представила, как Леня в начале лета приехал в наш поселок. Как подыскивал дачу, чтобы каждый вечер иметь возможность навещать могилу бывшей возлюбленной. Наверное, у нее очень ухоженная могила, тихое место с вековыми соснами вокруг. От этих мыслей стало не по себе. Я попыталась уснуть, но визгливый хохот за спиной мешал.
Оживленный перрон встретил вечерней прохладой и неповторимым густым запахом. Мне всегда нравился этот аромат на вокзалах. Папа как-то объяснял, что так пахнет креозот – жидкость, которой обрабатывают шпалы… Я выскочила из вагона прямиком в объятия к отцу. Мы не виделись несколько дней, и я страшно соскучилась. Мы оторвались друг от друга и принялись разглядывать, будто и в самом деле разлучались надолго. Папа у меня еще молодой, кареглазый и очень улыбчивый. Он всегда нравился женщинам, но всю жизнь любил только мою маму и по сей день слепо ее обожал. Вспомнив про маму, я помрачнела. Лучше бы она моталась по командировкам, а не сидела целыми днями в квартире. Мы с ней особо не общались и пересекались только иногда на кухне, с недавнего времени держа нейтралитет. Совместные семейные ужины – это что-то за гранью фантастики. Папу такой порядок вещей очень расстраивал, но на наши отношения он уже давно никак не мог повлиять.
– Давай сюда сумку! – протянул отец руку к моему багажу. – Ну как отдохнула? Как бабушка?
– Отдохнула? Издеваешься? Я там батрачила как ишак! А риелтор твой, кстати, женщина подозрительная… Мне кажется, она хочет бабушку надуть.
– Ну неправда… Я давно знаю Таню. Она классный специалист.
У папы все были классными, и это его самая большая в жизни проблема. Он всегда до последнего верил в людей.
– В доме еще полно недоработок, – сказала я. – В полу в сенях дырка. Это отпугивает потенциальных покупателей.
– Маша, ты серьезно? – нахмурился папа.
– Еще как! Еще бабушка сама жаловалась твоей Танечке: мыши в доме, протекающая крыша… А весной участок затапливает.
– Но это же неправда, – возмутился отец. – Вы с бабушкой все выдумываете. Ни разу не топило!
– И сосед у нас придурковатый, – это я уже добавила от себя, имея в виду Йована.
– А что с соседом? – удивился папа. – Кто-то новый заехал?
– Шучу, – улыбнулась я и взяла отца под руку. – Пойдем! Скажи лучше, когда мы будем кататься?..
Болтая, мы неспешно шли к зданию вокзала, а в свете фонарей моросил мелкий дождик. Вот и прошло лето…
Глава шестая
Начало сентября выдалось холодным и пасмурным. Осень резко ворвалась в город, зарядили проливные дожди. Пришлось менять привычный летний сарафан на плащ. К такому резкому перепаду температур никто не был готов.
Первую учебную неделю мы с Ликой и Славой исправно посещали все лекции. Я даже взялась рьяно вести конспекты, пообещав себе, что в этом году точно не запущу учебу… Но уже ближе к выходным наш энтузиазм заметно поубавился. В субботу Славка проспал первую пару. Мы с Ликой на нее пришли, но сидели как две сонные мухи. После лекции, дождавшись Славу в фойе универа, решили слинять с оставшихся пар и посидеть в кафешке.
В выходной здесь было, как обычно, многолюдно. Мы с трудом нашли свободный столик на троих. Лика пила кофе и жаловалась на жизнь.
– Кто придумал учиться по субботам? – ворчала подруга. – Средневековая инквизиция какая-то.
– Прошла всего неделя, а я уже запарился с учебой, – кивнул Славка. – Вы лекцию по макроэкономике писали?
– Писали, – кокетливо передразнила Лика, – но просто так не дадим.
– А за поцелуй? – повеселел Слава.
Я почему-то вспомнила про Йована. Этот озабоченный малолетка тоже за любую услугу поцелуи выпрашивает.
Лика порозовела от смущения.
– А за поцелуй – пожалуйста!
Она даже чуть придвинулась к Славе и вытянула губы трубочкой. Но Славка внезапно склонился ко мне и чмокнул в щеку. Я от неожиданности едва не поперхнулась.
– Э-э-э! – протянула возмущенно Лика.
– А у Маруси почерк понятнее, – беспечно пожал плечами Слава. – Маша, дашь списать?
– Дам, дам, – рассеянно отозвалась я. Теперь мне вспомнился Леня. Увидел бы он поступок Славки – вскипел бы от ревности. Это для Славы невинный чмок ничего не значит. Скорее всего, он снова просто решил позлить Лику. А вот Леня, конечно, все не так понял. Еще и спектакль устроил…
Мы заказали по второй чашке кофе. Из динамиков лилась непринужденная музыка, вокруг галдел народ. Я отметила, что, несмотря на ранний час, в кафе преимущественно студенты. Похоже, сегодня все решили, что учиться по субботам – зло, и дружно прогуляли.
Слава и Лика продолжили препираться, а я углубилась в свои нерадужные мысли, которые не отпускали меня всю неделю.
Я продолжала думать о Лене. С тех пор как началась учеба, мы толком даже не разговаривали. Мне казалось, что нам обоим неловко из-за произошедшего в лесу в день моего отъезда. И я не раз ловила себя на мысли, что, глядя на экран телефона, мне не хочется увидеть уведомление о новом сообщении от Лени. Это открытие меня совсем не радовало. Я надеялась, что скоро все будет как летом. Осенью Леня чаще станет приезжать в город, и эта неведомая Ольга окажется далеко от нас. У нас с Леней начнется обычный городской роман с конфетно-букетным периодом, выходами в кино и театр, прогулками по осеннему городу…
– Да, Маш? – спросила у меня о чем-то Лика.
Я тут же встрепенулась.
– А? – переспросила я. А затем призналась: – Я все прослушала, извини. О чем ты?
– Говорит, ты согласна дать мне списать английский за второй курс. У меня с прошлого года долг висит, – сказал Славка.
– Только давай без поцелуев, – предупредила я.
– Вот именно, Слава, – согласилась Лика. – Машка теперь у нас девушка несвободная. Наверное, о своем красавчике думает.
Так и есть. Только думы у меня совсем не веселые.
– Да она кислая какая-то, – сказал Слава, – вряд ли о нем.
– Может, поссорились? – предположила Лика. Они рассуждали вслух так, будто меня здесь не было.
– Возможно, он какой-то странный, явно на своей волне. Вы с Машкой вечно каких-то блаженных себе выбираете.
– Тебе не угодить, – усмехнулась Лика. – И не блаженных, а творческих. И чем тебе мой бывший не нравился?
– Какой из?
– Последний. Коля.
– Это Стас Михайлов на минималках?
– Почему это? – вскинулась Лика.
– У него рубашка была расстегнута до пупа.
– Так ведь лето. И выглядело секси.
– Он был устрашающе волосатым.
– Настоящий мужчина, в моем вкусе, – поддела Славу Лика. – Это у тебя ни волоска на груди…
– Ну да, в твоем вкусе, когда у чувака из-под расстегнутой рубашки торчит оренбургский платок.
Я не выдержала и рассмеялась. А Лика, конечно, надулась.
Затем произошло то, чего я боялась. На экране всплыло сообщение от Лени: «Завтра приеду в город. Будь на месте».
Будь на месте! Ни здрасте, ни до свидания. Я ему собака какая-то, что ли? Знать место! А если у меня завтра дела? По логике Лени, раз мы вместе, то
