Букет прибудет сегодня в десять утра. С наилучшими пожеланиями от всей группы.
— Вот и хорошо, еще было бы неплохо переправить Виктории Львовне учебные материалы. Вряд ли преподаватели простят, если она не наверстает пропущенные занятия.
Петр Васильевич улыбнулся.
— Я еще вчера все сделал, — тут он, видимо, понял, что отчитывается передо мной и, кашлянув, добавил: — Вы, случайно, не видели Никиту Александровича? Он обычно приходит вовремя, а сегодня…
Но виновник появился в проеме сам, с трудом сдерживая улыбку, прорывающуюся на лицо.
— Доброе утро, господа и дамы, — все же не сдержавшись, поприветствовал он всех сразу.
Орлов с явным облегчением занял свое место. А через минуту в кабинет вошел преподаватель, и учеба продолжилась. На этот раз мы обсуждали экономику Киевского княжества. На его примере рассматривали влияние сопредельных государств на внутренние процессы рынка. И под конец занятия у меня сложилось впечатление, что Киев серьезно намерен потеснить даже Новгород по объемам торговли.
Техника, продовольствие, медикаменты, вооружение. Юго-западное княжество, как черная дыра, засасывало в себя буквально все, что только могли предложить соседи. А потом распродавало уже другим великим князьям. Уникальное географическое положение позволяло Рюриковичу устроить на своей территории нейтральную зону. Османы торговали через него с Речью Посполитой, Германским рейхом и Римской империей. Естественно, и с Русским царством в том числе.
Оборот получался огромным, но и на собственную силу великий князь Виталий Игоревич Можайский не скупился. Его армия хоть и была относительно небольшой, но оснащалась не хуже кремлевской гвардии, а по реальному боевому опыту, пожалуй, превосходила многих других Рюриковичей. Сказывалось соседство с вечно голодной до чужого добра Речью Посполитой.
— У вас новый образ, княжич? — спросила Мэйли, когда мы перешли в другой кабинет и заняли места. — Или тренировали технику?
Ну, можно было и так сказать. Но уверен, принцесса попыталась бы разузнать, какую именно. А то и помощь предложить. Поднебесная империя — одна из немногих стран, где настоящая магия упала на благодатную почву. Обилие различных философий, приправленных боевыми искусствами, вылилось в один из самых больших ассортиментов разнообразных техник. Не уверен, что даже в императорском дворце знают все. Но, что еще больше удивляет, все они работают.
Так что интерес принцессы понятен. Она не просто оказалась в другой стране и готовится к браку с княжичем Русского царства. Мы для нее — отдельный мир, который еще только предстоит познавать, несмотря ни на какое обучение во дворце. Все же реальная жизнь и теория — разные вещи.
— Ничего такого, — отозвался я негромко.
Разговор закончился явлением Шафоростовой. Замдекана заняла место за своим столом и приступила к разбору домашнего задания.
— Я просмотрела ваши работы, — заявила Марина Владимировна. — Нужно отметить, что не все из них мне понравились, но это постепенно исправим.
Останавливаясь на каждом, она указывала на допущенные ошибки, в случае Рогожина даже посоветовала конкретный материал, на который можно обратить внимание.
— Отдельно хотела бы отметить работу боярышни Салтыковой, — произнесла Шафоростова. — Светлана Николаевна, поздравляю, вы меня впечатлили. С этого момента вы будете у меня на хорошем счету, подобные специалисты очень ценятся в лаборатории ЦГУ, так что подумайте, может быть, вам нужно претендовать на допуск?
Салтыкова с важным видом кивнула, будто и не сомневалась в результате.
— Княжич, ваша работа лежит на моем столе в деканате, — обратилась ко мне Шафоростова. — Позднее мы еще обсудим наедине ваши идеи.
Принцесса повернула ко мне голову и взглянула с легкой усмешкой. Благо остальные хотя бы поворачиваться не стали.
— Благодарю, Марина Владимировна, — кивнул я в ответ.
— А теперь перейдем к новой теме, — объявила преподаватель, запуская на доску проекцию. — Итак, сегодня рассмотрим с вами тему генетической наследственности. И начнем с небольшой исторической справки. Впервые на эту тему публиковали свои работы монахи…
Ничего нового по итогу я так и не услышал. Впрочем, судя по скорбным лицам остальных одногруппников, их тема тоже не впечатлила. Мне бы было интереснее послушать, как отражается магический дар на всех законах биологической наследственности, чем рассуждать о горохе и перенимаемых его зернами цветах. Но это случится только в следующем году.
К примеру, в здешней истории были четкие примеры, когда изгнанный из рода терял свой дар. А когда в род принимали человека со стороны, например, признавали бастарда, тот обретал дар семьи, но ранг получал Е0, начиная весь путь развития с самых низов. Не помню случая, когда бы изгой одного рода стал членом другого, но по логике местной магии свойство дара должно смениться. Но это — исключительно мои мысли, а не доказанные наукой факты. Ведь никто не станет брать к себе изгоя, так как это спровоцирует конфликт.
Вот, к примеру, если взять Мэйлин, то у них с Ефремовым получится симбиоз. Когти Семена у нее тоже проявятся, но при этом — пламенными, от атрибута, полученного принцессой. Однако их дети будут уже типичными Ефремовыми, без огненных эффектов.
Если бы это было не так, браки между одаренными давно бы сделали высшие рода универсальными бойцами, практически сверхлюдьми.
Правила существования магии вообще указывали на присутствие некой просчитанной системы, не позволяющей родиться человеку даже с двумя дарами. И в случае Мэйлин ее атрибут обретет четкое воплощение, отрезав возможность использовать тот набор техник, что ей доступен сейчас.
Подводя итог, можно сделать вывод, что сила, которая позволила этой Земле обзавестись магией, предусматривает развод. Но его не практикуют сами аристократы. Конечно, у царских людей такая возможность есть, но и там требуется законное обоснование.
В столовую мы добрались всей группой, но от раздачи меня отвлек явившийся Ефремов.
— Семен Константинович, — кивнул я ему.
— Дмитрий Алексеевич, — ответил он, и тут же повернулся к китаянке. — Госпожа Ван.
— Здравствуйте, княжич, — с одобряющей улыбкой поприветствовала его принцесса Поднебесной. — Вижу, вы не забыли обо мне.
— Как я мог, госпожа Ван?! — ответил княжич, перехватывая ее поднос.
Было немного забавно наблюдать за другом, ухаживающим за девушкой. Заметно, что она ему нравится.
— Пожалуй, оставлю вас наедине, — хмыкнул я и тут же поспешил покинуть компании парочки.
Заполнив поднос до краев, я занял свое место за столом и
