С детских лет Доминик привык просыпаться за два часа до рассвета, но утром шестнадцатого сентября он все еще лежал под одеялом, сквозь сон, чувствуя нежное дыхание Лауры на своей щеке, как вдруг внезапно раздался громкий крик.
– Паруса на море, вижу корабли!
Как был раздетым, Доминик подбежал к окну, отдернул штору и увидел, как из сада от деревьев в дом, отчаянно размахивая руками, бежит Тим.
– Доминик, что случилось? – Лаура начала поспешно одеваться.
– Англичане появились на два дня раньше, чтоб им провалиться! – Он стал поспешно натягивать брюки и тут же услышал, как в дверь заполошно громыхает Тим. Схватив на ходу рубашку и жилет, Доминик бросился к двери, и в дом ворвался Тим.
– Они уже пришли миста Юкс!
– Сколько?
– Две большие шхуны и три корабля поменьше. Мы их не видели из-за темноты и тумана.
– Быстро беги к заливу, и скажи людям, пусть немедленно снимаются с якоря. – Доминик посмотрел через плечо на Лауру, которая торопливо застегивала пуговицы на платье. – Вот черт, тебя нужно немедленно увезти с острова.
– Нет.
Схватив девушку за руку, он бросился вместе с ней из дома, и они вдвоем побежали к заливу.
Со стороны моря до острова донесся звук пушечного выстрела и, выбежав из прикрытия рощи, Доминик обнаружил, что его матросы поспешно ставят паруса и разворачивают корабли по ветру. Оставалось только надеяться, что им удастся сделать все вовремя, если их паруса не поймают ветер, – они действительно будут напоминать глупых селезней, когда вражеские корабли войдут в бухту.
Взрыв потряс землю, и воздух наполнился кисловато-горьким запахом пороха и дыма, потом раздался еще один взрыв, за ним еще и еще.
Доминик схватил пробегавшего мимо матроса.
– Лебью, найди пирогу, отвези мадемуазель Шартье подальше в глубь залива и спрячь ее там где-нибудь в одном из рукавов протоки.
– Я не хочу ехать, – закричала Лаура.
В это мгновение пушечное ядро сбило верхушку дерева и упало в воду возле одного из шлюпов.
– Я остаюсь с тобой.
Доминик толкнул Лауру в руки Лебью и прокричал:
– Свяжи ее, если потребуется, но только вывези ее отсюда, живо!
Однако прежде чем Лебью дотронулся до Лауры, из-за деревьев показались пираты, и все кто готовился защищать Барратарию. Они бежали к Доминику отчаянно крича.
– Это не англичане.
– Что за черт, а кто же это?
– Это американцы, флот коменданта Паттерсона.
– Проклятье. Я должен сам посмотреть, никому не стрелять, пока я не отдам приказ. Лебью, делай, что тебе приказано.
Доминик бросился в гущу деревьев, а Лаура увернувшись от матроса, которому было поручено ее спасать, побежала за ним. Добежав до форта, девушка вскочила во внутрь и поднялась на стену. Примерно в миле от форта на волнах покачивались корабли Паттерсона. Лаура увидела, как у борта одного из шлюпов появилось белое облачко дыма, затем до нее донесся высокий пронзительный визг, и у основания стены раздался взрыв. Во всех направлениях разлетелись обломки кирпича.
– Не стрелять!
У южной оконечности крепостной стены, глядя в отчаянии на то, что происходит, стоял Доминик. До Лауры донеслась его команда.
– Не стрелять по американскому флагу, оставляем остров.
– Они же разнесут остров на кусочки, Доминик! – пронзительно закричала Лаура. – Ты не можешь отступать без боя.
– Я не могу в них стрелять, женщина. – Он схватил ее под руку и толкнул вниз по ступеням. Кирпичная стена зашаталась и стала рушиться в тот самый момент, когда они выбежали из крепости. – Уходи с остальными – закричал он. – Я должен вернуться в форт.
– Я иду с тобой.
– Черт побери, женщина, у меня нет времени спорить, да беги же!
И снова громыхнули пушки, над островом завизжали ядра, вырывая из земли деревья, разбрасывая во все стороны горячие блестящие осколки.
Лаура поискала взглядом Доминика и, увидев, как он бежит в затянутый дымом форт, вновь бросилась за ним.
Он пытался вытащить кого-то, заваленного обломками деревьев. Лаура схватила под руки лежавшего под обломками флибустьера, в то время, как Доминик вновь попытался скинуть с того придавивший его груз. Однако, вновь ничего не получилось, тогда закричав от ярости и отчаяния, Доминик напрягся так, что мускулы на его груди и руках вздулись словно огромные стальные шары, и, потянув бревно вверх попытался выпрямиться. Дерево заскрипело и сломалось. Лаура вытащила раненого, потерла его лицо. Она взяла его голову в руки, а Доминик опустился рядом и взял матроса за руку.
– Ты отлично служил Лаффитам, – тихо прошептал Доминик, так чтобы умирающий мог его слышать. – Твоя жена и дети никогда не будут голодать, я обещаю тебе.
– Капитан… – прошептал мужчина, затем его глаза закатились, и он умер.
– Лаура, мы должны идти, – сказал Доминик, и его голос напрягся. Он закрыл флибустьеру глаза и добавил. – Я должен отправить тебя в безопасное место до того как высадится десант. – На этот раз девушка не спорила. Они побежали на противоположный конец острова, где стояли пиратские корабли. Вся дорога была завалена стволами упавших деревьев, тут и там полыхали пожары.
– Они прекратили стрелять, – закричал Доминик.
– Что это значит?
Позади них на берегу раздались крики. Лаура и Доминик побежали, как только могли, быстрее, но внезапно недалеко от них раздался громкий взрыв. Мужчина выругался.
– Оставайся здесь и спрячься. Я должен пойти посмотреть, что там происходит. Не шевелись и не высовывайся отсюда пока я не вернусь.
В заливе стояли американские шхуны. Несколько пиратских кораблей горели и среди них он увидел своего «Дракона».
Высадившийся десант заканчивал пленение флибустьеров. Никакого сопротивления никто не оказывал.
Внезапно за спиной Доминик услышал, как хрустнула ветка. Он резко повернулся, и в тот же миг его сильно ударили по голове рукояткой пистолета.
Придя в себя через несколько минут, он обнаружил, что привязан к дереву. Еще ничего, не видя перед собой, Доминик услышал чей-то знакомый голос.
– Итак, друг мой, мы опять встретились. Надеюсь, что эта неожиданная встреча напомнит вам о той неделе, которую я провел на борту вашего корабля как-то раз.
С огромным трудом Доминик сумел сфокусировать свой взгляд на человека, стоявшем в тени и целившимся ему прямо в грудь. И, наконец, узнал его. Перед ним стоял Аллен Дефромаж.
– К несчастью для вас, капитан Юкс, меня подобрали американцы.
– Подробности вашего спасения меня не интересуют, мой трусливый друг.
Аллен вышел на солнечный свет, его лицо перекосилось от гнева.
– Сейчас тебя будет все интересовать, грязный пират. Если бы не я, то губернатор Клейборн и поверил бы тем письмам, которые ему посылал Жан Лаффит.
