Но патроны заканчивались.
— Волк! — крикнул он. — Фланг открыт!
Вершинин развернулся, открыл огонь по прорывающимся эксам. Но их было слишком много. Усиленные пылью солдаты Мазая теснили повстанцев к стенам.
И тут случилось непредвиденное.
Устройство, перегруженное и повреждённое в бою, дало критический сбой. Энергия, которая должна была течь от Егора к солдатам, хлынула обратно.
Десятки подключённых к системе закричали одновременно. Их сознания выгорали от перегрузки — мозг просто не мог выдержать обратный поток силы. Пена изо рта, судороги, смерть за секунды.
— Что происходит?! — Мазай метался между пультами. — Стабилизировать! Немедленно!
Но некому было выполнять приказы. Док мёртв, техники либо убиты в перестрелке, либо бежали.
И тут Кардинал сделал свой выбор.
— Броня! — крикнул он из своей рамы. — Используй меня! Направь энергию через меня!
— Это убьёт тебя!
— Я и так мертвец! Делай!
Егор почувствовал связь — Кардинал открылся полностью, превратив своё израненное тело в канал для бушующей энергии. Поток хлынул через него, но теперь не хаотично — направленно.
Прямо в само устройство.
Машина Наблюдателей не была рассчитана на такую нагрузку. Сами камни начали трескаться, органика — обугливаться. Система пожирала сама себя.
— НЕТ! — Мазай в отчаянии бросился к пульту. — Двадцать лет работы!
Но остановить процесс было невозможно. Устройство умирало, забирая с собой мечту о контролируемом Мешке.
И в этот момент Мазай принял роковое решение. Достал сверток с чёрной пылью — не обычную дозу, а преобразованный микс концентрат. То, что предназначалось для особых случаев.
— Если не могу поделить дар, — прорычал он, вдыхая пыль, — заберу его себе!
Трансформация была мгновенной и чудовищной. Глаза стали полностью чёрными, кожа покрылась сетью пульсирующих вен. Но главное — твари откликнулись.
Все твари в радиусе километра замерли, повернулись в сторону Нулевого форта. Микс давал абсолютный контроль, пусть и временный.
Мазай шагнул к устройству, положил руки на камни. Древний Проводник против нового. Опыт против силы. Жажда власти против... чего?
Егор закрыл глаза, нащупал внутренний центр. Чего он хочет? Не власти — он видел, к чему она приводит. Не контроля — твари не вещи, чтобы ими владеть. Тогда чего?
Понимания. Связи. Моста между мирами.
И Мешок откликнулся.
То древнее, что он почувствовал в начале — ядро, сердце этого места — проснулось окончательно. Оно изучало двух Проводников, взвешивало их намерения.
Мазай хотел подчинить. Егор — соединить.
Выбор был сделан.
Твари, которые секунду назад подчинялись Мазаю, отвернулись от него. Чёрная пыль всё ещё действовала, но против воли самого Мешка она была бессильна.
— Невозможно! — Мазай не мог поверить. — Я — первый! Я имею право!
— Ты был первым, — согласился Егор, выбираясь из разрушенной капсулы. Кровь текла из носа, ушей, но он держался на ногах. — Но ты предал дар. Использовал его против самой сути.
В этот момент стены зала содрогнулись от мощного взрыва. Но это был не заряд повстанцев.
— Пираты! — крикнул кто-то. — Дьякон штурмует внешние стены!
Главарь пиратов выбрал идеальный момент. Пока элита Нулевого форта была занята внутренней войной, он ударил снаружи всей мощью. Сотни пиратов хлынули через проломы в стенах.
Но настоящим шоком стало другое. Через пробитые бреши вливались не только пираты — с ними шли Забытые. Сторож во главе отряда, несмотря на преклонный возраст, двигался с грацией молодого воина. Твари шли вместе с ними — не подчиняясь, а сотрудничая.
Битва достигла апогея. Гвардейцы Мазая сражались на три фронта — против повстанцев внутри, против пиратов снаружи, против тварей повсюду. Форт превратился в котёл, где варилось кровавое месиво.
Химера добралась до Кардинала. Её измененные конечности разрезали путы, освобождая истерзанное тело.
— Держись, сейчас...
— Поздно, — прошептал Кардинал. Его тело буквально распадалось — плата за то, что он пропустил через себя всю мощь устройства. — Но оно того стоило. Мы победили.
— Ещё нет, — Химера подхватила его, потащила к выходу. — Битва не окончена.
И правда — Мазай ещё держался. Микс в его крови боролась с волей Мешка. Он не мог контролировать тварей, но его усиленное тело было оружием само по себе.
Он двигался с невероятной скоростью, уплотнённая кожа отражала пули. Когти, выросшие на руках, разрезали броню. Несколько повстанцев пали под его ударами, не успев среагировать.
Егор преградил ему путь.
— Кончено, Мазай. Сдавайся.
— Никогда! — рык был нечеловеческим. — Я заслужил эту силу!
Они столкнулись в центре разрушенного зала. Не физически — ментально. Два Проводника, борющиеся за право определить будущее Мешка.
Мазай атаковал яростью. Сотни лет одиночества, жажды вернуть утраченное — всё это обрушилось на Егора волной ненависти.
Но Егор не сопротивлялся в привычном смысле. Он принял эту боль, понял её. И ответил... сочувствием.
Мазай отшатнулся, как от удара. В его чёрных глазах мелькнуло замешательство.
— Что ты делаешь?
— Даю то, чего ты искал, — ответил Егор. — Связь. Понимание. Ты не один, Мазай. Никогда не был. Просто закрылся в своем мире.
На мгновение — только на мгновение — в глазах правителя мелькнуло что-то человеческое. Тоска, надежда, страх. Но потом чёрная пыль взяла верх.
— Поздно! Слишком поздно для прощения!
Финальная атака была самоубийственной. Мазай вложил в неё все силы, всю накопленную веками ярость. Но...
Химера нанесла удар сзади. Её трансформированная конечность пронзила грудь Мазая, но не насмерть. Егор в последний момент мысленно отклонил удар.
— Почему? — прохрипел Мазай, падая на колени. — Почему не убиваешь?
— Потому что ты заслуживаешь второго шанса. Все заслуживают.
Мазай рухнул, но остался жив. Микс закончил действие, оставив просто старого, усталого человека. Года власти закончились на холодном полу разрушенного зала.
Вокруг битва затихала. Без Мазая, без централизованного командования, защитники форта сдавались один за другим. Пираты Дьякона контролировали стены. Повстанцы — внутренние помещения.
Но главное — твари. Они заполнили форт, но не для убийства. Просто... присутствовали. Ждали.
Егор вышел из разрушенного зала на площадь. Солнце сквозь тучи окрашивая небо в кровавые тона. Нулевой форт горел в нескольких местах, но это были очистительные огни перемен.
К нему подошёл Дьякон. Массивный, опасный, но сейчас — задумчивый.
— Я сомневался до конца, но, похоже, ты и есть Проводник, — сказал он. — Тот, кто изменил правила игры.
— Я просто человек, сделавший выбор.
— Выбор, изменивший всё. — Дьякон огляделся. — Что теперь?
— Нужен совет. Представители
