Читаем без скачивания Третий источник - Дмитрий Кравцов

Но твердый с прищуром взгляд Лешего не оставлял пути для отступления:

— Хорошо. Я знаю, где это. Кстати, Фант, по твоей наколке.

Толяныч почесал в затылке:

— Да? Что-то не припомню…

— А помнишь телефончик, который тебе Альба оставила? Меня же Крот попросил пробить адресок. Во-от он, — Леший указал на дисплее, и план стал еще подробнее.

Толяныч перехватил в обзорном зеркале странно недобрый взгляд Лизы, проигнорировал, хлопнул себя по лбу в озарении:

— Точно, бляха-муха!

— Вот отсюда и начнем, Фант. Запрос на обстановку я сейчас сделаю, полный расклад будем иметь — схему помещения, подходы, все пироги. Особого какого-то плана не нужно — просто входим и месим всех подряд. Неплохо бы взять языка и допросить, или, как вы выражаетесь, считать. Тогда можно вычислить и остальных. Короче, больше сдадим — меньше припаяют. — Леший был предельно конкретен, и такая конкретика Толянычу не пришлась по душе, хотя он отлично понимал, что позволяет себе слабость. — В запасе накрайняк еще остается Крякшино…

— Что еще за Крякшино? Не помню такого, хоть убей… Хм… — После разборки с Бербером и особенно после применения артефакта Толяныч чувствовал сосущую пустоту внутри, словно бы обнулилось до самого донышка не только содержимое клона, но и реальное личное сознание. В этом обрушившемся ворохе событий Толяныч уже почти не различал реальное и виртуальное внутри себя самого. Слава яйцам, что басист наконец заткнулся и не полосует больше мир на дискретные отрезки.

— Что-то в Подмосковье, — Леший глянул на подозрительно молчаливую Лизу. — Ты ничего не скажешь?

Она почесала в дебрях своих потрясных волос:

— Это по моему какая-то усадьба или дача… Сейчас задам поиск. — Она отвернулась к дисплею.

Так, она все же высмотрела у Бербера то, что надо. Даже Леший уже в курсе, пока ты, брат, сначала в отрубе валялся, потом был занят гнилыми переживаниями. Неподготовленный, одно слово. Да к такому и не подготовишься.

Танька! С Бербером! Щемящая боль вернулась на миг, но Толяныч взял себя в кулак, заставляя слушать Лешего:

— …Времени у нас будет немного. Обычно в пределах Садового кольца дежурная группа прибывает на место примерно в течении двадцати минут. Леший водил сигаретой, словно бы читал свои слова с какого-то невидимого остальным дисплея. — Еще десять, пока все три яруса оцепят и прочешут. Поэтому действовать будем быстро. Как у тебя на Пражской, Фант. Есть вероятность, что времени будет больше. Там ведь сплошной бомжатник, так что вызывать патруль вряд ли кто станет, кроме, конечно, наших клиентов. Вот ее, — ткнул Леха сигаретой в Лизу, она покосилась, но промолчала, — на всякий случай выставим на стрем. Дадим токин, будет слушать дежурную волну. У меня еще есть десяток гранат, возьмем «Разрез». Ну а остальное, как фишка ляжет. Главное — внезапность. Ну, а дачка… Что там, нашла? — Лиза молча вывела результат поиска. Леший глянул. — Ага, есть такое дело. Отлично. Ну, об этом говорить еще рано, запрос я сейчас отправлю. У тебя же бук с собой? Вот туда и пришлют. Все вроде…

Леший затушил бычок в пепельнице.

Фантик смотрел на него и думал, что действительно влип основательно, и вот прямо сейчас они спокойно обсуждают очередную бойню. Но если уж начал, то как остановиться, если врагов много, они сильны, и он о них практически ничего не знает. Спрашивать эту рыжую сосульку? Нет, фигушки! Она, Пастор, Бербер, даже Галина… Все виляют, у всех свои цели и планы, в которых Толянычу явно отведена роль пешки. Так что уж лучше попробовать сделать вид, что не пешка, что как минимум фигура, попробовать сделать свою игру. Все ж не так обидно будет… «Больше сдадим — меньше припаяют» Вот именно, бляха-муха! А ведь еще пару недель назад подобные мысли даже и не пришли бы в голову. Пусть коррекция сбоила, но она была! Была, и жизнь казалась проще и спокойнее, что ли…

«Бросить все, говоришь? А Леха, а Крот? Может им все это — привычное дело, но они же тоже увязли по самое не балуйся, просто смотрят на вещи по другому — сделал дело и гуляй, насколько храбрость позволит. Так что забудь, брат, это слово — бросить. Плохо, что придется положиться на рыжую ведьму вместе со всеми ее Посредниками. Ну ни малейшего доверия к ней нет. И кулон у нее такой подозрительный, тоже наверняка всякими примочками напичкан. Да и вообще, откуда она взялась, что тут распоряжается?!! Тоже мне, Вожатая, бляха-муха. Не забыть бы Вову спросить на этот счет. И про эм-дюк стоит все-таки поинтересоваться…»

— Знаешь, Леха, мне очень неприятно, что пришлось втянуть тебя в это дело… — Толяныч ясно понимал, что без Лешего не обойтись, но… Он должен был это сказать, бляха-муха!

— Да ладно, брат, все будет ништяк. Не переживай зря. Давай лучше по глотку из твоей посуды.

Толяныч заметил, что до сих пор держит в руках фляжку, и протянул ее Лешему.

— Будем… А-а-а, крепка, зараза! — Леха поспешно закурил новую сигарету и вернул настойку Толянычу.

— Будем.

Оставшуюся дорогу они молча курили. Настоечка чем-то напоминала по вкусу «Охотничью особую», но выжимала слезы из глаз. Голова стала совсем ясной и легкой и как-то вдруг наполнилась неким содержанием, проанализировать которое Фантик пока не мог.

7

Экипировка не заняла много времени: они даже не стали заходить к Лехе в квартиру, а просто загнали микруху к нему в гараж. Леший спрыгнул в смотровую яму, повозился там с полчаса, гремя какими-то железками, и вытолкнул наверх два объемистых баула и несколько бронежилетов.

Толяныч надел свой, уже привычный, с распоротым плечом, броник и оправляя его, спросил девушку:

— Тебе нужен? — И встряхнул в руке другую увесистую одежку.

Рыжая отрицательно покачала головой. Фантик никак не мог уловить причину того, отчего Лиза упрямо ассоциировалась у него с Альбой? Вроде никакой прямой аналогии, за исключением цвета волос, но… Пряные воспоминания потекли, было, от мозга вниз к животу, зацепляясь за бляшку с руной Фреира, но Толяныч волевым усилием прекратил этот процесс. Все они одним миром мазаны. Бойся Рыжих, бляха-муха!

Он вызвал по токину свою квартиру — очень захотелось узнать, как там Матрена поживает, да и матрешки-близняшки:

— Але! — Голосок одной из «матрешек» звонким колокольчиком кольнул в ухо.

— Тань, — сказал Толяныч. — Мы задержимся. Так что не ждите нас сегодня. Будем под утро. Матрену покормите там.

— Уже.

— Это хорошо. Ну как она? Не хулиганит?

— Нет, что ты! Она прелесть, такая лапочка.

— Это она может. Ну ладно. Из дома особо не выходите — неспокойно у нас ночами-то. Там, в шкафу, на нижней полке у меня заначка есть, вполне приличный коньячок. Можете пользоваться. Ну все, не скучайте. Пока, целую в ушко.