В конце июля 1944 г. штрафное формирование структурно состояло из двух батальонов, в каждом из которых было по четыре роты (в роте — по три взвода). В полк были включены пулеметное, минометное и противотанковое подразделения. Перед восстанием в части числилось 865 человек (по другим данным — 881)[975].
3 августа из полка был отправлен в Варшаву I батальон (командир — гауптштурмфюрер СС и капитан охранной полиции Майер), а 4 августа — II батальон (командир штурмбаннфюрер СС Штайнгауэр) и остальные подразделения части. Аноним так описывает эти события: «В начале августа мы были внезапно приведены в боевую готовность. Уже на следующий день I батальон на грузовых автомобилях был направлен в Варшаву [по маршруту Щитно — Цеханув — Модлин — Варшава. — Примеч. авт.]. Мы все были удивлены тем, что там произошло. Днем позже наш II батальон получил приказ выдвигаться через Иоханнисбург и Остроленку в Варшаву. Мы тогда предполагали, что нас будут использовать против польских партизан-националистов, которые были очень сильны и действовали в лесах вокруг Варшавы»[976].
I батальон (365 человек) получил задачу очистить район Воля. Эсэсовцам следовало продвигаться по улице Вольской (немецкое название — Litzmannstadter Straße). Затем штрафникам нужно было пробиваться по улицам Хлодной (Risgrnber Straße), Электоральной, чтобы выйти в район Саксонского (Саского) сада, площади Пилсудского (Adolf-Hitler-Platz) и прорваться к дворцу Брюля (Palais Bruht), где держал оборону военный комендант Варшавы. После этого подлежали зачистке Старый город (Altstadt) и район, примыкавший к мосту Кербедза через Вислу. Батальон Майера преобразовали в боевую группу и придали ему 13-ю роту из охранной части фронтовой поддержки немецкой имперской почты войск СС «Цезен». Рота имела на вооружении минометы, станковые пулеметы и противотанковые орудия[977].
В группу Майера также включили подразделения (228 человек) из II батальона соединения особого назначения «Горец» (поскольку азербайджанцы говорили на русском языке, польские повстанцы и мирные граждане принимали их за украинцев, монголов и калмыков) и часть оперативной группы полевой жандармерии «Познань» (341 человек)[978].
Утром 5 августа 1944 г. подразделения СС и полиции приступили к выполнению поставленной задачи. Боевая группа Майера встретила ожесточенное сопротивление. В донесении разведывательного отдела 9-й армии (от 12 августа 1944 г.) давался краткий анализ тактики повстанческих формирований. В основном эта тактика сводилась к тому, что бойцы АК превращали каждую улицу в зону сплошного огня, как только на ней показывались штурмовые группы немцев. Несколько дней спустя тактика изменилась. Поляки подпускали немцев как можно ближе, открывали прицельный огонь и забрасывали наступавших бутылками с горючей смесью. Такой метод борьбы, сообщали сотрудники абвера, приводил к большим потерям, и довольно часто члены штурмовых групп погибали после попадания пуль в голову[979].
Аноним рассказывает о боях на Вольской улице: «Нам приказали продвигаться в центр города, к военной комендатуре, подавляя любое сопротивление. Поскольку у нас не было соответствующей подготовки для ведения боевых действий в городе, мы просто побежали вперед. Находясь на западе, мы должны были двигаться на восток по улице Литцманнштадт к дворцу Брюля. Некоторое время спустя повстанцы открыли по нам огонь из домов и баррикад. Появились первые раненые, и нам пришлось остановиться. Мы стреляли, врывались в дома, подавляли сопротивление и затем двигались вперед. С нами находились бывшие узники концлагерей, которые еще восемь недель назад были в заключении. Среди них были особенно тяжелые потери. Один из бывших заключенных был рядом со мной — он был убит пулей, пробившей его шлем»[980].
Повстанцы из группировки АК «Кедив» (примерно 1650 человек), включавшей в себя несколько батальонов — «Зонт», «Зоська» и др., используя канализационную систему и подземные туннели, много раз заходили солдатам СС в тыл и расстреливали их в спину. Если отступать было некуда, боевые группы АК занимали удобные позиции для ведения обороны и сражались до последнего патрона[981].
6 августа в бой против повстанцев был введен II батальон особого полка СС, на базе которого была сформирована боевая группа Штайнгауэра. Вместе с ней действовали 2-я и 3-я роты IX охранного полицейского батальона (Буркхардта), рота жандармерии и саперы из состава 46-го инженерного батальона (командир — майор Вулленберг). Согласно воспоминаниям одного из этих саперов, бельгийца немецкого происхождения Маттиаса Шенка (в 1944 г. ему было 18 лет), перед военнослужащими инженерных войск ставилась задача подрывать на улицах баррикады и жилые здания, расчищая, таким образом, путь для штурмовых групп. В письме историку Клаушу (январь 1988 г.) Шенк отмечал: «И тогда прибыло усиление — СС. Это был штрафной батальон Дирлевангера. Его солдаты не носили знаков различия. У них было много алкоголя, и они были пьяными. Они сразу атаковали польские позиции. С криками "Ура" они бежали к домам. Но возле домов поляки поливали их огнем, и они погибали десятками. Многие были ранены…»[982]
Несмотря на очень большие потери, боевые группы СС «Майер», «Штайнгауэр» и полицейская группа «Познань» (Polizeigruppe Posen), которой командовал Рейнефарт, продолжали 6 августа продвигаться вперед. Шли ожесточенные бои на улицах Хлодной, Электоральной, Оградовой, Крохмальной и Гжибовской, на Банковской площади. Здесь эсэсовцам и полицейским противостоял батальон повстанцев «Храбрый I» (командир — Густав Биллевич, псевдоним «Сосна»). Штрафники СС прорывались в район Саксонского сада (Sdchsischer Garten). «Мы должны были врываться в дома и уничтожать стрелков, — подчеркивает аноним. — Поскольку входные двери домов в большинстве случаев были заперты, мы разбивали их прикладами винтовок или же взрывали ручными гранатами»[983].
О боях на улице Гжибовской рассказывает и бывший солдат 1-й роты I батальона особого полка СС, венгерский фольксдойче Густав Давидхазы:
«В 19 часов началась атака. Комплекс домов, расположенный совсем рядом от разрушенного бомбами трамвайного депо [на самом деле, трамвайная электростанция. — Примеч. авт.]. должен был быть взят. Вся рота, значит три группы, начала наступление. Перед тем, как мы достигли стен дома, из-за сильного огня погибло шесть человек. Среди них был также командир роты. Через несколько минут был убит и командир моей группы. Я стал его преемником. В группе было пять человек. Борьба за угловой дом продолжалась… После бомбардировки ближайших домов несколькими пикирующими бомбардировщиками стало тихо»[984].
Чтобы подавить сопротивление повстанцев, боевая группа Рейнефарта применяла артиллерию, запрашивала помощь бомбардировочной авиации, которая, нанося удары с воздуха, разрушала целые кварталы. Случалось, что под бомбы, сброшенные с самолетов, попадали и штурмовые группы. Иоганн В., направленный в часть к Дирлевангеру за противозаконную связь с чешской женщиной, приводит такой эпизод. Во время одной из атак эсэсовцев поддерживала авиация. Бомбы начали падать туда, где вели бой солдаты СС. Штрафники стали отступать, но штурмбаннфюрер К. Вайссе, находившийся в нетрезвом состоянии, принялся расстреливать из автоматической винтовки тех, кто пытался отходить назад[985].
Подобное поведение офицера особого полка вряд ли можно оправдать. Но приказ о том, чтобы трусов и беглецов расстреливать на месте, отдал Дирлевангер. Он считал, что его подчиненные должны идти только вперед, сокрушая все преграды, возникающие перед ними. Позже, когда восстание в Варшаве было подавлено, Дирлевангер встречался с личным референтом Гиммлера, штандартенфюрером Рудольфом Брандтом, и в разговоре с ним охарактеризовал своих солдат такими словами:
«Они сражались как хищники. Нет… скорее как львы. Примените "орган" Сталина против своры диких кошек, и они разбегутся. Но против моего штурмового батальона вы можете уверенно применить три "органа" Сталина, и он пойдет дальше на штурм всего, что ему противостоит»[986].
7 сентября подразделения полка действовали в районе Театральной и Замковой площадей, Сенаторской и Светоянской улиц. Одновременно с этим эсэсовцы продолжали вести бои за Саксонский сад и площадь Пилсудского. К вечеру боевая группа Майера достигла дворца Брюль, где был заблокирован военный комендант Штагель. По сообщениям бывших браконьеров, за два дня кровопролитных боев в центре Варшавы батальон Майера потерял убитыми и ранеными 315 штрафников. В рядах подразделения остался 41 человек. Большие потери были и в батальоне Штайнгауэра. 8 августа 1944 г. остатки двух батальонов (три роты) свели в боевую группу «Дирлевангер»[987].
С 8 по 11 сентября бои за Замковую площадь продолжались. Боевые действия велись в районе Даниловичевской, Сенаторской, Подвальной и Пивной улиц. Постепенно бои переместились в район Старого города. Повстанцы сдаваться не хотели и ожесточенно сопротивлялись, прибегая к изощренным методам борьбы. В донесении разведывательного отдела 9-й армии от 10 августа 1944 г. встречаются следующие примеры:
