Как и обычно, корч-древесина пробивается насквозь, но, в отличие от обычной древесины, она имеет совсем другую плотность и внутреннюю структуру, поэтому не разрывается в клочья.
Около 87% попаданий пулями калибра 7,62 миллиметра не причинили самолётам критических повреждений, поэтому единственное решение, которое может помочь им в уничтожении себе подобных — наращивание калибра.
С Джоном Браунингом проблем не возникло — подписан договор о сотрудничестве и сформирована совместная инженерная группа, которая занимается вопросами оптимальной установки нового пулемёта в крыло.
Сейчас конструкторы Курчевского решают одну проблему — из-за увеличившихся размеров пулемёта система складывания крыла требует очень серьёзной переделки.
«Не предвидели», — подумал Леонид. — «А надо было предвидеть».
Его заверили, что ничего нерешаемого там нет и нужно лишь время, но это задержка, корректировка плана, а Курчевский такого не любит.
Успокаивало лишь то, что Джон Браунинг, очень заинтересованный в сотрудничестве, пообещал разработать специальный авиационный крупнокалиберный пулемёт, с утолщённым стволом воздушного охлаждения.
Нынешний М1921 Браунинг просто «раздели» — сняли водяной кожух, так как в небе проблем с охлаждением просто нет и быть не может. Но пробные стрельбы показали, что пулемёт очень сильно греется, что грозит неожиданными отказами.
— Ладно, оставь меня, — произнёс Леонид. — И держи это дело под пристальным контролем — если уж британцы берут наш самолёт…
К несчастью для британцев и остальных, в очень хорошо освещённых залах конструкторского бюро компании «K-Aircraft», уже разрабатывается истребитель К-2, причём сразу в двух видах — армейский и палубный, обязательно со складными крыльями.
Если к моменту его завершения всё пойдёт по плану, то подоспеет двигатель D-12, который сможет выдавать не менее 500 лошадиных сил при рабочем объёме 18,8 литров — над ним сейчас трудится почти четыре десятка конструкторов-двигателистов, из различных компаний.
Ныне несуществующий «Wright Aeronautical», к удивлению Леонида, не хранил никаких секретов в закромах — по двигателям они не просто не продвинулись, а сильно отставали от остальных…
Но у Курчевского и без того было где взять новые идеи для двигателей. Его конструкторские бюро разрабатывают сейчас сразу восемь разных двигателей, на которых испытывают новые решения — они ищут что-то новое и прорывное.
К-2, если предварительные расчёты верны, обязательно побьёт нынешние рекорды скорости, уже установленные какими-то там французами у себя в глубинке.
Целевой показатель — не менее 450 километров в час.
Это очень амбициозно, в Леониде сомневаются, вновь считают его безумцем, но он чувствует, что его компания может перепрыгнуть сразу через несколько ступенек.
Новый двигатель, маркированный как К-1690-R, обещают закончить в течение ближайших двух лет — это будет радиальный девятицилиндровый двигатель с воздушным охлаждением, выходная мощность которого должна составить не меньше 600 лошадиных сил с перспективой форсирования до 700–800 лошадиных сил.
Курчевский, которого многие считают пророком в области авиации, был практически уверен, что это и есть будущее.
Этот же радиальный двигатель он собирается установить на бомбардировщике К-21, который существует ещё только в виде чертежа. Предусмотрено сразу два крыльевых двигателя, которые помогут бомбардировщику брать с собой не менее восьмисот килограмм бомбовой нагрузки. Но это ещё непонятно, как будут идти дела с этим самолётом…
Основной фокус, конечно же, будет направлен на истребители. «K-Aircraft» силён именно этим, поэтому этим и нужно брать — остальное должно разрабатываться без ущерба для истребителей.
А планов у Курчевского очень много: он хочет К-31 — тяжёлый истребитель с двумя моторами, он хочет К-41 — летающую лодку, ему нужен К-51 — высотный самолёт-разведчик.
Центр желает, чтобы его компания разработала всё это в лучшем виде и обязательно протолкнула на вооружение Армии США.
Желание понятное — Центр пользуется уникальной возможностью «обкатать» технику за чужой счёт, а затем, если покажет себя хорошо, попробовать воспроизвести на месте.
США вряд ли станет врагом СССР в ближайшем будущем — доктрина Монро требует, чтобы Штаты держались подальше от Европы и не впутывались в её проблемы. Так что, инновационные идеи, которые берутся непонятно откуда, вполне можно «обкатывать» в Штатах, ведь вреда это никому не принесёт.
«Вреда…» — подумал Леонид и вытащил из маленького холодильника бутылку минералки.
Ему было неприятно, что именно его самолёты бомбили РККА в Маньчжурии. Это ни на что не повлияло, к сожалению французов и китайских милитаристов, но люди погибли…
Курчевский испытывал моральную ответственность за это. Он создал, пусть и не сам, тот самолёт, против которого оказались малоэффективны зенитные орудия. И в будущем он построит ещё более быстрый самолёт.
«Будет больше скорости, больше бомб, а пулемёты станут крупнокалиберными», — подумал он. — «А ведь ещё и фонарь сделаем побольше, чтобы лучше было видно, прицел усовершенствуем…»
На К-2 они впервые реализуют каркас из дюралюминия — пришло время отказаться от стали. Это сделает самолёт дороже, но военным нужна скорость и они готовы переплатить за неё.
В Маньчжурии стало известно, что очень быстрый самолёт почти неуязвим для зенитных орудий и все сбитые самолёты были сбиты почти что случайно.
Курчевский перевернул игру — он повысил скорость до трёхсот пятидесяти километров в час. Зенитная артиллерия ещё не адаптировалась к ней, но это вопрос времени — было очевидно, что прямо сейчас уже идёт разработка новых зенитных орудий.
В следующий раз он задаст новый стандарт скорости и зенитные орудия снова будут вынуждены догонять. И это тоже займёт время.
«Ну, куда всем остальным до меня?» — улыбнулся своей мысли Леонид. — «Они даже не догоняющие — они дышат вчерашней пылью из-под моих сапог».
*13 февраля 1923 года*
— Ну, всё, — изрёк Аркадий. — Отец.
— Поздравляю! — заулыбался Владимир Стырне. — И кто?
— Мальчик, — ответил Немиров.
— Имя уже выбрали? — спросил Стырне.
— Анатолием назовём, уже договорились с женой, — ответил Аркадий.
— В честь кого-то? — догадался Владимир.
— Да, был у меня когда-то друг… — вздохнул Немиров.
Он решил, что если сын, то в честь Анатолия Клевцова, с которым он встретил свою смерть.
«И он тоже там погиб…» — подумал Аркадий. — «В зоне радиоактивных осадков, без изоляции бронёй, выжить было нереально. Да и что это за жизнь, после ракет?..»
— Погиб? — снова проявил догадливость Владимир.
Немиров лишь с сожалением покивал.
— Жаль, — вздохнул Стырне. — В честь плохого человека детей не называют, а это значит, что человек был хороший. Вдвойне жаль.
— Да, жаль… — произнёс Аркадий. — Но не будем о грустном. Есть что-нибудь интересное о наших «друзьях» за речкой?
— «Друзья» за речкой, ха-ха? — усмехнулся Владимир. — А там небольшие перестановки — они организовали тактический штаб и прислали группу офицеров из Индии. В дополнение к силам басмачей можешь учитывать две роты стрелков-гуркхов.
— А куда смотрит Аманулла-хан? — спросил Немиров.
Эмир Аманулла-хан — это нынешний официальный правитель Афганистана, сын эмира Хабибуллы-хана. В конце февраля 1919 года он объявил о полной независимости Афганистана, что очень легко проглотили британцы. Они дали ему разрешение играть в независимость, но только при условии, что он не будет мешать им обстряпывать «кое-какие неджентльменские делишки» на советско-афганской границе.
Это точно не друг СССР, ведь английские условия он принял. Но он забыл, кто такие британцы и почему с ними очень трудно иметь общие дела…
То, что должно было быть просто «кое-какими неджентльменскими делишками», вылилось в прямое вмешательство в дела эмира, что тому очень не понравилось. Эмир недоволен тем, что англичане разводят смуту среди кланов — они это делают с целью недопущения усиления «кафиров».
