время великого переселения в города тридцать лет назад. Любого черноного мужика делали дворянином, платя огромные компенсации из нищей послевоенной казны. Даже рабы получали себе Семейные Книги.
Кон Хи в ярости схватил свиток, размахнувшись, со всего маха, хояпнул его об пол. Клятый пластик, отскочив обратно. Острым углом рассёк ему бровь.
— Демоны! — Он прижал рукав дорогого костюма ко лбу, стараясь удержать обильно хлынувшую кровь, дверь в кабинет открылась, в щель просунулось испуганное лицо секретаря.
— Сабо-ним. Вам звонок из секретариата Рода Сергеев. Соединять? — увидев кивок хозяина мужчина тихо исчез, бесшумно прикрыв дверь. Кон Хи протянув руку через стол нажал кнопку на селекторе выводя звонившего на громкую связь. Приятный женский голос раздался в тиши огромного кабинета.
— Господин президент?
— Я слушаю вас, — кровь не собиралась останавливаться, промочив пиджак, стекая по щеке и подбородку за ворот белой сорочки.
— Евгений Львович приносит свои извинения за срыв вашей встречи. Случились непредвиденные обстоятельства в школе его сына. Он предлагает вам перенести встречу на вечер в любом удобном для вас месте в пределах черты города.
— Я принимаю извинения. Мой секретарь свяжется свами для уточнения времени и места.
— Спасибо Господин Президент. Мы будем ожидать звонок вашего секретаря. — короткие гудки раздались гимном его облегчению. Ещё не всё потеряно. Ещё есть шанс.
* * *
С одеждой не облажался, Линка выглядела на все сто в своём косплейном платье, и даже на сто двадцать, размер груди с последнего раза, когда я видел своих сестёр в этом наряде, увеличился на полтора размера, что добавило изюминки. Даже банты — георгины присутствовали на голове. Коротковатый топик натянулся на груди оставляя на обозрение так сказать нижнее декольте, заставив меня сглотнуть, вдруг наполнившую рот, слюну. Линка победно улыбнулась, крутанулась на месте, заставив подняться лепестки юбки, мало мне было разрезов до самого пояса, так ещё и мелькнувшая белизна ног… и что? И как это? Только что я видел Алину совершенно обнажённой не испытывая ни какого стеснения. Женщины страшны в своей красоте. Воистину.
— Юрочка, — меня выдернули из розового тумана подростковых гормонов, а ты не мог бы мне и прокладки достать. А то у меня…
— Держи. — Я не стал выслушивать всю фразу в подробностях, залившись краской по самые уши, протянул чертовке синюю пачку с тампонами Тампакс.
— Это что? — удивлённый голос заставил встряхнуться. Блин опять накосячил. Кто его знает есть тут эта фирма или нет.
— Ты так спрашиваешь. Как будто средств интимной гигиены никогда не видела, решил я наехать на Лину в целях защиты.
— Не видела, — Лина читала инструкцию, периодически поглядывая на тампон в своей руке, — ты вообще где это взял? У Ланки? Как я это введу? Я что бы ты знал! Придурок озабоченный, — Голос Лины принял шипящие нотки, — Берегу свою честь для своего мужа! Вот! А ты… Мне…
Лицо сводной сестры пылало от гнева. Упс. Мой косяк.
— Сестричка, ну я же не специально, откуда мне знать какими вы штучками пользуетесь. Я ещё маленький. — проговорил я заискивая протянув Лине очередную упаковку гигиенических прокладок.
— О том, что ты маленький своей учительнице будешь рассказывать, когда в очередной раз оставишь меня одну.
— Лин ты давай не перегибай, — я вновь отвернулся, давая девушке привести себя в порядок. — пошли уже там папа с твоим насильником…
— Каким насильником!? Вы что сдурели!? — сестра вылетела за дверь, смачно впечатав её в стену.
Восьминогий мужик так и не пришёл в себя, валяясь кучей тряпок с палками около стены.
— Юра помоги ему, — Лина гневно переводила взгляд с меня на папу. Совершенно не обращая внимания на присутствующих тут же восьминогов.
— С какого, такого перепуга? — я искренне удивился требованию сестры.
— Потому что он меня спас.
— От кого? — дуэтом спросили мы с папой.
— Да мне по чём знать! Мне чем-то в лоб прилетело и всё… Темнота.
— Тогда откуда такая уверенность? — спросил папа.
— Да откуда я знаю. — Лина возмущённо пожала плечами. Посмотрев на нас маминым взглядом, разом показав всю нашу глупость в купе с неотёсанностью, — вот сейчас Юра приведёт его в чувство он вам всё сам расскажет.
Мнда, не слабо спасителю прилетело. На удивление аура у восьминогого мужика ничем не отличалась от обыкновенного человека на двух ногах. Убрав приличный сотряс и вправив выбитое плечо, я легонько похлопал Врашека по щекам, заставив открыть глаза придуривающегося спасителя. Знаем мы это прикол, во всех фильмах герои очнувшись не открывают глаз, чтобы значит, застать вражину врасплох.
Не, ну реально — орёл. Полыхнуло красным, заставив меня сместится назад и влево, пропуская мимо челюсти здоровый такой кулак.
Второго удара не последовало, папина шпага упёрлась аборигену прямо в кадык, заставив замереть в неестественной позе ушлёпка.
Я повернулся к старосте и как там её, мартышке.
— Так значит говоришь, он мою сестру взял в качестве добычи? — ответом мне был кивок, и потупленные долу очи. Староста молчал. Я перевёл взгляд на девушку, — А что скажешь мне ты?
— На входе в деревню, Врашек похвастался, что взял двуногу на дальней поляне, отбив у козлоногих.
О как. Я их восьминогами называю, а они нас двуногами. Наверное, мы для них так же уродливо выглядим. Посмотрев на девушку сверху вниз, задержав взгляд на декольте. Да что это со мной? Вроде женатый человек, ну почти женатый, практически не озабоченный, регулярно занимаюсь любовью со своей любимой. Это Линка на меня, зараза такая, повлияла своим костюмчиком. Так собраться нужно, ещё не много и слюна изо рта капать начнёт.
— Козлоногие? Это кто ещё? — я с трудом отвёл глаза от чудесного вида, чтобы тут же нарваться на колючий взгляд Лины.
— Это фавны сын, — отец отвёл клинок от горла мужика отступив на один шаг назад, контролируя ситуацию, мелкая нечисть, обитающая в древних лесах, их как раз козлоногими и называют.
— Да, Господин, — девушка поклонилась отцу, — это так.
— Ну так, что скажешь в своё оправдание, —
