Седой Волк долго думал, потом заговорил.
— Ты поедешь на моем коне. Они его помнят.
— Я не могу взять твою лошадь, Седой Волк.
— Нет, можешь. Это единственный способ. Это аппалузский жеребец, я поймал его много зим назад. Любой воин из моего племени сразу же его узнает.
— А вдруг они подумают, что я украла его? Седой Волк рассмеялся.
— Никто из Воронов не подумает, что женщина может отобрать коня у воина. Яркая Звезда. Кроме того, я дам тебе еще кое-что.
Он снял свое ожерелье и надел его ей на шею. На ожерелье был изображен волк, вырезанный из кости.
— Я не могу принять этого.
— Он будет охранять тебя. Ни один из Воронов не посмеет причинить тебе вреда. Это мой амулет, а теперь он будет твоим.
Сандрин обняла Седого Волка. Она хотела сказать ему, что скоро к нему вернутся и ожерелье, и лошадь, и, если повезет, дочь.
Сандрин ждала с нетерпением, а тем временем проходили дни. Маленький Медведь решил ехать с ними до самых границ земли Воронов, а потом вернуться домой. Наступили первые весенние дни, но Сандрин стали одолевать мрачные предчувствия. Ей так хотелось найти Сияющую Птицу, и она молилась, чтобы та выслушала ее и простила отца.
Наконец день отъезда наступил. Они уложили все вещи и еду, которую дала им Красная Птица. Она сшила и мокасины для каждого из них. Сандрин отдала Красной Птице платье, над которым работала. Та всплеснула руками и замерла в восхищении. Потом показала на платье.
— Я буду хранить это, как сокровище. Яркая Звезда, — медленно сказала старая женщина.
Сандрин обняла Красную Птицу и, с трудом подбирая слова на языке Воронов, ответила:
— Я не могу отблагодарить тебя за все, что ты для меня сделала. Ты была мне как мать. Ты спасла мне жизнь и заботилась обо мне. Ты все равно что член моей семьи. — Сандрин увидела слезы в глазах Красной Птицы и снова обняла ее. Потом подошла к Седому Волку.
— Будь поосторожнее. Яркая Звезда, — произнес он.
— Обещаю, Седой Волк. Я буду хорошо заботиться о твоем коне и верну его, как только смогу. — Она дотронулась до ожерелья. — Спасибо за амулет. Он придает мне силу.
— Тебе не нужна сила. Яркая Звезда. Ты смелая, и у тебя храброе сердце.
Сандрин опустила глаза, чувствуя, как из них текут слезы.
Маленький Медведь и Уэйд тоже попрощались с Красной Птицей и Седым Волком. Когда они отъехали, Сандрин оглянулась на селение, в котором, как она думала, ей суждено было умереть, но в котором она научилась жить сначала.
Они скакали без устали и через две недели достигли территории Воронов. Со слезами Сандрин простилась с Маленьким Медведем. Он обещал ей сказать родителям, что с ней все в порядке и что она приедет домой так скоро, как только сможет.
Вдвоем с Уэйдом они продолжали путь, не встречая ни одного из Воронов, но постоянно чувствуя, что за ними наблюдают. Они увидели стадо бизонов, заросших лохматой шерстью за долгую зиму. Сандрин и Уэйд увидели следы, по которым было легко определить, что охотились индейцы: почти ничего не осталось от животного, так как охотники использовали каждую часть туши, включая рога и копыта.
Пока они ехали, то разговаривали очень мало, но Сандрин была довольна. Ей нравилось быть с Уэйдом: рядом с ним она чувствовала себя в безопасности. Он был одним из немногих известных ей белых людей, который вел себя, как индеец: всегда был настороже, его глаза постоянно осматривали местность.
Прошла уже неделя после того, как Уэйд и Сандрин вошли на территорию Воронов. И вот они увидели первую группу охотников. Воины поскакали в их сторону. У Сандрин напряглись мускулы, когда они приблизились к людям с бесстрастными лицами. Один из мужчин показал на ее лошадь, а другой что-то громко сказал.
Уэйд заговорил на языке Воронов:
— Мы пришли с миром. Нас послал Седой Волк из племени Воронов отыскать его дочь, Сияющую Птицу. Вы можете помочь нам?
Вороны говорили между собой, потом один из них сказал, жестикулируя:
— Где Седой Волк? Почему он сам не приехал?
— Он ранен, — сказал Уэйд. Это была хитрость, о которой он уже условился с Сандрин. — Он был ранен во время охоты.
— Откуда ты знаешь Седого Волка, белый человек?
— Нас застигла буря. Седой Волк спас нам жизнь. Теперь, когда он ранен, мы хотим помочь ему, отыскав его дочь.
Индеец, который вел переговоры, повернулся к остальным. Он что-то сказал нескольким воинам, потом посмотрел на Сандрин.
— Почему Седой Волк позволил женщине ехать на своем скакуне? Откуда нам знать, что его не убили, а его коня не украли?
Сандрин отвечала без колебаний.
— Седой Волк сказал, что ни один воин из Воронов не поверит, что женщина могла убить его и украсть его коня. Он не ошибся?
Ворон кивнул и слегка улыбнулся.
— Мы знаем, где семья Седого Волка. — Он показал рукой за спину. — Они на много миль к северу отсюда. Они охотятся на бизонов. Они еще будут там какое-то время.
— Спасибо, — сказал Уэйд. — Мы будем уважать вашу землю, как если бы она была нашей собственной, — сказал он искренне.
Ворон повернул свою лошадь и поскакал прочь. Другие последовали за ним.
Сандрин и Уэйд продолжили свой путь на север. В тот день они остановились на ночлег в открытой прерии. До Сандрин доносилось редкое фырканье бизонов, пасущихся неподалеку, и отдаленный вой койотов. Когда она лежала на своей накидке рядом с Уэйдом, ее охватило умиротворение, которого она не чувствовала уже очень давно.
На следующий день, когда солнце поднялось высоко в небе, Сандрин и Уэйд увидели еще одну группу Воронов. Повсюду валялись туши бизонов, рядом с ними на коленях стояли женщины, снимая с них шкуры. Это была удачная охота. Сандрин глядела на женщин: может быть, среди них находилась и Сияющая Птица? Когда они с Уэйдом подъехали ближе, Сандрин увидела, как женщины и даже дети нагружали лошадей, чтобы перевезти мясо в селение. Сандрин и Уэйд последовали за ними. Большая часть мужчин еще была на охоте, поэтому их встретили только старейшины племени с оружием в руках. Уэйд объяснил, кто они и почему находятся здесь. Им позволили сойти с лошадей, но потребовали не брать с собой оружие.
Женщины Воронов бросали на них любопытные взгляды, но были слишком заняты, чтобы уделять большое внимание чужакам. Сандрин и Уэйд пошли за одним из стариков, который повел их на край селения. Он снял несколько кусков мяса с решетки, на которой оно сушилось.
— Вы, наверное, хотите есть, — сказал индеец. Пока они ели, старик оценивающе их разглядывал. — Расскажите мне снова, для чего вы здесь, — сказала он. — Он посмотрел на Сандрин. — Ты говоришь на языке Воронов, женщина?
