Там за провинность в течение сончаса, если во время сна он слышал голос человека, он вытаскивал человека и садился за руль микроавтобуса. Все провинившиеся бежали три-четыре километра до шлагбаума: дорожка шла вниз по горе, а потом вверх по горе. А он периодически прибавлял скорость. Справа овраг, слева трава пожухлая со змеями и скорпионами. Надо было бежать, возвращаться, и все после этой пробежки валились с ног.
Помню, как он тренировал наши кисти рук. Нашел иву с горизонтальной толстой веткой. Он вешал людей на руках для тренировки кистей по двое, по трое, нам было лет двенадцать-четырнадцать. Мы держались, а ветка была широкая. Он брал ивовые ветки, очищал от веточек и заданное время – не помню, сколько минут – он махал этими ветками под ногами, приговаривая: «Я же вас не заставляю отпускать руки, держитесь». Переставал махать, и все валились гроздьями на землю. Но мы приезжали из лагеря очень подготовленными к спорту.
ПОВАЛЬНОЕ УВЛЕЧЕНИЕЭто хорошее дело – не сидеть на месте. Человек, как вода, если не течет, то застаивается и плесневеет.
Петр Капица[255]
Надо полагать, что не только и не столько к спорту готовились Давид с друзьями. Другим увлечением на много лет стала для них радиотехника, которой Давид серьезно заинтересовался с подачи старшего брата: «Я в детстве увлекался радиотехникой, у меня были детали: транзисторы, резисторы, конденсаторы… Он тоже с удовольствием в этом копался», – рассказал Артур и добавил, что тогда это было модным занятием. «У нас в Ереване был клуб радиотехников, и это было увлечение для избранных, – поясняет он. – Мы с друзьями ходили в этот клуб, собирали приемники. Слушали зарубежные радиостанции – тогда это был сладкий запретный плод, – “Битлз” слушали по радио. Это было повальное увлечение».
Тогда же было создано еще одно чудо техники тех времен: Давид вместе с друзьями смастерил светомузыкальную установку. «Сделал прекрасно работающую установку, – уточняет его старший брат. – Заработало! Многие наши друзья, даже гораздо старше его, приходили посмотреть!»
«У каждого дома был оборудован специальный угол, где был паяльник и все такое. Все собирали, – вспоминает Давид, – читались журналы, было несколько интересных книг по радиотехнике, где описывались схемы. Детали для этих схем нигде не продавались. Надо было через знакомых где-то в институтах доставать, номера выписывались в списки тиристеров, транзисторов, конденсаторов». Так что происходило это совсем не так, как в фильме «Иван Васильевич меняет профессию», где главный герой преспокойно купил нужные детали у барыги рядом с пустыми полками магазина. Но, так или иначе, музыкальную установку ребята построили, а кто-то из друзей «построил в конце концов радиостанцию и стал радиолюбителем, чтобы общаться с Новой Зеландией, Америкой, Чили. Для меня это было неким хобби», – вспоминал Давид. Стоит добавить, что у хобби было двойное дно: «Мы это сделали для того, чтобы приглашать домой одноклассниц, устраивать посиделки, – поясняет он. – Красили лампы лаком цветным, чтобы они были цветные».
А о чем говорить с барышнями, когда музыка отзвучала? Правильно, о возвышенном. И тут братья Ян давали – я уверен на все сто процентов – многим из друзей фору, ведь в семье культ культуры царил рядом с культом науки. Артур Ян пояснил мне, что любовь к чтению унаследована братьями от мамы. «Мама очень любит читать, и я бы не вспомнил ни одного дня, когда бы не видел ее с книжкой, – вспоминал он. – Читает она очень много. Очень хорошо знает русскую литературу, зарубежную литературу. Конечно же, это она и Давиду, и мне привила культуру чтения. Очень хорошие были книги, от Булгакова до Акутагавы Рюноске, от Мандельштама до Кафки и Кортасара. В 70-е годы они доставались с большим трудом: в очередях, через знакомых, через спекулянтов. Ходили книжки, перепечатанные подпольным способом. Все это мы читали, книги ходили по рукам, многие зачитанные, потрепанные, со склеенными страницами. Не все можно было тогда достать в Ереване, но каждый раз, когда мама ездила в Москву, она привозила книги. Конечно же, любовь к чтению передалась от матери. Библиотека была действительно хорошей, и сейчас она есть: часть библиотеки в Ереване, часть в Москве. До сих пор сохранилась библиотечка, которую мама составила из публикаций в “Иностранной литературе” и собственноручно переплела». Вот из этой фразы видно, как отношение к книгам отражается на отношении к жизни, где все переплетается: любовь к науке, к теннису, к физике, к литературе. Библиотека в семье не просто сохранилась, а остается фундаментом душевного благополучия. И это самое важное, потому что прочитанная книга – то же дело, которым можно, если книга хорошая, заниматься всю жизнь. Ведь занятия с книгами, как писал Марк Туллий Цицерон, юность питают, старость увеселяют, счастье украшают, в несчастии доставляют убежище и утешение, дома радуют, вне дома не мешают.
В восьмом классе Давид перешел из общеобразовательной школы в физматшколу, где, как отмечено на сайте Шахиджаняна, «подобрался сильный коллектив преподавателей. Тогда же в его характере обнаружились азартность и любовь к победам. В 8–10-м классах на олимпиадах по физике и математике в Армении Давид трижды получал первую премию и попадал на Всесоюзные соревнования по физике. Там он регулярно занимал одно из призовых мест, так что в десятом классе был зачислен в кандидаты на участие в международной физической олимпиаде. Туда должны были ехать шесть человек, но в их число Давид, к его сожалению, не попал». Зато ученик знаменитой Ереванской физико-математической школы № 1 Давид Ян попал туда, куда мечтали попасть многие. «Выпускники нашей школы, которые поступили на Физтех, возвращались летом на каникулы и вели у нас факультативы, – рассказал он в одном из интервью. – Мы были одержимы, мы участвовали в олимпиадах, мы – это треть нашего класса из 30 человек. И большинство из нас в результате поступило на Физтех. Из нашей школы поступило 12 человек, что было историческим рекордом, больше поступило только из Московской 18-й ФМШ (ФМШ – физико-математическая школа. – А.К.)»[256].
ПОСТ ОБ УЧЕБЕ И О ТОМ, КАК УЧИЛИСЬ И ОТДЫХАЛИ, ЭКЗАМЕНЫ СДАВАЛИ…
Объясняя ход цепной ядерной реакции, лектор берет в качестве примера взрыв ядерной бомбы.
– Нейтрон ударяется в ядро, из него вылетают два нейтрона. Два нейтрона раскалываются на ядра, и таким образом получаются четыре нейтрона.
Вопрос с места:
– Откуда же берется первый нейтрон?
Лектор задумался.
– В этом, товарищи, и состоит секрет атомной бомбы.
