Он отчаянно заработал свободными лапками, он захлебывался и с болью отплевывался. Наконец ему удалось высунуть голову из воды. Он бешено греб передними лапками, стараясь поскорее выставить над водой дыхальца. Из последних сил муравей рванулся вверх и высвободил одну заднюю лапку. Вторую высвободить ему так и не удалось, но все же он выбрался на сук — тот самый, что тащил за собой от каменной реки.
Потоки воды хлынули наружу из дыхалец насекомого, оно вдохнуло благословенный воздух. Муравей вцепился лапками в сук, но сук крутанулся под ним, и пришлось перебирать лапками до тех пор, пока сук не выровнялся. Вот так — то цепко держась за кору, то пританцовывая, муравей поплыл в темноте по подземной реке, напрочь не понимая, куда его несет.
А высоко-высоко над головой несчастного насекомого под луной к югу шагал Паньят. В руке он сжимал яблоко и время от времени блаженно вдыхал его аромат.
Мэт окинул взглядом простиравшуюся внизу долину и отметил:
— Как странно: с такой высоты люди выглядят словно муравьи.
Стегоман глянул вниз и сообщил:
— А это и есть муравьи.
— Невероятно! — воскликнул Мэт. — Если это — муравьи, то во-он та крепость должна быть высотой в целую милю!
Стегоман пригляделся получше и сказал:
— Пожалуй, стоит немного снизиться.
Он заложил вираж, спикировал и вновь пролетел над крепостью — на сей раз на меньшей высоте. Мэт вытаращил глаза:
— На стенах — люди!
— Вижу, — буркнул Стегоман.
— Они ростом выше зубцов на стене! Значит, крепость никак не выше пятиэтажного здания!
— По моей скромной оценке, ее высота от рва до верхушек башен — пятьдесят футов, — уточнил Стегоман.
— Но это же невозможно! Тогда получается, что эти муравьи размером с лисиц!
— Вероятно, тут нет крупных хищников, и насекомые… как это ты говорил? «В процессе эволюции заняли пустующую экологическую нишу»?
— Да уж, при муравьях такого размера больше никакие хищники не нужны, — кивнул Мэт и неприязненно поежился. — И вообще странно, как в этой долине уцелело хоть что-то живое, кроме них.
— Честно говоря, других животных я не наблюдаю, — заметил Стегоман. — Только людей вижу.
— Верно. А они предпочитают не выходить из крепостей. И это неудивительно, когда снаружи бродят такие чудища. — Мэт нахмурился. — Интересно, почему эти люди поселились здесь?
— Ты рассказывал мне о людях, живущих на бесплодных мерзлых пустошах, — напомнил ему дракон. — Не раз мы видели кочевников посреди пустыни. Эти-то почему живут в таких местах?
— Потому что там — их родина, их дом, — согласно кивнул Мэт. — Я тебя понял. Однако я вижу возделанные поля. Либо здешние жители ухитряются каким-то образом время от времени выбираться за крепостные стены, либо тут обитают жутко высокоразвитые муравьи.
— Не хотелось бы это проверять, — проворчал Стегоман.
— Мне тоже, — нахмурился Мэт. — Минутку! А я-то, балбес, гадал, с чего это змеечеловек так охотно нам подсказывает дорогу!
— Само собой, — медленно проговорил Стегоман. — Он отлично знал, что нас тут ожидает.
Мэт опять поежился.
— И еще он настоятельно рекомендовал нам явиться сюда в разгар дня. К чему бы это?
Дикий, пронзительный вопль заставил его обернуться, и он увидел, что к ним на полной скорости несется Диметролас, хищно расставившая когти. Мэт гневно вскричал, но Стегоман без труда отлетел в сторону, и дракониха проскочила мимо. Она сложила кожистые крылья чашечками, чтобы притормозить, и они загрохотали. Диметролас развернулась и полетела навстречу Стегоману.
— Погоди, головастик-переросток, настанет день, когда я увижу, как твоя морда точно так же перекосится от злости, как физиономия твоего дружка!
— Прошу заметить, что я несколько крупнее него, — невозмутимо отозвался Стегоман. — Откуда ты тут взялась, девица?
— Откуда я взялась? Ничего себе вопросик! Я при-ле-тела, червяк недоделанный!
— Полюбоваться местными достопримечательностями?
— Честно признаюсь: прежде мне никогда не доводилось видеть таких здоровенных муравьев, — ответила Диметролас. — Хотя… вероятно, попросту здешние людишки слишком маленькие. Может, приземлимся да поглядим, что тут и как, а?
— Гм-м-м, спасибо большое за предложение, но что-то не хочется, — проворно отказался Мэт. — У меня есть подозрение, что люди тут все-таки ростом повыше дюйма.
— Ох, сразу видно — ты не любитель приключений, — скривилась Диметролас. — Ну ладно, если уж ты так уверен насчет людей, так может, тогда хоть пожалеешь их и придумаешь, как им выбраться из крепости, а? — Она обратилась к Стегоману: — Ну а ты, змей, что скажешь? Ну разве не здорово было бы спикировать да спалить пару-тройку муравейников, чтобы люди хоть раз отважились выйти из крепости посреди дня?
— Я уже думал об этом, — несколько удивленно отозвался Стегоман.
Мэт тоже изумился. Диметролас вела себя намного приятнее, чем раньше. Да, приятнее, но при этом дракониха не переставала язвить, и к этому следовало отнестись с настороженностью. Что Мэт и сделал, не задумываясь.
— Ну так вперед! — вскричала Диметролас.
— Не стоит так спешить, стройная красотка!
Услышав комплимент, дракониха удивленно зыркнула на Стегомана.
Тот, напротив, не обратил никакого внимания на ее взгляд и продолжил полет.
— Я сказал, что размышлял о таком варианте, — спокойно проговорил дракон, — и подумал вот о чем: если люди не бежали из этой долины, стало быть, эти муравьи им зачем-то нужны. Вероятно, от них есть какая-то польза.
«Интересная мысль», — подумал Мэт. И еще он подумал: «Забавно: то ли Стегоман сверхдогадлив, то ли просто сверхизобретателен и все это говорит только ради того, чтобы подольше поболтать с хорошенькой (по драконьим меркам) дамочкой?»
— Это ты умно сказал, — отметила Диметролас. Она словно бы искренне изумилась тому, что в громадном теле Стегомана есть место для толики разума. — Мне случалось пролетать над этой долиной во время странствий — но на большой высоте, и тогда я не предполагала, что здешние муравьи так велики. Однако я видела, что в ту пору, когда на закате муравьи возвращаются в свои норы, люди выходят за стены своих жилищ и что-то выкапывают из песка в кучах, насыпанных муравьями возле нор. Потом то, что выкопали, грузят на слонов и верблюдов и увозят прочь.
Теперь Мэту стало ясно, что в это же время, судя по всему, местные жители ухаживают за полями. «Интересно, — подумал он, — что же такое они выбирают из песка в муравьиных кучах?»
— А с рассветом муравьи снова вылезают из нор? — спросил он.
— Нет, — мотнула головой Диметролас. — Они выходят за пару часов до полудня.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
