Старается встать, но силы оставляют его. Он падает. Он борется со смертью.) Эй, Амиран, ты хотел сменить меня! Где ты, Амиран?..
Топот копыт внезапно прерывается. Надир вслушивается. Неожиданно полное молчание, ночная тишина. Какая-то птица поет. В тишине раздается голос Дато: «Надир! Что с тобой?» С нагайкой в руках вбегает Дато.
(Приподнимается.) Скорей беги в деревню, Дато! Подними всех на ноги!..
