обещаю, что все изменится. Я знаю, это будет нелегко, и я никогда не перестану скучать по твоему отцу. Я никогда не перестану любить его и желать вновь увидеть, – ее голос срывается, и она делает паузу, чтобы собраться с духом. – Мне не станет лучше, пока я одна. Врач порекомендовал нескольких местных терапевтов, но еще упомянул, что существуют терапевтические центры, которые помогают людям, страдающим от проблем с психическим здоровьем, некоторые из них даже специализируются на депрессии. Учитывая то, что произошло сегодня, он сказал, что вероятно у меня… ПТСР. Он порекомендовал для начала проконсультироваться с психотерапевтом, чтобы узнать, какой вид лечения лучше всего подойдет. Возможно, мне даже понадобится медикаментозное лечение, но он полагает, что подобное может пойти мне на пользу. Я уверена, что центры дорогие, но, возможно, страховка покроет часть расходов.
Я киваю.
– Мы что-нибудь придумаем. Чего бы это ни стоило, мы справимся.
– Я люблю тебя, милая, и мне жаль, что мне приходится заставлять тебя проходить через это, – говорит мама, и в ее голосе слышится сожаление.
Я качаю головой, садясь на кровати, чтобы посмотреть ей в глаза.
– Больше никаких извинений. Хорошо?
Ни от меня, ни от нее. Мы делаем все, что в наших силах, и это все, что имеет значение. Мы вместе и мы стараемся. Двигаясь вперед, мы будем открыты и честны друг с другом.
Потому что, я думаю, нам обеим нужно исцеление.
Когда она кивает, раздается тихий стук в дверь, и в палату входит врач. Его белый халат развевается вокруг, когда он направляется к нам с улыбкой, от которой в уголках его глаз появляются морщинки.
– Ну, как у нас тут дела? Миссис Брентвуд, должно быть, это ваша дочь? – спрашивает он, протягивая мне руку. – Я доктор Стивенсон, лечащий врач твоей мамы.
Он мне нравится. Его спокойное, приятное поведение. Его мягкая улыбка.
Мама кивает, когда мы пожимаем друг другу руки.
– Да, это моя дочь Вивьен.
– Здравствуйте, доктор Стивенсон, приятно познакомиться. Спасибо, что так хорошо заботитесь о моей маме.
Он машет рукой, мягко улыбается и переводит взгляд обратно на маму.
– Мне это в радость. Я просмотрел результаты компьютерной томографии и МРТ, и хорошая новость в том, что никаких признаков кровоизлияния в мозг не обнаружено и необходимости в операции нет. Так что твоя мама сможет продолжить восстановление дома после еще одной ночи наблюдений. Вам будет необходим хороший отдых.
Облегчение переполняет мою грудь. Слава богу. Я даже не могу представить, что оставлю ее здесь одну, а это значит, что я буду спать в этом крошечном кресле у окна, пока ее не выпишут.
– У меня есть пара вопросов… – я бросаю взгляд на маму, прежде чем снова перевожу его на доктора. – Мама упомянула, что вы рассказали ей о некоторых возможных вариантах терапии. Мы могли бы обсудить это подробнее?
– Безусловно. Я буду рад помочь. Мой коллега доктор Оливер – врач-психиатр. Вместе мы можем обсудить несколько вариантов, которые помогут Белинде оправиться не только от физических травм, но и восстановить психическое здоровье, – он берет медицинскую карту со стола и просматривает ее. – Давайте сначала посмотрим на ваши показатели, а затем я осмотрю несколько порезов. Когда я вернусь позже, то смогу познакомить вас с доктором Оливером, и мы сможем разработать несколько планов лечения, чтобы помочь вам с дальнейшими шагами, прежде чем вы отправитесь домой.
Краем глаза я вижу, как мама кивает.
– Да, это было бы здорово.
Она кажется почти… окрыленной? Впервые за долгое время я вижу в ее глазах надежду. Это заставляет меня чувствовать себя такой счастливой, что моя грудь вот-вот разорвется. С самого утра я испытала такой спектр эмоций, который, я надеюсь, никогда больше не повторится, но я так благодарна. Больше всего на свете я благодарна за то, что она здесь… и готова сделать следующие шаги к исцелению.
Доктор Стивенсон просматривает мамину карту, а затем осматривает порезы на ее лице.
– Все выглядит хорошо. Я зайду к вам позже. А пока, если у кого-то из вас возникнут какие-либо вопросы, пожалуйста, сообщите мне или одной из медсестер. Я дам вам немного отдохнуть.
– Большое спасибо, – благодарит мама, когда он открывает дверь и выскальзывает за нее. Прежде чем она захлопывается, чья-то рука придерживает ее, и Риз осторожно просовывает голову внутрь.
Я мягко улыбаюсь ему и жестом приглашаю войти.
Он нерешительно проходит вглубь палаты, засунув руки в карманы джинсов и обеспокоенно улыбаясь. Мне хочется вскочить с кровати и броситься в его объятия. Его волосы растрепаны, и это говорит о том, что все то время, пока он ждал меня снаружи, Риз нервно расчесывал их, если можно так выразиться.
Боже, это никогда мне не надоест.
При виде него у меня в животе порхают бабочки. Он был моей опорой во всем этом, даже когда я этого не заслуживала, даже когда думала, что не хочу и… я… я просто безумно люблю его.
Всем сердцем.
– Здравствуйте, мисс Брентвуд, – бормочет он, подходя к ней. – Я так рад, что с вами все в порядке. Если вам что-нибудь понадобится, дайте мне знать, и я приеду. Все, что угодно, хорошо?
Хорошо, теперь я просто растаявшее нечто. Он такой милый и заботливый по отношению к моей маме, что у меня от этого щемит сердце… Я даже не могу объяснить это, но, боже, я просто чувствую.
Думаю, это и есть то, что называют влюбленностью – быть постоянно без ума от кого-то.
– Спасибо, дорогой. Спасибо, что так хорошо заботишься о моей маленькой девочке, – говорит она, протягивая руку, чтобы крепко сжать его ладонь в своей. – Спасибо тебе, Риз. Я так рада, что у нее есть ты.
Его темные глаза сияют искренностью, когда он говорит ей:
– Я всегда буду заботиться о ней. Я обещаю вам.
И затем он одаривает меня своей фирменной ухмылкой.
Отлично, теперь я снова плачу, крупные слезы текут по моим щекам, пока я наблюдаю за их разговором.
Он наклоняется и нежно целует меня в макушку, когда мама говорит:
– Думаю, мне нужно немного отдохнуть. Я чувствую себя немного уставшей. Лекарство, которое мне дали, вызывает сонливость.
Я киваю. Она выглядит измученной, и ей нужно выспаться, чтобы восстановить силы. У нее был утомительный день и, учитывая все травмы, я даже представить себе не могу, насколько опустошенной она, должно быть себя чувствует. Я помогаю ей лечь обратно и накрываю ее подушкой и одеялом, чтобы ей было как можно удобнее.
– Детка, когда будешь готова, я думаю, тебе
