приказывал ему спуститься. Спустя какое-то время насекомое неизменно показывалось на дереве и действительно спрыгивало оттуда на плоский тюрбан шейха!
Однажды, когда я обсуждал с шейхом таинственную силу, которой владеют заклинающие змей дервиши Рифаи, и пытался расспросить его о долгом опыте, чтобы выяснить ее природу, он смог или захотел сказать только вот что:
– Змеи подчиняются нам лишь благодаря воле Аллаха. Они доверяют нам, поскольку нам запрещено убивать их собственными руками, и мы не обманываем их доверия. Поэтому наши заклинания всегда включают слова из священного Корана.
Я не нарушу тайну, если приведу здесь заклинание, которое используют дервиши Рифаи, в орден которых меня приняли, поскольку оно произносится открыто и его, несомненно, слышали в звучном и поэтичном арабском варианте сотни непосвященных.
Поскольку вес имеет даже простое выражение мысли, я не вижу причин, почему английский перевод не может быть столь же действенным, хотя само по себе заклинание едва ли заставит змею выползти из своего укрытия или высунуть голову! Оно содержит такие слова:
«О змея! Выползай! Заклинаю тебя именем Аллаха, вверху ли ты или внизу, выползай!
Никто не может победить Аллаха, и никто не может господствовать над ним. О помогающий мне в час нужды! Именем Священного Места и Священной Книги я заклинаю тебя выползти!
Именем Того, чье величие открывает все двери, выползай и подчинись завету. Я владыка Слова.
Величайшим именем Повелителя, дающего помощь. Я взываю к тебе с разрешения моего шейха и Учителя моего братства Ахмада аль-Рифаи. Выползай!
Именем Соломона Мудрого, обладающего властью над всеми рептилиями. Внимай! Аллах велит тебе. Выползай, змея! Появись! Мир пребудет с тобой. Я не причиню тебе вреда».
Расставшись с шейхом Мусой, я не мог не думать постоянно, что в основе учения и практики дервишей Рифаи лежит пережиток некоего древнего культа, связанного с почитанием змей, который, возможно, восходит к далекой древности. Я знал, что Муса, будучи правоверным мусульманином, будет это упорно отрицать. И действительно, когда я спросил его об этом, он ответил лишь, что нет Бога, кроме Аллаха! Чем больше я настаивал на своем вопросе, тем больше он подчеркивал верховенство Аллаха, пока я не понял, что он или не мог, или не хотел осознать мой вопрос. Я был вынужден оставить эту тему.
Сложив вместе все, что я узнал от разных заклинателей змей, сравнив с фактами почитания змей, которое, как я видел, открыто существует в Индии и которое, как я знал, открыто практиковалось в Древнем Египте, и изучив собственное изменившееся с памятного дня моего посвящения отношение к змеиному племени, я, наконец, пришел к заключению, что моя догадка верна. Чем больше я размышлял об этом, тем больше мне удавалось собрать в голове фактов о том, что данное странное знание было лишь пережитком одной из древнейших религий Черного континента.
Я заметил постепенную, но глубокую перемену в своем личном отношении к миру рептилий. Я больше не смотрел на всех змей с непреодолимым отвращением, которое испытывал прежде, и с ужасом, невольно появлявшимся в сердце каждого человека. Я уже не чувствовал в них страшных, безжалостных врагов всего живого. Я больше не боялся ни одно из этих ползающих воплощений вероломства и лживости. Вместо этого я все больше и больше чувствовал восхищение красотой их волнообразных блестящих тел и изящными, поднятыми вверх шеями, ощущал странное очарование их явной таинственности и необъяснимой загадочности и испытывал к ним некоторое сострадание. Я не стремился к такой перемене, она незаметно выросла сама по себе.
В представлениях о змеях существует яркий контраст. Во всех христианских странах змеи считаются символом зла или самого дьявола, тогда как почти во всех древних цивилизациях и даже у большинства тех немногих сохранившихся до наших дней первобытных обществ, например в Центральной Африке, они считалась созданиями, разделенным на два вида – божественные и злые.
По всей Африке, везде в Индии, у друидов и в большей части Центральной Америки, где сохранилось эхо наследия Атлантиды, действительно существовало почитание змей. Стены величественного ацтекского храма в Мексике протяженностью в одну милю (около 1,6 км) были украшены изображениями этих рептилий.
Дравиды – автохтонное темнокожее население Индии, которое в наши дни большей частью вытеснено на юг, – считают кобр, и в особенности разновидность, имеющую узор в виде очков, божественными созданиями и не решаются убивать их, хотя других змей убивают безжалостно. Некоторые жрецы там держат в храмах кобр с удаленными ядовитыми зубами, кормят их молоком и сахаром и почитают их. Такие змеи становятся прирученными и быстро выползают из своих жилищ в храме при звуках дудочки. Когда какая-нибудь храмовая рептилия умирает, ее заворачивают в ткань и сжигают, словно человеческие останки.
Многие крестьяне в Северной, Южной, Западной, Восточной и Центральной Индии находят большое удовлетворение в поклонении изображению кобры с раздутым капюшоном или в том, чтобы класть пищу рядом с норой живой змеи, ибо считают это создание телесным проводником некой высшей силы, духом, который нужно почитать. Это представление перешло к ним через древнейшие обычаи их страны, и они безоговорочно приняли его, как и многие другие странные представления. При этом крестьяне почитают только этот вид змей.
В святая святых многих храмов, где царит темнота или тускло горят лампы и куда не может войти человек другой веры, статуя змеи обвивает основание молельни или поднимает голову, раздув капюшон.
Обратимся к Южной Африке. Зулусы, живущие вдали от городов и далекие от представлений цивилизаций, верят, что в этих созданиях, вползающих в дома и хижины, воплощаются духи умерших родственников. Поэтому они не пытаются убить их, а стараются просто выгнать из дома, обычно посылая за колдуном, который, как правило, соединяет заклинание змей со множеством других занятий.
Несколько раз, глядя в глаза кобры, я думал об этом сверхъестественном представлении зулусов. Несмотря на таинственную неподвижность их взгляда, приводящую в замешательство, у меня несколько раз возникало необъяснимое смутное чувство, что за ним скрывается почти человеческий интеллект.
Однажды, когда я всего на минуту повесил вокруг шеи удивительно толстую и длинную змею, я неожиданно ощутил, как мой разум отрешается от всего, что его окружает, и погружается в трудно объяснимое психическое состояние. Я почувствовал, что теряю свои физические связи и мне открывается мир духов. Я как будто покинул нашу кружащуюся планету суши и воды и отправился в темную призрачную сферу, обстановка в которой явно была враждебной. Мне не понравилась мысль о таком состоянии и утрате «контроля» над вещами в момент, когда так близко от моего лица была ползающая
