Читаем без скачивания Кино для взрослых. Плутовка - Уильям Вулфолк

Прежде всего необходимо немедленно остановить полицейское расследование. Теперь оно может только принести вред. Все рухнет, если выяснится, что он обратился к не умеющим хранить тайны стражам порядка.

Он тут же набрал номер кабинета на набережной Орфевр.

— Алло, это инспектор Бурке? С вами говорит Жофруа Дюкесн. Я был у вас дней десять назад по поводу предполагаемого исчезновения моей тещи Иды Килинг. Прошу извинить меня за беспокойство, но я только что получил от нее письмо. Она действительно во Флориде. Считаю, что нет необходимости продолжать поиски.

— Видите ли, месье, — ответил бесстрастным тоном инспектор, — информация была передана в Интерпол в тот же день. Наше ведомство действительно иногда несколько неразворотливо, но если следствие начато, то его непременно доведут до конца. Я как раз собирался попросить вас зайти ко мне. Имеется кое-какая любопытная информация.

— Хорошо, инспектор. А моя новость не уменьшила важности вашей информации?

— Пока не знаю… Так вы получили письмо от мадам Килинг из США? Конверт случайно не выбросили?

— Нет, он у меня перед глазами. Письмо отправлено из Майами четыре дня назад.

— Прошу вас срочно прийти ко мне. Непременно захватите с собой конверт.

— Есть ли в этом необходимость, господин инспектор?

— Это очень важно. Жду вас.

Положив трубку, Жофруа разволновался: что еще придумал этот инспектор? Конечно, ему хотелось проявить усердие и похвастаться оперативностью своей службы. Нельзя проигнорировать это приглашение. Но, с другой стороны, вполне очевидно, что результатом будет пустая трата времени. А он собирался успеть так много сделать, чтобы подготовиться к отлету в США.

Текст письма Жофруа решил инспектору не показывать. Достаточно и конверта. Не могло быть и речи о том, чтобы инспектор узнал о его любовной связи с Идой. Можно допустить обсуждение таких вещей в узком светском кругу, но недопустимо их упоминание в официальном докладе полиции.

Час спустя Жофруа уже входил в кабинет инспектора Бурке.

— Вы принесли письмо? — спросил тот.

— Вот конверт…

Внимательно изучив оба почтовых штемпеля, инспектор поинтересовался:

— А само письмо?

— Видите ли, оно носит очень личный характер. Впрочем, в нем нет ничего, что могло бы представлять для вас какой-либо интерес. Скажу одно — мадам Килинг в добром здравии.

— Ну что ж, месье, мы рады за нее и за вас. По правде говоря, первые результаты нашего расследования подводили к мысли о некоторых проблемах в психическом здоровье мадам.

— Не понимаю, на что вы намекаете. На чем основаны такие подозрения?

— На анализе поведения самой мадам Килинг. Давайте все рассмотрим по порядку. Итак, 22-го июня вы получили две телеграммы, отправленные из Биаррица от имени администрации отеля «Мирамар», категорически отвергающей свою причастность к ним?

— Да, это так.

— Так вот, администрация отеля действительно не имеет к этой корреспонденции ни малейшего отношения. Они отправлены из Биаррица соответственно 21-го и 22-го июня с интервалом ровно в сутки. Время отправления — 17 часов. Вы говорили, что получили первую телеграмму, вернувшись с мадам из Милана. Однако доставлена в отель она была накануне вечером.

— Да, я понимаю.

— Это означает, что обе телеграммы были отправлены с точным расчетом соблюсти интервал в сутки. Такое возможно только в случае выполнения платного заказа.

— Платного заказа?

— Да. Обе телеграммы были отправлены через специальное частное агентство, занимающееся такого рода услугами. Их представитель в Биаррице сотрудничает с нами. Не удивляйтесь такого рода кооперации. Частные сыщики просто не могут обойтись без связи с официальной полицией. Так вот, этот человек подтвердил, что действительно отослал две телеграммы из Биаррица. Текст был продиктован по телефону из Милана.

— Из Милана? — удивленно переспросил Жофруа.

— Да. Это международное агентство, у них имеются филиалы во многих странах, в том числе и в Милане. Дирекция же размещена в Париже. Их сотрудники работают во многих городах.

Инспектор нажал на кнопку звонка и сказал вошедшему помощнику:

— Рэймон, позвоните-ка в международное сыскное агентство и спросите от моего имени, есть ли у них сотрудник во Флориде.

— Слушаюсь, господин начальник.

После ухода помощника инспектор продолжил:

— Подождем информации. Если подтвердится, что агентство действительно имеет сотрудника в Майами, нам не придется долго искать отправителя письма. Ваша теща, конечно, милая дама, но и большой оригинал. Нет уверенности, как и в случае с телеграммами, что письмо отправлено лично ею. Она не ездила в Биарриц и точно так же могла не быть во Флориде.

— Но моя жена перед отъездом во Францию видела свою мать в США.

— И когда произошла эта встреча?

— Месяцев восемь назад, а может быть, и раньше.

— С тех пор многое могло произойти. Мадам Дюкесн не уточняла, где конкретно состоялась встреча?

— Думаю, это случилось в Нью-Йорке, как только Ида прилетела в Америку.

— Но не в Майами?

— Нет.

— Нью-Йорк находится не во Флориде, месье.

— Однако Эдит мне сказала, что получила несколько месяцев назад открытку от своей матери из Флориды.

— И она ответила на это послание?

— Нет.

— И правильно поступила. Иначе напрасно потратилась бы на марку. Этот ответ валялся бы где-нибудь в ящике невостребованной корреспонденции в Майами.

— Однако согласитесь, господин инспектор, имеется разница между телеграммами, которые могли быть отправлены кем угодно из Биаррица, и письмом, написанным собственноручно мадам Килинг.

— Но письмо могло быть написано и раньше, а затем передано в агентство с указанием отправить его из Майами в определенный срок.

Вошел помощник инспектора.

— Что вы выяснили? — спросил Бурке.

— Агентство действительно имеет на территории США двенадцать сотрудников. Один из них работает в Майами.

— Вот видите, месье, — вздохнул инспектор. — Вас просто разыграли. Причем без особых трудностей.

Жофруа не знал, что ответить.

— Из всего этого можно заключить, что мадам Килинг не была во Флориде четыре дня назад, как вы это утверждаете. Следует отметить, ваша теща действует ловко. Одного не могу понять: зачем вся эта комедия? А учитывая трагическую смерть дочери, эта история вообще дурно пахнет.

— Я догадываюсь об истинном мотиве такого поведения мадам Килинг.

— Вы можете его объяснить?

— Нет, господин инспектор. Это касается только ее и меня, но клянусь, эта проблема будет однажды решена.

— Может быть, вы в плохих отношениях с тещей, как и большинство молодых людей?

— Даже хуже того… Мадам Килинг стремится мне отомстить.

— За что?

— Я не могу об этом говорить до тех пор, пока не буду окончательно уверен.

— Как знаете. Вы же сами хотели отыскать эту даму. И что же вы намерены теперь делать?

— Не знаю.

— Ваша растерянность вполне объяснима… Но вы по-прежнему хотите выяснить местонахождение мадам Килинг?

— Теперь даже больше, чем раньше.

— В таком случае мы продолжим поиски. Это, пожалуй, самое трудное в нашей работе. Впрочем, Интерпол в последнее время стал лучше работать. Я уверен в конечном успехе, но расследование может затянуться.

— Можно ли выяснить, кто обратился в миланское агентство с просьбой позвонить в Биарриц и дать поручение их сотруднику отправить две телеграммы?

— Мы уже сделали такой запрос. Наши итальянские коллеги, как и мы, поддерживают хорошие отношения с такими частными организациями, как это международное сыскное агентство. Однако вы должны понять, что основной принцип их работы — конфиденциальность. И руководители, и сотрудники придерживаются очень строгих инструкций и выдают нам только самые общие сведения. В противном случае от их услуг клиенты давно бы уже отказались. Мы вовсе не заинтересованы в их крахе. Временами они нам очень помогают. Их персонал состоит в основном из бывших полицейских. В подавляющем большинстве это вполне серьезные люди, заботящиеся о сохранении служебной тайны. Другое дело, если речь идет об убийстве или о чем-то очень серьезном. Но в данном случае мы пытаемся всего лишь выяснить, где находится ваша теща.

— Но при этом мы ищем ее, чтобы сообщить о смерти дочери?

— А вы уверены, что она об этом не знает? Может быть, мадам Килинг упоминает о смерти дочери в полученном вами письме? Вы совершенно напрасно не хотите нам довериться, ошибочно полагая, что полиция может обнародовать вашу тайну. Поверьте, доверительные отношения — главный элемент нашей деятельности, основа успешного расследования.

— К сожалению, я не могу показать вам это письмо, инспектор. Моя теща допускает в нем слишком несправедливые высказывания в адрес своей дочери.