– Подойди! – позвал вдруг Тэригир.
Айринкельн подошел и скептически глянул на своего спутника:
– Что это? Окно в пропасть?
– Нет. Смотри внимательно. Может статься, Зеркало Облаков подскажет тебе верный путь, – клирик отошел и уселся в одно из кресел. – Если ты не хочешь слушать меня, может, хоть боги окажутся более авторитетными советчиками.
Аарден снова фыркнул, но послушно повернулся к зеркалу. И тут же почувствовал, как сердце сначала замирает, а потом начинает трепыхаться как пойманная птица. Перед ним стояла Крисса… Он сразу узнал место, где она находилась – это был балкон, опоясывающий западное крыло королевского дворца, тот самый, где они так любили встречать поднимающееся над морем солнце. Тучи над головой девушки были свинцово-серыми, их то и дело прочерчивали синеватые нити молний, ветер трепал волосы королевы Эрквадиора и ее длинное платье из черного шелка. На ее щеках блестели слезы, а под глазами залегли глубокие тени… Картинка была настолько реальной, что Айрин уже протянул было руку, чтобы коснуться жены, но тут же отпрянул на шаги зашипел от злости: на балконе появился Дуйэн. На нем был его извечный маговский балахон, перетянутый на талии широким кожаным поясом, и только на среднем пальце левой руки переливался причудливо ограненный изумруд Глаза Змеи. На физиономии чародея Аардена красовались три свежие царапины, протянувшиеся во всю щеку («Да чтоб ты себя на клочки когда-нибудь разорвал!» – зло подумал Айринкельн).
Выдержав паузу, Дуэйн тихо заговорил:
– Будет гроза. Идем, не стоит стоять на ветру.
– Оставь меня в покое, – дрожащим голосом, но вполне уверенно выговорила Крисса. – Не смей подходить ко мне, слышишь?!
– Я даже страшусь представить себе тот момент, когда ты рассердишься окончательно, – мягко улыбнулся он. – Перестань, Крисса. Не упрямься, просто прими ситуацию такой, какая она есть. Ты не сможешь ничего изменить, так что…
– Так что ты предлагаешь мне покориться?! – Айрин увидел, что она с силою вцепилась в парапет балкона. Голос девушки звучал очень твердо, когда она говорила. – Принять как должное, что по твоей вине погиб человек, которого я любила? Предлагаешь не вспоминать, что ты повел себя как последний трус и не смог даже сразиться с ним в честном поединке, а сыграл на его чести и благородстве?! Я ни капли не боюсь тебя, так что сделай милость, хотя бы не заставляй меня терпеть твое присутствие!
Дуэйн промолчал, но не ушел. Какое-то время оба они наблюдали за беснующимися в небе молниями, после чего раздался оглушительный раскат грома и пошел дождь. Чародей и Крисса в один момент промокли до нитки, и Аарден сказал:
– Надеюсь, дождь немного остудил твой пыл.
Снова последовала пауза, после которой нынешний король Эрквадиора бережно обвил рукой талию девушки. Она не пошевелилась, только вздрогнула; в следующий момент Дуэйн осторожно коснулся губами ее уха, затем щеки, шеи, открытого плеча… Айрин зарычал от ярости и до боли сжал кулаки. Он даже открыл уже рот, чтобы выругаться и в очередной раз пожелать брату скорой, но долгой и мучительной смерти, но тут Крисса медленно повернулась, прямо взглянула чародею в глаза и изо всей силы ударила его по лицу. На белой коже заалел след от удара, и королева четко произнесла:
– Никогда не прикасайся ко мне, слышишь?! Я никогда не приму твоей власти! Для того, чтобы быть королем, нужна не только магия, чародей Аарден.
Молниеносно, как змея, Дуэйн выбросил руку вперед и с силой сжал пальцы на горле Криссы. Девушка вцепилась обеими руками в его запястье, но чародей не ослабил хватку, он лишь с ухмылкой наблюдал, как Кристина пытается поймать ртом воздух, как она задыхается и пытается оторвать его от себя. Заставив ее опуститься на колени, чародей наклонился к своей жертве и холодно произнес:
– Говоришь, не боишься меня? Думаешь, мне нечем тебя припугнуть? О, ошибаешься, Кристиночка, как же ты, деточка, ошибаешься! Я не хотел обращаться к твоему прошлому, но ты, похоже, забыла, откуда я вытащил тебя. Я на всю жизнь запомнил это чудо, этот огненный танец и обнаженную танцовщицу, которая его исполняла. Мне ничего не стоит сделать так, чтобы это чудесное время вернулось, тут уж можешь мне поверить. Не спорю, это жестоко, но и зрелище, этот танец, поистине великолепно! Говорят, можно вечно смотреть на то, как горит огонь. И я бы с удовольствием посмотрел еще раз, как ты пляшешь в огне. Мне кажется, ты тоже скучаешь по ожогам и ошейнику.
Крисса задыхалась. Перед глазами плыли мерзкие зеленые круги, во рту ощущался железный привкус крови, сознание медленно затуманивалось. В какой-то миг королева подумала, что совсем не будет возражать, если Аарден все же задушит ее. Кто знает, быть может, в ином мире она встретит Айрина?.. Через несколько мгновений Дуэйн понял, что еще немного – и он попросту убьет свою жертву, поэтому он небрежно разжал пальцы и сказал:
– Подумай, моя птичка. Хорошенько подумай, чего ты хочешь. У тебя еще есть немного времени до вечера.
Он исчез за стеной дождя. Крисса с трудом приподнялась с холодного мрамора пола и тыльной стороной ладони отерла сочащуюся из носа кровь. Она тяжело прислонилась к парапету балкона, обняла руками колени и заплакала. Она понимала, что выбора у нее нет…
…Изображение пропало. Айрин долго молчал, после чего тихо сказал:
– Я обязан найти ее. Я не позволю этому ублюдку мучить ее, она и так настрадалась в жизни и не вынесет такого издевательства еще раз. Я убью его, – вдруг неожиданно зло сообщил он. – Богами клянусь, убью!
– Вот, это уже другое дело, – одобрительно кивнул Тэригир, подходя. – Я бы очень удивился, если бы ты сказал что-то другое.
Крисса не знала, сколько прошло времени. Дождь продолжал идти, он исступленно барабанил по крышам и мрамору балконного пола, неся с собой туман и холодную сырость ночи. Уже совсем стемнело, и в голову девушки пришла томительная мысль о том, что надо встать и пойти переодеться, а то так и простудиться недолго. К сожалению, решение ее проблемы пока могло быть только одно. Слишком страшной была перспектива снова танцевать в огне, терпеть боль, отчаяние и бесконечные ожоги… Но с другой стороны, Кристина точно знала, что все это временно. Да, ей просто необходимо время. Сегодняшний разговор словно разбудил ее. До того момента девушка почти все время пребывала в отрешенном состоянии, она почти не отдавала себе отчета в происходящем, так что именно теперь боль навалилась на нее с новой силой, и только колоссальным усилием воли удалось эту боль подавить. Было ясно, что надо бежать. Как – пока непонятно, но необходимо как воздух, иначе жизнь снова станет похожей на кошмар, и какая разница, каким он будет…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
