class="p1">– Вив, почему ты не проявляешь к себе той же доброты, что и к другим? Детка, ты сворачиваешь горы ради тех, кого любишь. Ты делаешь для них все, что угодно. Ты принимаешь их ошибки и недостатки, не задумываясь, потому что это и есть любовь. Но ты не позволяешь делать того же для себя. Это нормально – нуждаться в других так же, как они нуждаются в тебе. Ты тоже человек. Все мы несовершенны, у каждого из нас есть свои скелеты, и это нормально – испытывать все чувства. Быть счастливым. Бояться.
Я боюсь. Если я что-то и поняла за последние двадцать четыре часа, так это то, что я боюсь потерять свою маму.
И я не могу потерять ее.
И Риз… Я не могу потерять Риза.
– Я боюсь, что потеряю свою маму. Что я не смогу удержать ее снова. И я боюсь потерять тебя. Боюсь, что все это будет слишком тяжело для тебя, – мой голос едва слышен, его руки сжимаются вокруг меня, когда я говорю это.
– Ты не потеряешь свою маму, Вив. И ты не потеряешь меня. Я влюблен в тебя. До сегодняшнего дня я никогда не говорил девушке, что люблю ее. Я никогда в жизни не был влюблен. Возможно только в бейсбол, но это вряд ли имеет значение. Вероятно, я не всегда понимаю вещи правильно, но я уверен, что будут еще моменты, временами, когда я облажаюсь, а ты разозлишься и мы сделаем друг другу больно. Временами, когда ты пожалеешь о своем решении быть с кем-то, кто постоянно в разъездах. Но я собираюсь уходить, Вив. Никогда. Я знаю, ты боишься, что однажды оттолкнешь меня настолько, что я не вернусь. Но этого не случится. Потому что я люблю тебя. И я думаю, что ты тоже любишь меня.
Я смаргиваю слезы, которые, кажется, не собираются останавливаться, и всхлипывая, когда обвиваю руками его шею и сжимаю. Я прижимаюсь ближе к его груди, не сводя с него глаз.
Эти глубокие, темные, грозные глаза, в которых столько искренности, что мне становится трудно дышать. Я не просто слышу, что он мне говорит – я чувствую это. Я чувствую это в том, как он обнимает меня, в том, что мне даже не пришлось просить его привезти меня сюда – у него уже был готов самолет. Я чувствую это в том, как он купил мне Бу просто потому, что я как-то упомянула, что всегда хотела завести собственную кошку. Я чувствую это в том, как он старается изо всех сил, чтобы сделать меня счастливой, как поддерживает мои мечты и заставляет меня гордиться ими. И я чувствую это в том, как он стоит здесь и он терпит все те ужасные вещи, которые я говорю, потому что знает, что мне нужно выговориться, что мне нужно сломаться. И не уходит. Вместо этого он собирает меня воедино по кусочкам.
Он не просто говорит мне эти слова, он доказывает их искренность снова и снова.
Между нами неразбериха. И он прав, будут моменты, когда я, вероятно, буду швырять в него вещами, когда буду расстроена или оттолкну, когда станет невыносимо. Но он слишком глубоко запал мне в душу, чтобы я могла его отпустить.
Его действия доказали, что мои страхи – это всего лишь… страхи.
– Я тоже люблю тебя, Риз. И мне жаль. Мне очень, очень жаль, что я сорвалась и наговорила тех ужасных, ранящих вещей и…
– Все хорошо. У нас все хорошо, – он наклоняется ко мне, проводя своим носом по моему. – Мне жаль, что мне пришлось сказать тебе, что я люблю тебя, здесь, посреди всего этого кошмара, а не в виде торжественного жеста. Ты заслуживаешь красивых жестов, детка. Я хочу быть тем парнем, который подарит их тебе.
Я наклоняюсь вперед и кладу голову ему на грудь, впитывая звук его сильного, ровного сердцебиения. Мы стоим так, не двигаясь, его руки крепко обнимают меня в течение нескольких минут. Просто… вместе.
– Это все, что мне нужно. Все, что мне нужно, – это ты, – шепчу я.
– Тогда это то, что у тебя будет.
Глава 25
Вив
Новая глава
Мы сидим в комнате ожидания, я все еще цепляюсь за Риза, как за спасательный круг, когда к нам подходит медсестра. Она не та, которую я видела раньше. Она моложе, у нее каштановые волосы, и в руках айпад.
– Здравствуй, ты Вивьен?
Я киваю, освобождаясь из объятий Риза, но он тут же крепко хватает меня за руку и прижимает к себе, пока мы поднимаемся с пола.
Спокойная сила. Это то, что он дает мне в те моменты, когда я больше всего в этом нуждаюсь.
– Твоя мама проснулась и хочет тебя видеть, – она улыбается.
– Спасибо, – отвечаю я.
Я пытаюсь подготовиться, пока мы идем в ее палату, зная, что ее внешний вид вновь расстроит меня, и надеясь, что на этот раз справлюсь с этим лучше. Я не хочу, чтобы мои эмоции выплеснулись на нее прямо сейчас.
Когда мы подходим к двери ее палаты, Риз поворачивает меня к себе, обхватывает лицо своими большими ладонями и смотрит на меня сверху вниз.
– Тебе нужно побыть со своей мамой, Вив. Я буду ждать тебя снаружи. Даже если это займет несколько часов – не торопитесь. Хорошо? Я никуда не уйду. Я люблю тебя.
Я киваю, слегка приподнимаюсь, чтобы прижаться губами к его губам.
– Я тоже тебя люблю.
Не думаю, что заслуживаю его, но хочу, чтобы он был моим.
Я хочу хоть раз поступить эгоистично и оставить его себе, даже если этого недостойна.
Войдя внутрь палаты, я тихо закрываю дверь.
Мама поворачивает голову, и наши взгляды встречаются. Мгновение мы обе молчим, просто рассматривая друг друга. Я вижу в ее глазах ту же любовь, страх, обиду, разочарование… и боль, которые я чувствую прямо сейчас.
– Мама, – всхлипываю я, пересекая комнату и присаживаясь на край ее кровати, осторожно опуская голову на ее плечо. – Я так рада, что с тобой все в порядке. Я так испугалась. Я думала, что потеряю тебя. Я думала…
– Я знаю, детка, мне жаль. Мне так жаль, Вивьен, – ее глаза полны слез, когда она обхватывает меня своей здоровой рукой, прижимая к себе. Я так благодарна за утешение от ее прикосновений, но боюсь даже дышать слишком тяжело, чтобы не причинить боль ее и без того измученному телу.
– Нет, ты прости. Это моя вина. Я не должна была оставлять
