Читаем без скачивания Юлий Цезарь. Политическая биография - Алексей Егоров

Операция под Илердой была блестящей бескровной победой. В Испании Цезарь применил политику dementia в еще больших масштабах.

Ни один пленный не пострадал: армия Афрания и Петрея была распущена, желающие зачислялись в армию Цезаря. Позже многие, включая Петрея и Афрания, бежали к Помпею. Удачно прошло и само разоружение: солдаты, уроженцы Испании, были отпущены немедленно, остальная часть — у реки Вар, куда она совершила марш вместе с войсками Цезаря. Далеко не все помпеянцы прекратили борьбу: часть отправилась к Помпею, многие, видимо, участвовали в войне 45 г. Тем не менее, главное было сделано — основная помпеянская армия в Испании перестала существовать (Caes. В. С, 1, 76–77; II, 42–43; Dio, 41, 22–23; Plut. Caes., 36; Suet. Iul., 34, 2; Flor, IV, 2; 26–27; Veil., II, 50, 3; Liv. Epit., 110).

Единственным противником оставалась армия Варрона. Последний собрал 30 вспомогательных когорт и распорядился построить 10 военных и большое число других судов. Помпеянцы собрали большие запасы продовольствия и денежные средства (18 млн. сестерциев и 20 000 фунтов серебра) (Caes. В. С, II, 18). Во всей провинции шли наборы и конфискации. Хотя Варрон едва ли был самым жестоким из помпеянских наместников, обстановка в провинции была напряженной. Центром обороны стал город Гадес, где стояли 6 когорт Г. Галлония, а позже в город должен был прийти сам наместник с обоими легионами.

Кампанию в Дальней Испании Цезарь начал с необычной политической акции. Игнорируя помпеянского наместника, он обратился непосредственно к городам и общинам провинции, эдиктом созывая в Кордубе совещание магистратов и старейшин всех общин (Caes. В. С, II, 19). Это была акция в духе Сертория, предполагавшая беспрецедентную возможность прямого обращения к жителям провинций, существовавшую, видимо, только в отношении граждан в Италии. Население провинций, а не наместник, признавалось высшей властью в общине, а местное самоуправление становилось основой властных полномочий. Чуть позже аналогичное собрание было созвано в Ближней Испании в Тарраконе (II, 21). Население Испании четко увидело перспективу нового статуса, за который оно боролось еще во времена Сертория. Это был статус провинции, население которой имело определенные права и в перспективе могло сблизиться в правовом плане с населением Италии. Немалую роль сыграл факт победы над Афранием и добрая память, оставшаяся о Цезаре со времен его наместничества.

С 2 легионами Кв. Кассия Лонгина и 600 всадников Цезарь двинулся к Кордубе. Ответ на обращение последовал немедленно. Общины начали созывать в город представителей, a conventus Кордубы (речь, вероятно, идет о собрании римских граждан) закрыл ворота перед Варроном. На сторону повстанцев перешли 2 испанские когорты. Жители другого города, Кармона, также перешли к Цезарю, изгнав гарнизон из 3 когорт (II, 19).

События развивались по италийскому сценарию. Сочувствие провинции Цезарю было очевидно. Варрон шел к Гадесу, но гадитанские власти совместно с офицерами стоявших там когорт предложили командиру гарнизона Г. Галлонию, покинуть город. Один из легионов Варрона, т. н. «туземный», набранный помпеянцами в Испании, оставил Варрона и ушел в Гиспалис (II, 20). С оставшимся легионом наместник последовал в старейшую римскую колонию, Италику, которая тоже закрыла перед ним ворота. Оставшись в безвыходном положении, Варрон сообщил о готовности сдаться, передал легион племяннику Цезаря Сексту, после чего прибыл в Кордубу. В Кордубе он представил Цезарю отчет о своих действиях и расходах, передал бывшие у него деньги и сообщил о кораблях и провианте (II, 20). Для Варрона война закончилась, он вернулся в Рим к своим научным занятиям. Позже Цезарь обратится к нему со своим предложением.

В Кордубе Цезарь обратился к собравшимся провинциалам со словами благодарности. Он адресовал их жителям города, римским жителям, испанцам, солдатам и офицерам Варрона. Деньги, собранные Варроном, были возвращены общинам, некоторые получили награды. На будущее Цезарь обрисовал новые перспективы мира и расширения прав (II, 21). Из Кордубы он прибыл в Гадес и велел вернуть сокровища храма Мелькарта (II, 21). Наместником Испании стал Кв. Кассий Лонгин. Из Гадеса Цезарь вернулся в Тарракон, где собралось собрание Ближней Испании. Здесь же он узнал о назначении его диктатором. Впрочем, по пути Цезарю предстояло решить вопрос о Массилии, осада которой продолжалась на протяжении всей испанской кампании.

Подготовка флота против Массилии заняло примерно месяц (I, 36), одновременно массилийцы строили свой. Против стоящих на острове кораблей Брута вышли 17 военных кораблей и множество мелких судов. Сражение было очень ожесточенным, массилийцы превосходили противника числом кораблей и их маневренностью, римляне противопоставили им тактику абордажного боя, в котором участвовали горцы-альбики и рабы Домиция, получившие обещание свободы. Морской бой завершился поражением массилийцев, потерявших 9 кораблей, еще 6 были захвачены цезарианцами (Caes. В. С, I, 56–58). По всей вероятности, сражение произошло примерно в июне 49 г. и совпало с трудностями Цезаря под Илердой.

Одновременно шла осада с суши. Легионеры Требония с двух сторон подводили к городу плотину, подвижные башни и крытые галереи. Массилия омывалась морем с трех сторон, а с четвертой находился перешеек, соединявший ее с сушей. Именно здесь Требоний выстроил плотину высотой в 80 футов (более 25 м). Одна из башен находилась рядом с гаванью, другая была поставлена у ворот, ведущих в Галлию (II, 1). Осада Массилии была одной из самых сложных в техническом отношении операций римской армии во времена Цезаря. Массилийские осадные машины обстреливали противника четырехметровыми кольями, а римляне медленно подбирались к стенам под прикрытием 60-футовой (20 метров) черепахи (II, 1). После строительства плотины, римляне начали строить мощную башню, предназначенную для ломки стены (II, 8).

Массилийцы приняли еще одну попытку добиться успеха на море. В город прибыла посланная Помпеем эскадра Л. Насидия из 16 кораблей. Навстречу вышел массилийский флот, состоящий из уцелевших старых и построенных новых кораблей. Горожане включили в состав флота даже крытые рыбачьи лодки (II, 4). У Тавроэнта эскадры соединились и вошли в гавань города. Массилийцы посадили на суда лучшую молодежь и элиту знати. Оставшиеся горожане собрались на возвышенных местах города, они «протягивали к небу руки из общественных мест, со сторожевых пунктов и со стены или шли к храмам бессмертных богов и, распростершись перед их изображением, молили о победе» (II, 5). Весь город смотрел на начинающееся морское сражение.

Массилийский флот стоял на правом, а эскадра Насидия — на левом крыле (II, 5). Массилийцы сражались с большим мужеством, но потерпели поражение, а эскадра Насидия ушла, практически не понеся потерь (II, 6–7). Пять массилийских кораблей были потоплены, четыре захвачены, один спасся с эскадрой Насидия (II, 7). Господство над морем перешло к цезарианцам.

Легионеры соорудили мощную подвижную башню, стены которой в толщину достигали 1, 5 метров (5 футов). Башня была защищена мощными стенами и циновками от метательных орудий (подробное описание башни — II, 9–10). Массилийцы несколько раз пытались разрушить сооружение, на нее скатывали каменные глыбы, бочки с горючим веществом и пускали воду из труб, но нанести ей ущерб так и не удалось (II, 10–11). Устроив навес, римские солдаты подвели к стене одной из башен крытую галерею и стали ее подкапывать. Когда башня стала обрушиваться, горожане обратились с просьбой о сдаче (II, 12). Они просили дождаться прибытия Цезаря. Требоний, получивший приказ не допустить штурма и разграбления города, приостановил операции, несмотря на недовольство солдат (II, 13).

Ночью массилийцы устроили вылазку, во время которой была подожжена башня. Огромное сооружение погибло в огне. Римляне сумели восстановить часть своих построек (II, 14–15), после чего массилийцы вернулись к мысли о сдаче (II, 16). Возможно, известное воздействие оказали известия о победе Цезаря в Испании (II, 16). Наконец, в городе начались голод и болезни, после чего из Массилии бежал Домиций.

Прибыв к городу, Цезарь принял осаду Массилии. Город был пощажен. Массилийцам пришлось разоружиться: из города были вывезены метательные машины, из гавани были выведены корабли, денежные ресурсы ставились под контроль римлян (II, 22). Статус свободной общины был сохранен (Dio, 41, 25), но в городе был оставлен гарнизон (II, 22). (См. также Liv. Epit, 110; Flor, IV, 2, 24–25; Veil., II, 50; Dio, 41, 25).

Осада Массилии осталась неприятным эпизодом. Во времена Страбона это по-прежнему был процветающий город, а войны Цезаря в Галлии, в конечном счете, упрочили его безопасность. Страбон пишет о превращении ее в культурный центр Галлии, «школу воспитания варваров», сыгравший большую роль в создании галло-римской культуры (Strabo, II, 5, 5).

Успехи Цезаря были омрачены двумя поражениями его легатов. Цезарианцы попытались создать плацдарм в Иллирии, куда были посланы эскадра Долабеллы из 40 кораблей (Арр. В. С, II, 40) и 15 когорт Гая Антония. Помпеянский флот (эскадры М. Октавия и Л. СкрибонияЛибона) изгнали корабли Долабеллы, а армия Гая Антония, блокированная на о. Курикта, была вынуждена сдаться (Dio, 41, 40; Liv. Epit, 110; Flor, 2, 31; Арр. В. С, II, 47). Из-за отсутствия рассказа Цезаря подробности кампании не известны.