Гладиаторский Двор ему уже наскучил. И жара опять-таки…
– Стань в строй! – тоном, не сулившим ничего доброго, скомандовал Жеб Фаргалу.
Доменнин Акка поглядел на спину эгерини.
– Хм,– изрек он.– Если этот грубиян все-таки уцелеет, поговори с ним, научи, как следует вести себя рабу. Может, из него и выйдет что-то… пристойное.
Развернул коня и шагом поехал к воротам. Двести четырнадцать пар глаз провожали его.
– Мой господин! – Жеб припустил за Управителем.
– Что еще? – недовольно спросил Акка.
– Я боюсь, что Хархаздагал станет возражать по поводу вашего выбора.
– Возражать? – Правая бровь благородного Доменнина приподнялась.– Не думаю. Дело варвара – учить их махать железом. За это ему и платят. И хорошо платят! Ты понял?
– Да, мой господин.
Стражники затворили за Управителем ворота. Лязгнул тяжелый засов, запирая их снаружи.
Белесые глазки Жеба обежали строй. Обе шеренги. Он искал тех, кому предстоит умереть. Пусть-ка Хархаздагал попробует выручить своих любимчиков. Наконец-то самериец поймет, что власть в Великондаре добывается не мечом. А не нравится – пусть катится к себе в Самери!
8
Утром третьего дня Желтого месяца Император Йорганкеш лично прибыл в стенам осажденного Агракада.
Главнокомандующий, благородный Соогоним Брег, вел осаду по старинным правилам военного искусства. Искусство же предписывало, используя население, оградить осажденный город валом и рвом, выстроить башни, превышающие высотой крепостные стены, и, изнурив осажденных голодом и непрерывным обстрелом, под прикрытием стрелков и орудий подвести тараны к воротам, разбить оные и взять город. Все эти предписания, разработанные еще тысячу лет назад, были по-своему мудрыми. Но в данном случае использовать их было нелегко. Агракад располагался на большом острове в устье Агры, и от обоих берегов, большей частью представлявших из себя почти непроходимое болото, его отделяли рукава реки. Правда, северный рукав частично перегораживали два насыпных вала, но связывающий их мост был разрушен, а дорога, проложенная по насыпям, настолько изуродована снарядами баллист, что по ней не то что осадной башне – повозке не проехать. Да и простреливалась она из крепости замечательно.
Стены Агракада крепки, воды и продовольствия – вдоволь. Попытка штурмовать город силами флота стоила Карнагрии четырех боевых кораблей. Вдобавок к этому тридцатитысячная армия фетсов стояла на южном берегу реки и ждала лишь возможности переправиться. А пятидесятитысячная объединенная армия Карнагрии, чтобы не позволить им этого, вынуждена была держать под контролем почти сто миль побережья. Если бы не патрулирующие реку галеры, фетсы уже давно грабили бы землю Шорарг.
Искусанный москитами Император с ненавистью разглядывал талисман, врученный ему магом. По заверению последнего, талисман отпугивал кровососов на расстоянии дюжины шагов. Здешние москиты об этом, похоже, не знали.
Хотя нет, талисман ни при чем. Йорганкеш вспомнил: вот уже три месяца никакая магия не действует на всем протяжении Агры. Его собственные маги таким образом блокируют все заклинания врага. Фанкис сказал: такое возможно только вблизи от гор Яго. Почему – Император так и не понял. Зато понял второе объяснение: чтобы приготовить изысканное блюдо, требуются длительные усилия нескольких искусных людей, а чтоб испортить его, достаточно одного недотепы-поваренка. Что ж, уничтожить всякую магию – единственная надежда на успех в войне с фетсами. Но невозможно же спать, когда тебя целую ночь осаждают проклятые кровососы!
– Государь! – Десятник Алых откинул полог шатра.– Командующий велел доложить: войска построены.
– Иду.
Йорганкеш поднялся и вышел на воздух. Ему подвели коня. В сопровождении охранной сотни Владыка Карнагрии направился в сторону поля, где ровными рядами выстроились воины.
Император неторопливо двигался вдоль строя. Благородный Соогоним ехал на треть корпуса позади. На левом фланге – Черные копейщики. Шестнадцать тысяч. Аккуратные квадраты сотен, сомкнутые щиты, щетина копий над шлемами. Основная сила, если придется штурмовать укрепления.
Но первыми в бой пойдут не они, а объединенные войска Владык земель. Так посоветовал Императору его главнокомандующий. Да и здравый смысл говорит то же. Имперские войска следует поберечь. Мало ли что. Правда, у Йорганкеша есть еще Алые, но большая часть гвардии осталась в столице. С собой Царь царей взял только три тысячи, и они будут брошены в бой лишь в том случае, если опасность будет угрожать лично Императору.
Воины Владык четырех южных земель выглядели не так грозно, как Черные. Вооружение похуже, да и выучка послабее. Можно не сомневаться – лучших солдат Владыки решили поберечь. Император оглядел разномастное воинство: счетверенные шеренги, каждая под своим знаменем, растянулись без малого на милю. Отдельно стояла конница. Всего около двадцати тысяч бойцов. Последними – наемники, но Йорганкеш до них не доехал. Эти вряд ли воодушевятся личным присутствием Императора.
– Я должен произнести речь? – спросил Йорганкеш у своего главнокомандующего.
– Желательно, мой государь.
– Воины! – произнес Владыка Карнагрии, и глашатаи разнесли его голос вдоль строя.– Эти проклятые фетсы посягнули на мою землю. Вы, я уверен, перебьете захватчиков и не посрамите меня, своего Императора!
– Слава Царю царей! – крикнул главнокомандующий Брег.
– Слава! – подхватили глашатаи.
– Слава, слава!..– прокатилось по шеренгам.
Но особого воодушевления в войске не наблюдалось.
В полдень, после гадания по облакам и внутренностям жертвенного животного, в благоприятное, по мнению жрецов Ашшура, время армия Йорганкеша начала штурм. Атака велась одновременно со всех сторон, с использованием всех метательных машин, тридцати боевых галер и вспомогательных судов, которые доставили солдат к стенам крепости. Основным направлением атаки стала насыпь, частично перегораживающая северный рукав Агры. Под прикрытием массированной стрельбы катапульт и лучников был возведен временный мост, и по нему к воротам Агракада хлынули тысячи Йорганкеша. И тут в полную мощь заработали боевые машины фетсов. Временный мост был уничтожен в считанные мгновения, и почти сорок сотен тяжеловооруженных солдат оказались запертыми на прилегающем к городу отрезке дамбы. Никакие доспехи не спасут от кипящего масла и каменных шаров, выметываемых большими баллистами. Обожженные с воплями прыгали в воду и тут же уходили на дно. Наиболее отважные все же ухитрились подтянуть таран к воротам – три слоя мокрых шкур защищали тех, кто его раскачивал, даже от расплавленного свинца. Таран ударил шесть раз, ворота затрещали… и брошенное сверху огромное бревно переломило таран, как тростинку. Подошедшие со стороны пирсов галеры не рискнули высадить десант: с привратных башен обильно сыпали огненными стрелами малые катапульты. Дуэль вышла неравной – палубные орудия били снизу вверх, и стрелы, посланные атакующими, до башен не долетали. Когда на двух кораблях одновременно начался пожар, командующий флотом Зауриш Хуга, старый морской волк, которому плевать было на то, что нравится, а что не нравится свежеиспеченному Императору, велел сигналить отход.
