Общественность услышала имя генерала Заостровцева, когда началось печально знаменитое дело «Трех китов». В августе 2000 года таможенники задержали незаконно ввезенную партию импортной мебели. История была рутинной, но брат одного из участников сделки, Евгений Жуков, руководил секретариатом заместителя директора ФСБ Заостровцева, который отвечал за экономическую безопасность…
«Имел или нет генерал-полковник Заостровцев причастность к контрабандным делам, — осторожно пишет депутат Государственной думы и журналист Александр Хинштейн, — установить так и не удалось». Но в историю «Трех китов» вовлеклись серьезные ведомства и влиятельные люди. Таможенников поддержало Министерство внутренних дел. Сформировали совместную оперативно-следственную группу МВД и Государственного таможенного комитета.
А владелец «Трех китов» Сергей Зуев и его партнеры вроде бы стали искать людей в прокуратуре. В ноябре 2002 года Генеральная прокуратура изъяла дело и тут же его прекратила. Несколько томов с важными доказательствами потерялись. А в декабре прокуратура возбудила дело уже против самих таможенников и следователя из следственного комитета МВД Павла Зайцева — «за превышение полномочий».
Началась настоящая война спецслужб. А в обществе возник громкий скандал. Вмешался президент Путин. В этой сложной истории, надо понимать, он искал человека со стороны, которому можно было бы доверить это непростое дело. Попросил по старой памяти Виктора Васильевича Черкесова, в ту пору полномочного представителя президента в Северо-Западном округе (включающем Санкт-Петербург), подобрать независимого следователя. Тот рекомендовал Владимира Лоскутова из петербургской прокуратуры.
Путин поручил Лоскутову провести следствие. Владельца «Трех китов» Сергея Зуева и еще нескольких человек арестовали. Заместителя генерального прокурора, который санкционировал прекращение контрабандного дела, уволили. Вскрылась неприглядная картина массовой коррупции, в том числе среди чекистов.
«Высшие чины прокуратуры, МВД, ФСБ, Федеральной таможенной службы, члены парламента оказались вовлечены в громадный преступный промысел, — пишет депутат Хинштейн. — Ежемесячно казна недосчитывалась миллиардов долларов… Черкизон был основным местом реализации контрабанды, поступавшей из Китая по каналу, “крышевавшемуся” высокопоставленными сотрудниками ФСБ и МВД».
В отставку отправили два десятка высокопоставленных чиновников, в том числе несколько высших офицеров ФСБ. Считается, что расстались с теми, кто мешал следствию или сам был причастен к контрабанде. Юрий Заостровцев потерял свое кресло. Ему в начале 2004 года присвоили звание генерал-полковника, перевели в действующий резерв ФСБ и сделали вице-президентом «Внешэкономбанка», где он трудился до лета 2007 года. Газеты писали, что после ухода из банка он занялся лесным бизнесом…
Место Заостровцева занял человек со стороны — Александр Бортников. Правда, через несколько месяцев Путин подписал указ о реорганизации ФСБ: число заместителей директора сократилось с одиннадцати до четырех, а вместо департаментов и управлений образовали восемь служб. После реорганизации в июле 2004 года генерал-лейтенант Бортников перестал был заместителем директора, но остался руководителем Службы экономической безопасности ФСБ. Это расценили как потерю важной позиции, как свидетельство не слишком хорошего к нему отношения со стороны высшего начальства. Возможно, это было неверное предположение, зато Бортников получил звание генерал-полковника.
Но конфликт продолжался. Весной 2006 года следователь Лоскутов сумел доложить Путину: следственная бригада не работает, ему самому угрожают. Считается, что в результате потерял кресло генеральный прокурор Владимир Устинов. А президент еще раз попросил помочь Черкесова, которого в марте 2003 года перевел в Москву и поставил во главе нового, но сравнительно небольшого ведомства — Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков. В результате генерал-полковник госбезопасности Черкесов стал еще и генералом полиции.
На посту полпреда его сменила Валентина Ивановна Матвиенко. Когда она в конце марта 2003 года встречалась с губернаторами своего региона, губернатор Новгородской области Михаил Прусак сказал:
— Мы давно знаем Валентину Ивановну и рады ее назначению. Очень хорошо, что из нашего округа ушел солдафон — и вместе с ним поголовный контроль.
Вскоре Валентина Ивановна стала губернатором Санкт-Петербурга. Она говорила журналистам о Путине:
— Владимира Владимировича я знаю много лет и могу сказать с уверенностью — его не испортила власть. Он всегда был очень доступным, демократичным, очень простым в общении человеком. Таким и остался. Я всегда с ним откровенна, не боюсь говорить правду и в общении с ним чувствую себя очень комфортно. Он умеет слушать и слышать…
А Виктор Черкесов на новом посту уверенно вступил в опасную игру. Аппарат Госнаркоконтроля помогал следователям: говоря профессиональным языком, вел оперативное сопровождение дела «Трех китов». Это столкнуло Черкесова с его бывшими коллегами по ведомству госбезопасности. И в конкуренции с другими силовиками он явно стал проигрывать.
Личное покровительство Путина и помощь Черкесова не помогли следствию. В 2007 году Владимира Лоскутова вернули в Петербург. Два других следователя сами оказались под следствием. А Черкесову ответили тем, что возбудили дело против его подчиненного — генерал-лейтенанта полиции Александра Арсеньевича Бульбова, начальника департамента оперативного обеспечения Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков. Задержали также бывшего (он уже ушел на пенсию) заместителя начальника службы безопасности Госнаркоконтроля Юрия Гевала и двух старших оперативных уполномоченных — Сергея Донченко и Григория Черевко.
Генерала Бульбова 2 октября 2007 года взяли прямо на трапе самолета в аэропорту «Домодедово». Следственный комитет при прокуратуре обвинил генерала в незаконном прослушивании телефонов, взятках и злоупотреблении полномочиями. По данным следствия, Бульбов контролировал деятельность частных охранных предприятий. Полученными от них деньгами — за организацию незаконных действий — делился с заместителем начальника управления специальных технических мероприятий ГУВД Москвы Михаилом Яныкиным, тоже арестованным.
Руководство Госнаркоконтроля просило выпустить Бульбова под личное поручительство, однако его держали в предварительном заключении два с половиной года. Но Генеральная прокуратура отказалась утверждать обвинительное заключение. Бульбов заявил в зале суда, что его арест — месть ФСБ за его участие в расследовании контрабандных дел.
