class="empty-line"/>
Медленно, готовый увидеть... да кого угодно! Лешего в шапке-ушанке, густо поросшего рыжеватой шерстью. Архангела Гавриил с мечом и трубой. Генерал-майора Комарова. Дока. Инопланетянина в скафандре, страшного, но справедливого. Людмилу Марковну, в конце концов. Или Филиппа - живого и весёлого, как когда-то.
Здесь было возможно всё, здесь прошлое и будущее стали неопределённым настоящим и застыли в тягучей смоле, медленно превращаясь в янтарь.
Но... никого. Вообще никого.
Голос был бесплотным, либо его владелец решил не показываться на глаза по каким-то своим соображениям. За моей спиной был только провал, разрыв в кронах деревьев, откуда к озеру спускалась тропинка. И всё. Раздался негромкий шелестящий смех - опять позади меня, от странного озера, словно невидимый собеседник успел зайти мне за спину.
Не первый уже раз хотелось бы думать, что со мной по ночам говорил Бог, но достоин ли я такого испытания...
- Не знаю, - сказал я. - Завтра поглядим, чего я достоин. В мозгобойке.
И это стало новостью, никогда раньше я не отвечал: не представлял, что могу сказать. Не имел, наверное, сил для ответа.
Пробуждение было неприятным, стащили с кровати силой, неприятно дёрнули за скованные зачем-то - а то я драться полезу без наручников? - руки, поставили на пол. Григория уже увели. Теперь мой черёд.
- Сколько до... метеорита?
- Не спрашивать. Не разговаривать. Иди с нами.
Можно подумать, у меня были варианты. Конечно, с вами. Естественно.
Нани вернулась в дом цыгана и долго сидела за столом, не зная, что делать. Телефон, с помощью которого всегда решались все проблемы - вот он.
Толку с него только нет.
- Девушка... Вы только не надо, не кидайтесь ничем. Я за удочками.
Опять этот пьяный дурак. Как его, Анатолий, кажется. Стоит в дверях, теребит свою жуткую соломенную шляпу, но хоть без бутылки на этот раз. Уже хорошо. И самогоном разит не так сильно, как обычно.
- Да не буду, заходите, - устало сказала она. - Михе только плохо стало, лежит у себя наверху. А я не знаю, где тут у него что.
Анатолий почему-то оживился, бодро протопал мимо Нани к лестнице, заскрипел ступеньками. Вернулся довольно скоро, но грустный.
- Инсульт это! - уверенно сказал он, садясь за стол напротив девушки. - У меня десять лет назад тёща кончалась, та же картинка: рот перекошен, без сознания. Докторов вызвали? Хотя, толку с них...
- Не вызвала. Я и не знаю, откуда их здесь вызывать.
- Ноль три же. Или как там с мобильника, бес его знает. А Миха-то непростой мужик, ох, непростой... Я ж тут гуляю постоянно, дома не сидится, если только чемеркес не гоню - хожу, брожу. Вы же вот с какими-то мужиками приехали в этот раз, верно? Там ещё двое на грузовике, они потом уехали.
- Типа так.
- Ага... А я вот случайно мимо-то шёл... стоял... Короче, услыхал, что они говорили.
Вот же ещё разведчик. Бойскаут в кустах с неуёмными милицейскими привычками.
- И что? - Нани было решительно плевать, но сосед её хоть как-то отвлекал от тяжёлых мыслей про Кирилла.
- Ну, это... Они ржали сперва, а потом Миха им и говорит: благодарю, мол, всю операцию вытащили. Хорошо, что в Лось-Подвальный первыми приехали, нейтрализовали людей деда.
- Какого деда? - насторожилась девушка. Картинка начала проявляться сквозь муть, так, рассказывают, раньше фотографии печатали - суёшь чистый листок в раствор, а на нём сперва тени, потом силуэты, а там и всё заснятое вырисовывается.
- Деда, деда... Вахтанга, что ли? Или Сурена... Не помню, имя нерусское.
- Может, Левана?
- Точняк! - заорал Анатолий. - Его. Короче, мол, молодцы, с Центром всё получилось, как задумано, а то бы ещё пять лет кругами ходили. И профессора вытащили, и главного оператора убрали оттуда. Про деньги он ещё что-то, премии им или как...
- То есть, они вообще не те, кого дед Леван прислал?! И с Михой связаны? Вот тварь, а...
- Да ладно, не волнуйтесь так, девушка. Может... по пять капель, я знаю, где у Михи бутылка.
- Да пейте, мне-то что! - махнула рукой Нани. Теперь хоть понятно, что деда ожидает неприятное открытие: люди, которых он организовал ей в помощь, так и остались в машине спать - тот же газ или ещё какие средства два бандита применили. Вспоминая равнодушную жесткость Клима с Порохом, предположить можно всякое, но хоть не убили. Охренеть дела получаются. Кто ж он, Миха, такой?
Анатолий встал, порылся в посудном шкафчике, потом в тумбочке внизу, ворчал и ругался, но потом довольно крякнул, поворачиваясь к Нани: в руке у него было полбутылки недешёвого виски.
- Говорю ж, знаю, где! Присоединяйтесь. За помин души хозяина дачки рано, а за здоровье, чую, поздновато. К ночи отойдёт, если всё, как с тёщей моей. А похоже, похоже...
Он налил себе треть стакана, выдохнул в сторону и залпом хлопнул виски.
- Я так вам скажу, девушка. Миха наш - он инопланетянин, таких по Рен-ТВ показывают часто, я сам видел. И прибыл сюда с очень злокозненными целями, да!
Анатолия развезло почти мгновенно, он долил ещё виски, выпил. Но Нани его не гнала, всё какое-то развлечение. Уже и шляпу на стол кинул, раскраснелся, пересказывая что-то из телевизионного бреда, и орал почти в голос.
Так бы и продолжалось, пока под стол не упадёт, но за окнами зашумел двигатель, машина и явно сюда, на дачу.
Не слушая соседа Михи, девушка вскочила и побежала во двор: это же Кирилл! Он понял, что всё бесполезно, из Центра его не отпустят, и вернулся!
Возле дома на узкой улочке стояла потрёпанная "калина", возле которой топтался Линкин: как обычно, в накинутом капюшоне худи, откуда, как глаза у ситха из "Звёздных войн", недобро поблёскивали стёкла очков. Дарт Линкин, не меньше.
- Кошкина... Я тут новости почитал, с людьми
