— Я делаю свою работу.
— Хорошо, делайте. Но не смейте её исцелять ни от чего, кроме самой чумы!
Ни слова не говоря, Сетара вырвала руку и последовала за городничим на нижние этажи.
***
Замок лязгнул с тяжёлым звуком. Двое стражников вошли первыми, а затем порог на идущую вниз лестницу переступила и сама Сетара. Развернувшись, героиня закрыла за собой дверь, аргументировав, что остальные будут только мешать. Стража Третьего знамения была неизбежным злом, с которым она уже смирилась, а вот прочим тут делать нечего.
В помещении царил полумрак, мерзкий запах помоев и гнили заполнял все подземелье, и конкретно эта камера не была исключением. В углу, одетая в какое-то равное тряпье и прикованная к стене сидела девушка.
Сетара подошла ближе, не веря своим глазам. Да на ней живого места не было. Героиня подошла вплотную и, присев, протянула руку.
— Нет! Пожалуйста, не трогайте меня! — Закричала девушка, едва Сетара коснулась её плеча, и тут же попыталась забиться в каменный угол.
Сетара сжала зубы, проглатывая вертевшиеся на языке проклятия.
— Тихо, тихо. Я не желаю тебе зла, я лишь…
Звук тяжёлых кованых сапог внезапно прогремел за спиной Сетары. Доспех нависал над целительницей. Сетара тяжело вздохнула. Вот ведь. Видимо услышал приказ Фиория не исцелять «ведьму» и решил проконтролировать. Да и плевать, пусть попробует ей помешать. Живо объяснит свои действия тем, что без базового исцеления якобы невозможно выявить реальное заболевание.
Кое-как сумев успокоить отбивающуюся девушку, Сетара активировала магию. Всё как она и думала, пленница недавно подверглась насилию и не одному, букет венерических заболеваний был практически идентичен тем, что она обнаружила у сына хозяина особняка, но всё на более ранних стадиях. Многочисленные побои, вплоть до травм внутренних органов. Осторожно Сетара начала исправление наиболее фатальных внутренних повреждений, внешние царапины и раны она старалась обходить стороной, так как подставляться всё же не хотелось. С секунды на секунду героиня ждала когда Доспех схватит её за руку. На столь близком расстоянии он просто не мог не определить чем на самом деле занята Сетара.
Странным было то, что она снова не ощущала его взгляда. Краем глаза героиня посмотрела на стражника. Воин стоял в напряжённой позе, поворот его головы, чёрные прорези в шлеме, всё говорило о том, что его взгляд опять направлен не на целительницу. Обострённым из-за магии слухом Сетара также отчётливо разобрала странный шум и лишь через несколько секунд поняла, что это удары сердца. Пульс Доспеха был под сто двадцать. Что за дела? Это гнев, что она вот так внаглую нарушает приказ Фиория, ещё что-то, или её охранник реально заболел? Вряд ли его могло так впечатлить исцеление или положение несчастной, он видел и более страшные картины.
— Это всё бесполезно. — Внезапно вялым голосом произнесла исцеляемая.
— Как посмотреть. — Уклончиво ответила Сетара.
Параллельно героиня продолжала пассивное сканирование организма. В определённый момент её магия дошла до кистей, которые были закованы в какие-то филигранные браслеты. Странный треск, всплеск золотых молний, и мир в голове Сетары взорвался от боли. Схватившись за виски, героиня ждала когда в глазах перестанет двоиться, а тюремная камера остановит своё вращение. Придя в себя, девушка по-новому взглянула на оковы. Она уже поняла с чем столкнулась — амонитовая блокада, потрясающая по своей эффективности вещь, блокирующая использование магии. Получается они действительно допускают, что пленница может являться ведьмой? Да, такие кандалы будет не просто снять. Сетара ещё раз легонько коснулась магией данных устройств. Ничего, сканирование толком не пробивалось через установленную магическую защиту, а глубокое проникновение вызовет агрессивную реакцию самой блокады. Так можно и собственную магию повредить. В общем, нужен был либо ключ, либо часы, а то и сутки филигранной и сложной работы без гарантированного результата. Ну, либо принцесса Лория, которая, помнится, с лёгкостью сняла с самой себя подобное устройство.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Чтож, нам пора. — Заявила Сетара и встала на ноги.
Она хотела много чего сказать пленнице, но в присутствии стражи это было невозможно.
Развернувшись, героиня покинула стены камеры. Краем уха она услышала как прикованная к стене девушка начала плакать.
«Дождись меня, скоро всё это закончится», произнесла про себя Сетара, окончательно приняв решение в этот самый момент.
Выйдя из камеры и начав припираться со всё также недовольным Фиорием, Сетара уже не видела, что воин Третьего знамения резко обернулся на плач пленницы и застыл в оцепенении. Руки стража, закованные в изуродованные наручи, еле заметно тряслись. Внезапно на его плечо легла тяжёлая рука напарника. В туже секунду оба развернулись и поспешили наверх за своей подопечной.
***
Героиня спешно покинула особняк, пытаясь всячески отказаться от предложений главы города. Гостеприимством его семьи целительница была сыта по горло.
— Сетара. — Тихо произнесла Фиола, когда, наконец, они смогли отдалиться от сопровождающих на достаточное расстояние. — Пока тебя не было, я расспросила слуг, да и самого, хм, доктора. Какая-то странная чума, скажу я тебе. Все симптомы практически идентичны, но протекает всё как-то не так. Лёгкая форма?
— Это туляремия, Фиола. Кроличья лихорадка. Да, иногда её называют ложной чумой.
Честно говоря, мысли Сетары сейчас были целиком сосредоточены на той самой ведьме, а также как объединить её случай с собственными планами героини на данный город.
— Постой-ка. — Фиола с подозрением посмотрела на свою старшую подругу. — Ты так легко об этом заявляешь. Получается, ты изначально знала, что это не чума?
Сетара улыбнулась.
— Помнишь того зайца, что внезапно подали нам вчера на ужин? Моя сила почувствовала в нём остатки инфекции.
— Понятно. А я-то гадала, зачем ты его так долго на яды проверяешь. Так что выходит, распространения этой туляпифи… тьфу тоже нельзя допускать?
— Вообще-то смертность от кроличьей лихорадки одна на сотню. Именно поэтому все живы, несмотря на усилия уважаемого доктора. Как я слышала, он собирается даже доложить о своих успехах в борьбе с чумой совету Асардона. У сына же главы города подорван иммунитет из-за просто невероятных объёмов потребления зелий Островной империи. В общем, после моего лечения его ждёт жёсткая ломка.
— Тогда я не понимаю. Сетара, только не говори мне, что мы свернули с маршрута из-за здоровья… этого.
— Конечно же нет.
Уже на следующее утро после того, как героиня дала своё согласие на участие в празднике Основания и после того, как Фиола за счёт вмешательства Князя тьмы смогла превратить печать возвращения на руке героини в портальную печать, Сетара начала предметно обдумывать запасной план возможного бегства, а также эвакуации всей своей клиники. Это была вынужденная мера, так как предстоящая речь выходила достаточно жёсткой. Исписав просто ворох бумаги, Сетара пыталась сгладить острые моменты, но некоторые вещи требовали того, чтобы быть произнесёнными. Иначе всё это не имело смысла.
В общем, в первый день она лишь продумывала схему оповещения для своих сторонников и возможные пути доставки их к портальной арке. Пункт назначения она выбрала уже давно — деревня Выпалки. Тот самый населённый пункт, который Крон со своей командой спас от нашествия гоблинов, и где он впервые столкнулся с демоном. Местоположение было оптимальным. Во-первых, деревня была далеко от любых областных и провинциальных центров, а также вне основных торговых маршрутов. Одновременно, это была обжитая территория, в которой, учитывая связанные с гоблинами кровавые события, было не так много жителей. Новые рабочие руки определённо будут встречены местными с энтузиазмом. Красный портал возвращения надёжно погребён случившимся обвалом, а, значит, возвращения демона можно не бояться. Герои же, как известно, и близко не совались в подобную глухомань. Кроме того, теоретически с этой точки можно было предусмотреть эвакуацию на территорию архипелага, а потом, кто знает, может и Молкрейна.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
