Девушка не могла поверить тому, что она видела и слышала. У отца всегда было великолепное зрение, поэтому в очках он никогда не нуждался, но этот аксессуар неожиданно придал завершающий штрих его нынешней ипостаси. С одной стороны Джози не могла не восхищаться его профессионализмом и способностью приспособиться, слиться с любой средой, а с другой стороны все эти его шпионские приемчики ее уже здорово достали. Ведь ему могли причинить вред, даже убить, пока она, по его милости, была вынуждена разгадывать загадки, копаясь в дневниках в поисках «ключей», потратив на это уйму времени и нервов.
Поэтому, несмотря на облегчение, охватившее ее при виде живого и невредимого отца, она спросила с явным напряжением в голосе:
— Неужели тебе так трудно было просто позвонить мне?
— Ммм… милая. Во-первых, я элементарно опасался прослушки на твоем телефоне, а во-вторых, не считал нужным раньше времени уведомлять этих придурков о том, что мне удалось выжить после их топорно сработанного подрыва лагеря.
— Я места себе не находила от беспокойства за тебя.
Он посмотрел на нее, так как будто она в одночасье сошла с ума.
— Но почему?
— Папа, но ведь кто-то попытался убить тебя, — раздраженно напомнила ему Джози. — Зачем ты сбежал из больницы?
Веселые искорки в глазах отца несколько померкли.
— Не знаю. Я тогда был немного не в себе. Не мог вспомнить, почему я должен был уйти оттуда, просто знал, что так нужно. Я уже был на полпути сюда, когда пришел в себя и вспомнил, почему направляюсь именно в Неваду, и что на самом деле произошло в лагере. Так что я справедливо рассудил, что вы наверняка сумеете разобраться с дневниками и сами найдете меня, поскольку — как я уже говорил — не хотел лишний раз рисковать в том случае, если эти гады установили на твои, Джози, телефоны прослушку.
Сказав это, мужчина развернулся и размеренной походкой, которая сейчас нисколько не напоминала об армейской выправке, направился в сторону медленно ползущей ленты транспортера, небрежно бросив им через плечо: — Ну же, шевелитесь. Мне еще надо забрать багаж.
Через пару минут, когда они, наконец, получили объемистую дорожную сумку, девушка спросила отца, почему же он, все-таки, так поступил, на что получила лаконичный ответ, что пора бы ей уже знать что это значит: «находится под прикрытием».
Затем Тайлер легко поднял сумку и в свою очередь спросил:
— Вы на машине?
— Да, — кратко ответил Даниэль и, приобняв Джози за талию, повел ее к выходу из здания аэропорта.
Девушка удивленно взглянула на него, но Даниэль в этот момент смотрел на ее отца, а в его глазах явственно читалось желание узнать, успешно ли все у него прошло. Слова, которые они услышали в ответ на этот безмолвный вопрос, подтвердили, что Даниэль как всегда оказался прав, предположив, что единственной целью поездки была разведка.
— В их лагере пятнадцать боевиков, девять женщин и одиннадцать детей. Четверо из террористов в прошлом году прошли подготовку в моей школе. Эти болваны думали, что сумеют справиться со мной, пройдя ускоренную шестинедельную подготовку, тогда как я прослужил в спецназе дольше, чем большинство из них ходит по этой земле.
Когда они дошли до машины, Даниэль открыл багажник, чтобы убрать туда сумку Тайлера. Джози забралась на заднее сиденье и стала ждать, пока мужчины займут свои места.
Как только все расселись, она спросила отца:
— Тебе удалось узнать их личные данные?
— Нет. Только то, что мне было известно и раньше. Я пока досконально не разведал все вокруг, не рискнул лезть в охраняемый периметр, чтобы покопаться в их картотеке. А когда, все-таки, пробрался на территорию, то времени было в обрез, и я потратил его на составление детального плана внутреннего устройства базы, так как из-за большой удаленности моей наблюдательной позиции сделать это как-то иначе было невозможно.
— Так как у них с охраной? — довольно буднично поинтересовался Даниэль.
— Порядок. Ничего из того, что тебе или твоим друзьям было бы не по плечу. Мы без особых хлопот их всех накроем.
Джози боялась именно такого исхода:
— Накроете кого?
— Я не собираюсь уподобляться террористам и разносить к чертям собачьим всю их базу, если это — то, что тебя волнует, Джози-детка. Я не убиваю беззащитных женщин и детей.
— Это мне прекрасно известно, — тихим, стальным голосом произнесла девушка. Теперь была ее очередь смотреть на отца так, словно все его мозги до последней капли вытекли прямо через уши за время перелета из Мизулы. — Однако я сомневаюсь, что это помешает тебе хорошенько повеселиться, истрепав им всем нервы, или я не права?
Он закатил глаза и бросил краткий взгляд на Даниэля.
— Она все время была такой занудой?
— Не совсем, — уклончиво ответил Даниэль.
Отец скривился, спросив:
— Я так полагаю, федералы уже в игре?
— Да.
— Было бы намного легче, если бы эти ребята не вмешивались, хотя думаю, они в любом случае не смогли бы остаться в стороне из-за Закона о национальной безопасности и угрозы национальному парку, со всех сторон окружающего территорию «Костэл Рейндж».
— Сначала они думали, что ты сам установил заряды и устроил взрыв, — буркнула Джози, все еще не в состоянии постичь извращенную логику полицейских, когда те всерьез рассматривали эту версию.
— Идиоты.
— Джози тоже подозревали. Экстремисты где-то раздобыли информацию о твоем полисе страхования жизни, по которому она выступает бенефициарием. А потом оповестили об этом прессу.
Она не хотела, чтобы Даниэль упоминал об этом. Отец и без того уже выглядел достаточно раздраженным.
— Они кругом сеяли смуту. Пресса тоже добавила неприятностей, когда им слили дезинформацию, что за взрывом стоят боевики «ЭЛЬФа», — быстро сказала Джози, пытаясь хоть как-то разрядить ситуацию и переключить внимание мужчин на что-то другое. Но все было тщетно.
— Угу. Падкие до «жареного» репортеры оккупировали лужайку перед домом Джозетты, и даже имели наглость ломиться к ней в дверь, и донимали своими идиотскими вопросами всякий раз стоило ей появиться на улице.
— Даниэль, говоря все это, ты делаешь только хуже, — взвилась она, гневно посверкивая на него глазами, после того как отец со всего маху хватил кулаком по приборной панели.
— Сукины дети!
— Ты абсолютно прав, — поддакнул ему Даниэль, который на ее взгляд, в данный момент лишь ненамного лучше ее папочки контролировал себя, и девушке вдруг пришло в голову, что все это время мужчина довольно ловко скрывал от нее свое истинное отношение к недавним событиям.
