Хазарские ханы дали отпор арабам и завоевали Великую Булгарию, что делало нового хана, Ибузира Глявана, выгодным союзником. Однако со времён Ираклия хазары также были союзниками законных византийских императоров. Чтобы убедить Ибузира Глявана помочь ему свергнуть человека, незаконно носящего императорский венец, Юстиниан Безносый пообещал ему нечто, чего тот еще не имел и не мог бы добыть в сражении – шанс породниться с византийским троном. Он предложил взять в жёны сестру хана в обмен на помощь в возвращении престола.
Ибузир Гляван согласился, но вскоре после этого ему пришло секретное письмо от Тиберия из Константинополя. Тот обещал щедро уплатить хану за убийство Юстиниана. Ибузир Гляван был реалистом: Юстиниан Безносый должен был ещё сражаться ради возвращения престола, а политический союз стоил больше, чем кровная связь с человеком, который в неопределенном будущем может стать императором. Он принял деньги Тиберия и приказал двум хазарским воинам убить своего нового родственника.
Однако он недооценил Юстиниана. Предупреждённый об опасности своей женой, Юстиниан пригласил воинов в дом – возможно, сказав, что хочет нанять их в качестве охранников. Он щедро принял их, а когда те расслабились, задушил обоих шнурком. После этого он вновь бежал, воспользовавшись на этот раз рыбацкой лодкой, и скрылся с хазарской территории.
Ему удалось направить лодку на север по Днестру, на территорию первой Болгарской империи. Правил булгарами сын Аспаруха Тервел, который был врагом хазаров, нападавших на изначальную булгарскую территорию на востоке. Юстиниан убедил Тервела поддержать его, пообещав союз, деньги и выдать собственную дочь за Тервела. В итоге в 705 году Юстиниан уже подошел во главе булгарской армии к стенам Константинополя.1
Войска простояли под стенами три дня, пытаясь с помощью переговоров получить возможность войти в город, пока бывший император не потерял терпение. Будучи знаком с системой водоснабжения Константинополя, он показал своим солдатам проход в город по водопроводной сети. Болгарские солдаты ворвались во дворец и схватили Тиберия. Юстиниан вернулся на трон и приказал казнить Тиберия. Он также отомстил за свои увечья, ослепив патриарха, который поддержал власть Тиберия.
Второе правление Юстиниана продолжался шесть лет, с 705 до 711 года. Он был единственным императором, вернувшимся к власти после увечья. Он носил серебряный нос, чтобы замаскировать дыру на месте отрезанного, и народ Константинополя делал вид, что этот нос настоящий.2
Однако второй период его правления свелся к ожесточенной охоте на тех, кто предал его в первый раз. Шесть лет были годами террора, так как Юстиниан приказывал вешать врагов, действительных и предполагаемых, на стенах города, разрывать лошадьми на арене, топить в море, травить и обезглавливать. В 711 году армия восстала и убила его.3 Не нашлось ни одного кровного наследника или достаточно влиятельного полководца, чтобы подобрать бразды его правления. За период с711до717 года три императора-однодневки успели занять и потерять трон Константинополя.
Однако войска ислама, занятые в другом расположении, не сразу воспользовались этой слабостью. Халиф Абд аль-Малик скончался в 705 году, и наследником стал его сын Валид I. Под его водительством арабские армии начали продвигаться по североафриканскому побережью.
В исламскую провинцию Ифрикию в Северной Африке был назначен новый правитель, Муса ибн Нусаир. Он, в свою очередь, назначил своим главнокомандующим берберского воина Тарика беи Зияда – бывшего раба, добившегося свободы благодаря военной службе. Вместе правитель и его новый военачальник возглавили нападение на прибрежный город Танжер. Надеялись, что тот послужит перевалочным пунктом для арабских войск, чтобы пересечь Средиземное море и достигнуть вестготского королевства в Испании.4
Королевство вестготов было готово пасть.
Почти сто лет вестготы старались сохранить целостность своего государства. Первые симптомы осложнения появились в 636 году, когда Пятый совет Толедо – собрание духовенства, учёных и чиновников-законоведов – постановил, что только аристократ готской крови может быть королём. В 653 году восьмой совет Толедо добавил ещё одно условие – король не только должен быть готом, но и избираться из самых знатных готских семей.5
Это узаконило старые германские обычаи по избранию воинов на должность королей, от чего большая часть других германских королевств уже начала избавляться. Этот обычай хорошо подходил кочевому народу – но в оседлой стране с устоявшимися обычаями и законами сочетание королевской власти с выборным принципом представляло собой гремучую смесь. Избранный президент знает, что его власть ограничена, а срок службы недолог, и подходит к своим задачам осмотрительно. Избранный король получает в наследство от предыдущего администрацию, с которой у него нет ничего общего – и неограниченную власть. Шансы нажить врагов в таком случае значительно выше.
Толедские постановления показывают, что в этой стране надежда на стабильность, обеспеченную некоторой преемственностью между сменяющимися администрациями, и непрерывное движение к общим целям возлагалась не на закон, не на конституцию и даже не на королевский род, а попросту коренилась в уверенности, что король будет готской крови. Но при приближении арабской армии эта стабильность оказалась иллюзией.
В 694 году король вестготов Эгика назначил соправителем своего восьмилетнего сына Витицу; в 700 году когда Витица достиг совершеннолетия (то есть ему было около четырнадцати лет), последовала церемония коронации. Эгика уже был непопулярен, так как объявил часть удела, полагавшегося королям, своей частной собственностью, что стирало черту между правами короля как правителя и как частного лица. Коронация юного сына Эгики была явной попыткой ввести династическое право на трон в вестготскую систему престолонаследования. Её не приняла ни знать вообще, привыкшая избирать королей, ни отдельные вельможи, сами надеявшиеся прийти к власти. Однако желание восстать против Эгики было временно подавлено всплеском чумы – настолько сильным, что столицу покинули все, кто мог себе это позволить. Эгика и Витица оставили Толедо в 701 году, но вскоре после этого Эгика умер – возможно, от болезни.
Хотя нам немногое известно о единоличном правлении Витицы, в одной хронике того времени упоминается, что он вернул землю, которую его отец объявил королевским фиском, превратив её из частной собственности в собственность престола. Он был молод, но, видимо, успел заметить противостояние нововведениям отца.6
Однако, это его не спасло. К 711 году Витица исчезает из исторических записей, его судьба остаётся загадкой. Новый король, Родерих, занял трон при поддержке готских аристократов. Последующие события неясны, а записи о них спутаны и противоречат друг другу. Однако упоминания о двух других королях в разных частях Испании могут означать, что поддержка Родериха среди готской знати не была единогласной, и началась гражданская война. Система избрания, призванная возводить на трон наиболее достойных, не допуская кровного наследования, дала сбой – а тем временем армия вторжения была уже в пути.7
Эта армия представляла собой смесь арабских и берберских войск под управлением генерала Тарика беи Зияда. Уже начались пограничные набеги на южные вестготские города. Родерих собрал все войска, какие смог – но некоторые источники намекают, что его соперники объединились с захватчиками, и. возможно, даже помогли Тарику проникнуть в Испанию. Если это действительно было так, коллаборационисты переоценили добрую волю новоприбывших. 19 июля 711 года Тарик беи Зияд со своими войсками встретился с Родерихом в битве при Гуадалете. Потерпев сокрушительное поражение, Родерих со своими вельможами и офицерами был уничтожен. Арабский историк ибн Абд аль-Хакам писал: «Аллах убил Родериха и его приспешников и обеспечил мусульманам победу. На западе не было более кровавого сражения»?
Так внезапно настал конец вестготскому королевству в Испании – не из-за смерти короля, но из-за того, что почти все знатные люди, имевшие право избрать нового, оказались уничтожены. Короля больше не было, и что ещё хуже, никто не брал на себя смелость избрать нового. Ни у кого не было власти организовать сопротивление или начать переговоры с захватчиками.
В течение следующих семи лет армия арабов и берберов с боями прошла по стране, ведя переговоры с местными правителями или покоряя их. Через два года Тарик был отозван из Испании, и новая завоёванная территория, получившая название Аль-Андалус, оказалась под контролем правителя Северной Африки.
В 715 году халиф Валид I скончался, оставив в качестве наследия начавшееся проникновение арабов в Европу. Его младший брат Сулейман стал халифом и вновь сосредоточил энергию войск ислама на византийских границах.
