не выболтает, не беда, – Шеро ухмыльнулся мудрой циничной ухмылкой Жабьего Короля. – Чего ей знать не положено, того не знает.
Орвхет кивнул. Флаченда была помощницей четвертого секретаря Верховного Мага – молодого коллеги Шайрамонга, женатого на племяннице Крелдона. Несмотря на репутацию повесы, тот проявил себя в подполье верным и расторопным функционером, к тому же позаботился о том, чтобы спрятать от узурпаторов свою невесту вместе с ее матушкой, сестрой Шеро. После победы сыграли свадьбу, и Верховный Маг взял новоиспеченного родственника к себе в секретари. Но репутацию в карман не спрячешь, и в глазах досужей публики четвертый секретарь так и остался несерьезным молодым человеком, которому повезло с женитьбой. Возле него ошивались завербованные иностранными службами агенты, и Шайрамонг их надежды сполна оправдывал: время от времени «проговаривался» – сливал дезинформацию по распоряжению Шеро.
– Ох, уж эти девичьи бредни, – Крелдон потянулся за чайником. – Тейзурга ей подавай… Ежели кому приспичило сунуть голову в петлю, поди уследи. Хеледику с коллегой Хантре караван подобрал, уже знаешь?
– Нынче утром связывались. Ну и хорошо.
– Как сказать. Караван идет в Шибеват. Не самое лучшее место для коллеги Кайдо.
– Да уж, коридор между двумя прорвами…
– Не только. Еще эти их девки резаные.
– Они не посмеют тронуть песчаную ведьму. И тем более не посмеют связываться с магом такого уровня, как коллега Хантре.
– Они-то не посмеют, но другой вопрос, как он отреагирует на тамошний ментальный фон. Скоро узнаем, будет Шибеват лежать в руинах или обойдется.
– Руины – это больше по части Дирвена, – хмыкнул Суно.
– Ох, не напоминай о засранце. И зачем ты его тогда из речки вытащил… Давай-ка лучше вторячок заварим, да расскажи, как у тебя дома. Сынишка-то маг или нет, еще не ясно?
Скрип двери. Шорох камешков. Крадущаяся тень. Ясно, что Кем. Кто же еще, если вышел в кромешную темень без фонаря – а зачем ему, у него «Луногляд».
Через пару секунд, разглядев монашескую рясу, Дирвен убедился в своей догадке. На всякий случай активировал боевые артефакты и тут же уловил, что взломщик сделал то же самое.
– Я не драться, – донесся приглушенный голос.
– Давай, поговорим, – отозвался повелитель амулетов.
Кем уселся рядом на скамейку, вытянул длинные ноги в шнурованных походных ботинках.
– Где сейчас Эта Сволочь? – поинтересовался Дирвен.
– Ты о ком?
– О твоем господине.
– Учитывая, что я служу Акетису… Ты уверен, что именно это хотел сказать?
– Да я же не о Беспристрастном, стал бы я так говорить о Беспристрастном! – возмущенно прошипел Дирвен. – Я об Эдмаре, а то не понял…
– Я у него больше не работаю.
– Ты же взломщик, твой покровитель воровской бог Ланки, как тебя угораздило стать монахом в серой рясе?
– Когда я смылся из долины, попал в ущелья с ядовитыми выбросами. Остался жив по милости Акетиса, пошел к нему на службу.
– А здесь что делаешь?
– Сопровождаю в поездке госпожу. И кое-что ищу.
– Хочешь вернуть свое?
– Ты ведь тоже, – помолчав, ответил Кем.
– И ты знаешь, где оно лежит?
– Приблизительно. Где-то в этих местах.
– Ха, в этих местах можно искать хоть сотню лет. А если старик заметит суету и перепрячет, еще тыщу лет.
– Мы могли бы объединить усилия. Предлагаю договориться: ты заберешь свое, я заберу свое. Все, что не наше, поделим по обстоятельствам.
– Согласен, – отозвался Дирвен, прикинув, что если дойдет до дележки «по обстоятельствам», сила на его стороне.
Скрепили договор, поклявшись друг другу богами и псами.
– А даму свою куда денешь?
– Госпожа пойдет с нами.
– Ты придурок, зачем ее с собой таскать? Пусть где-нибудь подождет – на этой дурацкой ферме или в деревне, которая за горой.
– Мне поручено сопровождать госпожу. Ее воля – отправиться со мной.
Дирвен вспомнил о Щуке и неприязненно скривился: та хотя бы амулетчица, и все равно в решающие моменты от нее были одни помехи.
– Будет под ногами путаться, оно тебе надо? Ее волю чворкам скорми, мужчина ты или нет? Ха, так она из тех старых дамочек, которые на молодых парней охотятся!
– Не только. Я охочусь на всех, за кем пошлют. Лучше порадуйся, что в этот раз я охочусь не за тобой.
Едва не подскочил, услышав этот холодный скрипучий голос. Как ей удалось подобраться незаметно – обошла хлев с другой стороны? И тоже без фонаря, хотя «Луногляда» при ней нет, а если б она была ведьмой или магичкой, амулеты предупредили бы. Или маскируется? Есть же заклинания, скрывающие магический фон, агенты Ложи ими пользуются, хотя не все подряд, а которые покруче, вроде Орвехта.
Старуха выглядела колышущейся во мраке кляксой. Глаза в глубине капюшона – словно два призрачно-голубоватых шарика-светляка. Чего?.. Не бывает у людей таких светящихся глаз!
– Кем, это кто? – выдавил Дирвен, чувствуя, как ползет между лопаток струйка пота, и одновременно прикидывая, какие артефакты пустить в ход против этой жути, и помогут ли «Пятокрылы» от нее сбежать, и как бы снова не обделаться, потому что сколько можно…
– Госпожа на охоте, я ее сопровождаю, – терпеливо пояснил взломщик. – Нам надо кое-что раздобыть. Действуем, как договорились?
– Да, – непослушный язык еле ворочался. – Как договорились.
Не за ним. Главное, что не за ним.
Черугда – страна ядовитых змей и наглых обезьян. Пахучее бурлящее варево, в глазах рябит от разноцветья, в ушах звенит от стрекота, щебета, пения, воплей. Тут не зазорно ходить в безрукавке и льняных штанах, даже если ты девица из хорошей семьи. А вот без шляпы никуда: напечет голову, нагадят на голову, прилетит в голову кокосовый орех, брошенный обезьяной.
Чем меньше одежды, тем меньше карманов, поэтому амулетчики в придачу к безрукавкам носят широкие пояса с кармашками для артефактов. В стандартный арсенал входят «Кишечный сторож», «Змеегон», «Гнусогон», «Клещегон», «Обезьяний гонитель». Но если первые четыре амулета вполне справляются с худшими из здешних напастей, то пятый эффективен лишь на близкой дистанции, и это не мешает подлым тварям чем-нибудь в тебя швырнуть или стащить оставленную без присмотра вещь.
Черугда не колония. Туземные маги сильны и искусны, у них свои секреты, вдобавок Накопителей на их территории никогда не было, так что с крахом прежнего миропорядка они ничего не потеряли. Если дойдет до военного противостояния,
